Йи Дэи. Смерть палача (СИ)
— Смею, — возразил Йи. — Просто не хочу.
— Хочешь! — засмеялся Лю. — По глазам вижу, ой как хочешь, но боишься, гадёныш!
— Не боюсь, — не согласился Йи Дэй. — Не гадёныш. Я человек. А ты — нет.
— Ха! Я — полудемон! А ты...
Лю смотрел на Йи — и видел клубящуюся черноту.
— Ты — то, хуже чего нет во всём этом мире!
Йи задумался: что бы такое могло быть для Лю хуже всего?
— Я — твоя смерть? — спросил он.
Лю расхохотался:
— Нет уж! Перебьёшься! То, что у меня не получилось убить тебя в этот раз, ещё ничего не значит! Я только начал!
— А когда продолжишь? — загорелся любопытством Йи.
Это же здорово! Не просто сидеть взаперти, а сражаться с чудовищем, которое пытается тебя убить! Прямо как в историях Вейжа, как во снах!
— Когда никто мешать не будет, — воровато огляделся Лю.
Кажется, возвращались с обеда Цуею и его помощница.
— Не скучай, червяк!
Лю Чу сбежал, а Йи никому не рассказал, что он приходил.
Вот так расскажешь взрослым — пойдут и запретят Лю убивать Йи. И он упустит свой шанс стать героем-демоноборцем.
Ну, полудемоноборцем...
Глава 14. Жи Шиту Ри Ли
Гэнгэлиэн не понравилось в клане Звёздной Императрицы.
Спроси её, чем же именно, не сумела бы объяснить. Ей подобрали чистую одежду, не просили даже снимать обереги, помогли привести в порядок енотий хвост, сводили в баню, вкусно и обильно накормили, разрешили поселиться в отдельной, пусть и маленькой, комнатке... Учитель отвёл в классы, где обучали её ровесниц. Предложили, если захочет, присоединиться помогать ткачихам — на этой неделе девочки её возраста помогали старшим в ткацких мастерских.
В мерном подрагивании повозки, катящей к столице, мысли в голове оседали и притирались одна к другой, как рисинки в потряхиваемой банке: когда только-только насыпали — с горкой, не умещается, но похлопай по боку — и ещё горсть крупы войдёт.
Гэнгэлиэн поняла: ей не понравилось, что на неё обратили слишком мало внимания.
Нет, к ним что, каждый день Заклинатели приходят пожить?!
Если её старшего общинного сразу утащили в подполье пытать, то почему тогда её не связали, не заперли — она тоже Заклинатель! Она тоже опасна! Она девять и два раза повторила, что жила в одной общине с тем, кого они готовятся запытать насмерть!
А всем всё равно...
И даже сейчас, её не схватили, не затащили насильно в повозку, не принудили ехать в столицу. К ней подошёл Учитель и вежливо улыбнулся: «Мы едем в Циньдар. Хочешь с нами?»
Конечно, она хотела! Ещё как! Может быть, хотя бы там её всё-таки заметят.
Она ли вошла в город или город вошёл в её сердце, в неопытную душу, знакомую лишь с дикими стихиями, Гэнгэлиен не поняла.
Дома! Люди! Флаги! Повозки! Всадники! Акробаты! Воздушные змеи!
Под чёрными тучами, словно цепляющимися за крыши домов, в свете там и тут пылающих высоких факелов и широких огненных чаш, не дающих жара, только желтоватый свет, пёстрые толпы сливались в одно многоголовое, многоголосое существо.
— Здесь не всегда так шумно и суматошно, — объяснил Учитель. — Сегодня ждут делегацию Драконов.
Девочка распахнула глаза шире лица: вот оно!
— Драконы! Они приехали забрать Паншанга1и меня?!
Учитель свёл соболиные брови к переносице:
— О чём ты?
— Ну как же! Мы Заклинатели, мы пытались впустить в Поднебесную Львов Тёмного Пламени!
Учитель рассмеялся, очень по-доброму, но от того лишь обиднее:
— Паншанг — да, пытался, но ты-то, пока он творил беззаконие, охраняла Отшельника, закрывала его от чужих глаз! Да и зачем вы Драконам?
Гэнгэлиэн насупилась:
— Но зачем же тогда они приехали именно сейчас?
— Не спеши. Скоро всё узнаешь. Ты приглашена на Церемонию Приветствий, там сама Небесная Императрица устами Божественной Княгини2расскажет нам, для чего Драконы пришли в Циньан.
Отшельник не помнил, чтобы в жизни случались ситуации, когда его охватывало настолько сильное волнение. Голова кружилась, в глазах темнело, руки тряслись, как у горького пьяницы. Он был безмерно благодарен Учителю за то, что тот помог ему облачиться в приличествующие приёму у Звёздной Императрицы одежды — и, собственно, подарил те одежды, ведь в горах Отшельник одевался как Заклинатель, в просторные штаны, длинную льняную рубаху. Учитель подарил шёлковые рубаху и халат, помог привести в порядок волосы, заплёл в косы обгорелые пряди, прикрыв ритуальными повязками наиболее сильно повреждённые участки. Также он и пара его взрослых учеников из одной большой корзины соорудили небольшое кресло. Сидеть в нём, укрытым коврами и обложенным подушками, оказалось очень удобно, а двое парней, крепко держа за ручки, могли переместить его в нужную точку: идти Отшельник всё равно не мог, а появляться перед Императрицей и Драконами лежащим, не будучи при смерти, казалось совершенно неправильным.
Драконы, создатели Каменного Календаря, лично пожаловали, чтобы оценить результат многолетнего труда Отшельника: перевод Каменного Календаря Драконов в бумажный альбом.
Толстую книгу из плотных листов перевязывали четыре ленты с закреплёнными на них черенками тысячелистника. Одна считала лунные годы и месяцы, вторая лунные дни, третья солнечные месяцы и годы и четвёртая солнечные дни. Стальная Женщина Шижэнь3, однажды принесённая Учителем, дала согласие быть Указателем дат при Жи Шиту Ри Ли 4— Бумажном Каменном Календаре.
И не захочешь, но поверишь, что в Нефритовых Скрижалях Небесной Канцелярии заранее всё расписано, иначе Отшельник не успел бы перенести все знаки с Каменного на бумажный!
Но как отнесутся создатели календаря к такой вольности?
Создателей представляли драконица из клана Водных со свитой и молодые драконы из кланов Горных и Лесных.
Находясь в человеческом обличье, драконы носили традиционные для Циньана одежды клановых цветов. На праздники и большие приёмы, как сегодня, надевали парадные наряды с вышивками драконов. Красавица Водная прибыла в небесно голубой рубахе, видной под бирюзовым халатом, расшитым серебром и сапфирами; девушки из свиты — в одинаковых тёмно-синих одеждах, все с высокими сложными причёсками, украшенными живыми белыми и голубыми хризантемами. Мужчины — в парадных халатах, сером с коричневым у представителя Горного клана и коричневом с тёмно-зелёным у Лесного.
Учитель знал: несмотря на то, что и его чуткий глаз не видит никакого оружия, гости все вооружены до зубов. Так, он был уверен, сверкающие алмазами и золотом пояса драконов-мужчин — мечи-никудэ5, изукрашенные перламутром веера девушек из свиты — страшное оружие лонши у6, «крыло дракона», способное и проткнуть противника, и разрубить... а сколько у них ещё ядовитых спиц в причёсках и рукавах, сколько метательных ножей таится под вышивками в потайных карманах, сколько мечей скрывается в складках одеяний... и это всё, если не считать того, что дракон — сам по себе оружие.
Церемония Приветствий между тем шла своим чередом. У входа в Зал Центральной Оконечности расстелили большой шерстяной ковёр, затканный традиционными узорами, означающими водные просторы, и умело вписанными в них морскими обитателями. По углам ковра установили четыре огненные чаши, их свет заменял собой солнечный. Дав гостям как следует налюбоваться ковром под тихое пение флейт и перезвон клавишных колокольчиков, слуги под удар гонга вынесли и установили по центру ковра деревянный трон Звёздной Императрицы, специально вырубленный из циньанского лавра для Церемонии Приветствий, и пять кресел для гостей-драконов. К флейтам и колокольчикам присоединились двуструнные скрипки сансяни, гонг и барабаны.
Когда драконы заняли отведённые им места, оказалось, два кресла предназначены для Отшельника и Учителя.
Ему позволили находиться рядом с Отшельником, чтобы время от времени как можно менее заметно для окружающих нажимать на спине и шее больного нужные точки: раздробленные кости удалось собрать, они даже начинали понемногу срастаться правильным образом, но боль — не лучшее сопровождение торжественных церемоний.