Моя капризная леди (СИ)

— Там крысы, жирные такие, — буркнула она.
— С красными глазами. Жуткие-е, — изобразила в воздухе нечто огромное Джиневра.
— Тогда отведите их в мои покои, — приказала я.
— Как пожелаете, госпожа, — склонила голову Эрвина, и светлая прядь волос выбилась из-под чепчика.
Пушистые ресницы скрыли от меня выражение синих глаз, но полные губы на миловидном круглом личике обрисовали маленькую «о» вместе с тихим вздохом. Она так сильно наклонилась, что полная грудь приподнялась над корсетом. Я даже ощутила жгучую зависть и неприязнь к незнакомой мне девушке в простом платье, мелькнула крамольная мысль вышвырнуть красавицу из замка, дабы глаза не мозолила. Особенно разозлил тот факт, что от медовой улыбки близняшки буквально растаяли шоколадом на солнце. Вцепились в руку служанки и дружно закивали на воркование об ароматной, розовой пене.
И почему я сразу не присмотрелась к этой девице? Впрочем, она так неожиданно появилась и выглядела, как жительница Арканта. Носила такие же одежды, даже накидку в цветах клана.
— Не задерживайтесь только, — рыкнула я вслед, отгоняя подальше глупую ревность. Подумаешь, служанка им понравилась. В этом нет ничего страшного, но одному из стражников я негромко приказала следить за Эрвиной, пока она с девочками. Так, на всякий случай.
  
Глава 26
 
Спустя полтора часа мы сидели в главном зале и путались в ворохе тканей. Гномки громко ахали, разглядывая причудливый сквозной орнамент ажура. Тончайшее кружево буквально грозилось растаять на пальцах и исчезнуть точно дымка. Рядом лежало несколько видов атласа в рулонах различных оттенков: люкзор, помпадур, ментенон, дюбарри, трианон. Их отблеск даже в скудном свете большого зала поражал воображение своей красотой.
Несколько рулонов бархата с мягкой, пушистой лицевой поверхностью были сразу же отложены в сторону. Я позволила себе нарушить главное правильно мисс Сорель, и выбрала самые яркие цвета. От темно-синего до жгучего красного, представляя себе, какие наряды получились бы из этой чудесной ткани.
— Надо взять вельвет для обивки мебели, — пробормотала я, скользя пальцем по продольным рубчикам. В голове возник образ тех уродливых кресел, что стояли в кабинете Терлака.
— Дорого будет, — задумчиво выпятила губу мисс Гэл, непроизвольно скользя ладонью по тончайшему батисту.
— Марго, посмотри! — услышали мы смех Джини, которая подскочила со скамьи и обернулась в легкую золотистую брокатель. Нежнейший шелк с серебряной нитью опал на вычищенный пол изящным покрывалом возле ног Маргарет.
Теперь уже чистыми пальцами дочь Терлака с осторожностью прикасалась к прекрасной ткани, рассматривая ту с живейшим интересом и восторгом во взгляде. Я так засмотрелась, что забыла о присутствии торговца, который молчаливо дожидался, пока мы все это разберем.
Мистер Бомбом не вмешивался в наш разговор. С момента приезда, этот упитанный маленький представитель лепреконов старался только угождать. Темно-серый камзол с цветным оперением причудливой птицы по вороту на невысоком тролле смотрелся очень комично. Но держался с королевским достоинством и шаркал ножкой в лакированных туфлях с золотой пряжкой. Каждый раз, когда он делал так, на него косились дроу и давились смешками служанки, разглядывая тоненькие ножки в белых чулках.
Негромким окриком мистер Барди поторопил двух худеньких пареньков, дабы те разгрузили остатки тканей из последней паровой телеги.
— Если заказ превысит двести золотых данмаров, готов подарить вам чудесные серебряные пуговицы и двенадцать булавок бесплатно, — лепрекон захлопал ресницами, незаметно махнув усталым мальчишкам, дабы те убрались подальше.
Я скользнула взглядом по худеньким плечам, на которых льняные рубашки буквально висели мешком и ощутила жалость к несчастным, хотя выглядели помощники мистера Бомбома вполне здоровыми. Конечно, они не шли ни в какое сравнение с круглыми формами Барди и его пухлыми щеками.
Тем временем лепрекон потирал влажные ладони друг об друга, ожидая моего решения. Светлые глаза сверкали от предвкушения сделки, и я почти ответила согласием, когда неожиданно услышала голос Магды подле себя.
 
— Двести золотых данмаров — целое состояние! — возмутилась мисс Гэл, отбрасывая подальше газовую ткань, будто та попыталась укусить за палец.
— Хочу пышное платье с кружевами, как у королевы Иштера, — услышала я голос Джини и втянула носом воздух с громким шумом.
— Но позвольте, милочка, почему же? — Мистер Бомбом поджал губы и поправил пышный бант под подбородком. Кожа лепрекона приобрела бледный оттенок от искреннего возмущения торговца. — Вы видели нынешние цены на перевозку? Да один только магический камень в двигатель паровой машины стоит тридцать шесть бронзовых шилгов! А это, на минуточку, четыре с половиной года аренды сельского домика в деревне. Об опасностях на дорогах, постоянных неполадках, росте производства ткани, налоги в казну, отчисления в гильдию. К тому же курс валюты постоянно скачет, бедным честным торговцам совсем жизни не дают.
Я перевела озадаченный взгляд с возмущенного мистера Бомбома на мисс Гэл, которая с грохотом поднялась, кладя мощные ладони на стол. Близняшки прекратили дурачиться и притихли, а остальные слуги, гномки и даже стражники быстро отступили в сторону. Магда так громко втянула носом воздух, из-за чего ноздри затрепетали. Будь мисс Гэл драконом, то от замка остались бы угольки и обожжённая груда камней.
— Ты кому здесь, плюгавый лысый хрюнозавр, дрын деревянный за святой посох бога Эрета выдать пытаешься, а? — зарычала гномка с такой яростью, что я непроизвольно отодвинулась.
Двести золотых — действительно дорого. Готовое шелковое платье с учетом работы швеи, ткани и фурнитуры стоило три-четыре золотых данмара. С другой стороны, после введения единой валюты по всему королевству, военного положения и растрат казны цены успели значительно поменяться. К тому же эти пересчеты в кроны, затем в шилги, в пенни и в фарты для многих оставались темным лесом. Люди путались в новой системе счета.
Раньше я просто не задумывалась о том, сколько денег уходило на покупку одной красивой безделушки.
— Прекратите обзываться и ведите честную торговлю, — тоненько взвизгнул лепрекон, подпрыгивая на месте. Из-за этого обвисшие щеки дернулись вместе с бантом на шее. Толстые короткие пальцы сжались в кулак, и мистер Бомбом покрылся красными пятнами.
— Не позволю какой-то жадной до денег гномке оскорблять мои высокие чувства.
— Сейчас тебе казну подчищу, склизкий кольцевидный шмяг. Я этими руками алмазы в копях гребла, когда тебя пень в лесу вынашивал! — гномка закатала рукава платья, а мистер Бомбом заверещал от испуга.
Магда сорвалась с места, схватив рулон белого хлопка, и с пыхтением закинула тот на плечо, торопясь выбить из несчастного лепрекона скидки на привезенные товары. Во всяком случае, так она кричала, когда с улюлюканьем размахивала тканью точно булавой и гоняла мистера Барди по залу. Перепуганный торговец попытался пролезть под скамьей, но необъятные габариты не позволили втиснуться в узкое пространство.
Джини и Маргарет бросили ткани, забрались на стол и начали подбадривать Магду. Они так громко кричали, что в зал вбежали два охранника. Но увидев развернувшуюся перед ними картину, молодые ребята пожали плечами и молча вышли.
— Мисс Гэл! — попыталась урезонить я гномку, но та вошла во вкус. Вытащила мистера Бомбома за ноги из-под лавки и потянула в середину зала.
— Хорошо! Сто восемьдесят данмаров!
— Рулон бархата за две серебряные кроны, не смеши мою бороду! Там цена три с половиной шилга.
— Это же высшее качество. Из него шьют платья самой императрицы Ровении!
— Посмертный фрак из него сошьешь себе, дырявая голова плювогрыла. Моей госпоже незачем повторять за всякими императрицами. Она достойна лучшего, — мисс Гэл с упоением трясла Барди, держа того за полы сюртука. Ткань жалобно треснула от силы суровой горной гномки, а сам мистер Бомбом закатил глаза и попытался потерять сознание.