Пигалица (СИ)

Но нет, не стану. Тут нужно думать, как отношения укреплять, а не как разваливать. У него, я чувствую, терпение и так уже на исходе. Еще один такой скандал, и вылечу из этой квартиры как пробка. Вместе с фиалками и кастрюлями.
- Не стану, - отвечаю честно, - мне, кроме тебя, никто не нужен.
- Мне тоже.
Не врет, наверное. Не припомню за ним этого грешка.
Боже, какая я дура! Психически неуравновешенная идиотка. Ну, подошла к Дену бывшая и что?.. Не должен же был он креститься и кричать: «Чур меня! Чур меня! Сгинь нечистая, я в отношениях!»
- Прости, - выдавливаю из себя.
Денис коротко вздыхает и продолжает меня мыть. Скользит мыльными руками по спину, ягодицам, ныряет пальцами между ними, возвращает их на живот, сжимает ладонью лобок.
Я расслабляюсь, начинаю таять, как масло на солнце. Зачем он это делает? Пытается меня успокоить или…
Опускаю взгляд вниз, и вижу, как постепенно член его наливается кровью. Он не насытился.
- Пососи мне, - проговаривает он хрипло.
По ногам проходит теплая вибрация, колени превращаются в мякиш. Положив руки на плечи Дена, я целую его в шею, втягиваю кожу с намерением оставить засос. Пусть носит его вместо обручального кольца.
Веду языком по ключицам, под его глухой стон прикусываю скукожившиеся соски, целую пресс и встаю на колени.
Полностью эрегированный член угрожающе покачивается на уровне моего лица.
Даю себе несколько секунд, чтобы полюбоваться им и буру в руку у основания. Рот моментально наполняется слюной. Сглотнув, вбираю в рот темно-розовую головку, она увеличивается еще больше.
- Зубки спрячь, - слышу сверху.
Открываю рот шире и, расслабив горло, как он меня учил, насаживаюсь на член до упора.
- Не торопись… на выходе обхвати сильнее губами и языком.
Ничего сложного, если послушно выполнять все указания учителя. Стараюсь изо всех сил, ускоряю темп, давлю языком на уздечку.
Ден не может сдержать стонов, опускает руки на мою голову и начинает сам контролировать глубину погружения и интенсивность толчков.
- Я хочу кончить тебе в рот, маленькая, - сипит Ден, - хочу, чтобы ты все проглотила.
Хочет, значит, сделаю. Он это заслужил. Дышу носом все чаще, напрягая губы до онемения, беру глубоко до боли в горле.
Вдруг давление его пальцев на моей голове усиливается, Денис делает последний рывок бедрами и уже в следующую секунду мой рот наполняется горячей вязкой жидкостью.
Мамочки…
- Глотай, Эля!
Сильно зажмурившись, делая глоток, затем второй. Не смертельно. Дианка говорила, что ее стошнило в первый раз. Меня даже не тошнит.
- Оближи его, - следует приказ.
- Да, мой господин, - глядя в его глаза, проговариваю кротко.
Порочные губы растягивает оскал.
- Мне нравится, когда ты такая послушная, рыбка.
Поднимает меня с колен, умывает лицо и, поцеловав в губы, вытаскивает из душа.
- Вещи завтра утром разберешь, - говорит, заворачивая меня в полотенце, - и завязывай каждый раз своими чемоданами манипулировать мной.
Притворившись смертельно уставшей и буквально засыпающей на ходу, я, сгорая от стыда, молчу.
Даже не раздеваясь, голышом ныряю под одеяло. Ден, покурив в лоджии, приходит и ложится рядом.
Знаю, что он не любит, когда я складываю на него руки и ноги, но удержаться не могу, тихонечко придвинувшись, прижимаюсь к боку и утыкаюсь носом ему в подмышку.
- Давай завтра погонять съездим, - предлагает он.
- Давай.
Сердце заходится от радости. Я сама хотела ему это предложить, но, думала, откажется, сославшись на то, что давно вышел из того возраста, когда можно бездумно гонять на байке.
- На чем, на моей девочке?
- У меня тоже есть байк, забыла?
- Ты не продал его?
- Нет.
Урааааа!
  
Глава 24.1
 
На следующее утро я соскакиваю ни свет, ни заря. Столько дел переделать надо!
Пока Ден спит, я быстро разбираю свой чемодан и возвращаю фиалки на подоконник. Не хочется делать это под его насмешливым взглядом.
Затем готовлю его любимый завтрак – омлет и бекон. Варю кофе в турке. Едва запах разносится по квартире, - в кухне появляется заспанный Тюменцев.
 
Растрепанный, хмурый кусок горячего секса с утренним стояком в трусах. Подходит, молча разворачивает к себе спиной и толкает животом на стол.
- Доброе утро, - пищу, сбитая с толку.
Не удостоив ответом, задирает на мне свою футболку, которую я давно облюбовала в качестве домашней сорочки, ставит одну мою ногу, согнутую в колене на стол и, плюнув себе на член, входит сразу на всю длину.
Я ошарашенно хлопаю глазами и прогибаюсь ему на встречу, потому что от ощущений меня скручивает в спираль. Я мгновенно возбуждаюсь. Кусаю губы, чувствуя, как с каждым ударом, член Дена, растянувший меня там до предела, натирает какую-то очень чувствительную точку внутри.
Жмурюсь и начинаю плакать. Лицо реально становится мокрым от переполняющих меня эмоций и срывающих башню ощущений. Оргазм сокрушает внезапно. Вот я, вцепившись мертвой хваткой в край столешницы, приподнимаю попу чуть выше, а уже в следующее мгновение трясусь в оргазменных судорогах. Начинаю падать вперед, но Ден не дает, фиксирует мои бедра и, совершив финальную серию толчков, изливается на ягодицы.
- Вот теперь доброе утро, - охрипшим от сна и возбуждения голосом проговаривает он.
Ставит меня на ноги и разворачивает к себе.
- Почему плачешь? Больно было?
Выглядит встревоженным, удерживая подбородок, заглядывает в глаза.
Я быстро мотаю головой и, шмыгнув носом, начинаю улыбаться.
- Мне очень понравилось… повторим как-нибудь?
- Повторим и не раз, - вытирает мое лицо ладонью, - и еще много чего.
Пока мой удовлетворенный мужчина принимает душ, я накрываю на стол. Омлет, бекон, салат из свежих овощей и кофе.
Из меня получилась идеальная женщина. О таком воскресном утре, как у Дена, каждый мужик мечтает.
- Я думала, что ты свой байк давно продал.
Мысль о том, что он до сих пор гоняет, не дает покоя со вчерашнего вечера. А еще меня раздирает от любопытства, какой у него мотоцикл.
- Тот продал, купил новый.
- Какой? Харлей?
- Я похож на понтореза? – заломив бровь, спрашивает Ден, - купил Хонду VTR.
- Этот ураган на колесах?!
- Считаешь, я уже стар для него?
- Нет! – восклицаю я, - я думала, ты вообще не гоняешь!
- Уже год не гонял, но продать ее рука не поднимается, - задумавшись, усмехается, - теперь и не продам, нужно соответствовать молодой любовнице.
- Своей девушке, - поправляю я.
Безымянные любовницы у него были до меня. Я девушка, состоящая с ним в официальных отношениях. Его первая в жизни.
- Ну да… Я и со Зверевым полтора года назад гонял, - произносит как бы между прочим, но, выдержав паузу, впивается в меня взглядом.
- Что?..
Егор откуда-то знал про Дена. Я думала, что от псевдоподружки Леськи. Но сейчас я чего-то засомневалась.
- Что у тебя с ним было?
- У меня? – вопрос застает меня врасплох.
Ден, почесывая подбородок, ощупывает взглядом мое лицо.
К чему этот вопрос, учитывая, что я ему девственницей досталась? Ясно же, что ничего серьезного. Или ему Зверь что-то наговорил?
- Ничего. Я думала, это очевидно.
- Я слышал, вы встречались.
Пожав плечами, отвожу взгляд. Вроде как встречались, а вроде, как и нет.
- Он хотел со мной отношений…
- А ты?
- А я однолюб, Тюменцев!
Ден закатывает глаза и неверяще усмехается. Не верит мне или не верит собственному счастью? Таких, как я у него никогда не было, никто и никогда не любил и не полюбит его так, как я.
Радует его это или пугает, мне не понятно.
После завтрака я облачаюсь в экипировку, состоящую из спортивной черной майки, кожаных штанов и черных ботинок. Ден надевает черные джинсы и куртку косуху. Откуда-то из закромов достает мотоциклетный шлем.