Периферия (СИ)
Иван уже попривык к ночной тиши и непроглядной мгле, что поднялась за полночь от земли, не давая рассмотреть ничего дальше нескольких десятков метров. Сидор заметно нервничал, бормоча что-то про идеальные условия и нехорошее стечение обстоятельств. Тем не менее все уже заметно расслабились, и вот тут-то всё произошло.
Красная пара глаз зажглась где-то в темноте на периферии зрения электротехника. Он резко повернулся и выжег лучом фонаря место, где предположительно они могли быть.
— Сидор, там… Я, кажется, видел глаза.
— Кажется или видел? — напрягся Сидор, метнув луч фонаря в ту сторону, куда светил Иван.
— Сейчас ничего, но я могу поклясться, там были два красных глаза.
— Красные, говоришь? Ну поздравляю, ты, похоже, видел то самое.
— Что?
— Гал-лю-ци-на-ции, ты, случаем, белочку не схватил? — тянул слова и веселился дворник.
— В смысле, ты же сам говорил про лютоволков?
— Так-то оно так, да вот дело в чём. Глаза-то у лютоволков зеленые, так что это тебя твое воображение подвело.
На этих словах туман разрезало на две части и, коротко вскрикнув, третий член их отряда улетел в темноту. Еще несколько секунд было видно, как его оранжевый фонарик удаляется, но вскоре и он пропал, и стало совсем тихо. Иван вскинул фонарь в ту сторону, куда предположительно уволокли беднягу, но Сидор дрожащей рукой вцепился ему в плечо.
— Стой, — хрипло проговорил он, — сгинешь!
— Но ты же сказал, что таких глаз у лютоволков не бывает?
— Я не видел. Если я не видел, то не значит, что их нет. И не факт, значится, что это лютоволки. Они обычно охотятся стаями.
Еще три пары глаз зажглись неподалеку от них. Сидор заметно стал дрожать и издавал звуки, не подобающие взрослому мужчине.
— Нам конец, — изрек он.
— Так врубай свою кнопку! — прошептал Иван.
— Так нам-то всё равно конец, это того не отменяет.
— Ну хоть людей спасем, дурилка. Доставай! — с нажимом сказал Иван, и дворник, всё еще держась за его плечо, другой рукой медленно полез во внутренний карман ватника.
Странно, что Иван не чувствовал опасности или же каким-то образом мог контролировать свои чувства. Будто это всё не самое худшее, что с ним случалось в жизни, и он уже успел натерпеться больших ужасов в прошлом. Хотя он вряд ли мог вспомнить что-либо страшнее той самой экспедиции в горы, да и времени на воспоминания сейчас не было.
Зачем-то он перевел свой фонарик на третий режим, при котором тот стал щелкать и мерно мигать. С той стороны, где он видел глаза послышалось рычание, точно сказать было невозможно, но казалось, они отодвинулись во тьму. Сидор наконец отпустил спасительное плечо. В его руке появилась та самая красная кнопка.
— Жми быстрее! — завопил Иван, и в этот момент туман прорезало нечто крупное.
Сидора будто сбило с ног ударом в живот. Кнопка полетела на землю, а сам дворник должен был кануть в тумане, но не тут-то было. Позади на некотором удалении стояло дерево, вовсе не приметное в этом мареве, в которое он и врезался. Тут же стало понятно, что его утянуло туда.
Серый комок меха, отдаленно напоминавший волка, но большего размера, впился в бок дворника. Он делал движения пастью, и только ватник защищал Сидора от того, чтобы эта тварь вырвала кусок его тела. Дворник хватал ртом воздух и был явно дезориентирован, как, собственно, и нападавший, не ожидавший резкой остановки о дерево.
Иван на автомате рухнул на землю, что спасло его от прорезавшего чуть выше туман мехового туловища. Есть еще один, электротехник был уверен в этом, и тот-то уж точно не промахнется. Оставался единственный шанс, в который не слишком-то верилось. Он схватил красную кнопку, что по счастливой случайности упала рядом с ним, и посмотрел на нее.
Мир вокруг поплыл. Нужно всех спасти. Линии троились, разделялись и приобретали неестественный оттенок. Голову стало конкретно штормить, и Ивана вырвало. «Что со мной?» — подумалось ему. Издали начала проступать комната с облупившейся штукатуркой, казалось, он слышит выстрелы. Иван резко встряхнул головой и услышал рычание волка, пытающегося разодрать ватник Сидора — это привело в чувство.
Он резко саданул по кнопке, и тут же две охранные вышки слева и справа зажглись яркими огнями. Зазвучала сирена, и красная лампа раскрасила туман алой краской. Врубились прожекторы, пробили тьму вместе с туманом и высветили пятерых волков, которые тут же, пригнувшись к земле, затрусили прочь. Вышка издавала те же самые трещащие звуки, что и фонарик, но, конечно же, гораздо громче. Всё это рождало вокруг нереальную атмосферу.
Лютоволк, который грыз Сидора, отскочил и зарычал. Его глаза из красных стали зелеными, он припал к земле, не желая упускать добычу. Иван вспомнил, что у него с собой электроразрядник, про который он совершенно забыл до этого момента, да и времени вытащить его не было. Он достал прибор из кармана и произнёс:
— Прости, волчара!
С этими словами он нажал на пусковую кнопку улучшенного прибора и выпустил платформу с двумя заострениями. Резкий выброс сжатого воздуха толкнул ее в сторону животного, и та вонзилась в его шкуру, заставив заскулить. Иван вздохнул и нажал кнопку электроспуска, которая послала по еле заметным проводам выброс грязной энергии прямо к платформе. Лютоволка объяло всполохами энергии и подбросило в воздух. Запахло жареным мясом и паленым мехом. Иван закрыл глаза, а Сидор, наоборот, вытаращил их и севшим голосом прошептал:
— Ты сейчас спас меня.
***
После всё было как в тумане. К ним подбежали вооруженные люди в полном военном облачении, что-то кричали и спрашивали, но Иван толком ничего не мог ответить. Полностью протрезвевший Сидор, наоборот, молотил что ни попадя, превознося подвиг своего спасителя до небес. Его бок кровоточил, потихоньку пропитывая ватник, а обрывки оного летали по достаточно большой площади, увлекаемые ветром.
Ивана проводили — а дворника отнесли — к охранке, где Сидор потребовал спирта, чтобы продезинфицироваться. Понятное дело, что выданный спирт он попросту выпил, разбавив технической водой, и по лицу его поползла улыбка. Миловидная докторша наложила ему повязку и справилась, всё ли в порядке у Ивана. Он пожал плечами и спросил, можно ли пойти в палатку? Докторша недоуменно округлила глаза, но сказала, что никаких медицинских противопоказаний не видит, так что он может идти.
Военные и подошедший распорядитель также его не задержали, поскольку всё внимание забрал на себя Сидор, заявив, что точно всё расскажет и не утаит ничегошеньки. Ивану было предписано отправляться ко сну и на следующий день к вечеру явиться в хозпостройку с отчетом, на чём они и разошлись.
Вернувшись в палатку, он долго сидел в помещении для принятия пищи, которое имелось при входе. Он сготовил себе чаю и потихоньку делал глоток за глотком, держа кружку дрожащими руками и начиная осознавать всё произошедшее. Почему он реагировал именно так? Почему не испугался лютоволков? По идее, у неподготовленного человека это вызвало бы шок, ступор и невозможность действовать.
Он же, еще не видя атакующего зверя, упал на землю, включил по какому-то наитию фонарик и нажал ту самую кнопку, чем уберег двоих из отряда. Да, Игоря жалко, но, учитывая неожиданность нападения, спасти его было попросту невозможно. «Приемлемые потери», — почему-то промелькнуло в мозгу.
Больше всего вопросов вызывала его реакция на красную кнопку. Она была чем-то из его прошлого? Смутные очертания такой же кнопки всплывали в сознании, но ухватить их не получалось. Перебор мыслей не помогал, теперь воспоминания не давали никаких образов, кроме подкатывающей тошноты, как только он пытался об этом подумать. А между тем время приближалось к трем часам, сирены выключили, завтра опять нужно будет садиться за руль, так что он просто упал внутрь палатки и моментально провалился в сон без сновидений.
Глава 10
Радиокоммуникационный центр. Город основного звена Кипоя