На самом дне (СИ)

—Стреляют из повозки начальника!
—Начальника убили?!
—Вот суки!
Работорговцы быстро смекнули где я находился, но было уже поздно - мы находились в равном количестве.
Я перезарядил арбалет и подошёл к двери. Работорговцы побежали ко мне, но как только они приблизились к повозке, на них выпрыгнули зверолюдки.
—Ах вы сучки! —Снаружи послышались звуки борьбы и я пинком выбил дверь, наставив арбалет на первого попавшегося работорговца, который пытался зарезать кошкодевушку.
Он упал замертво с пробитым виском и я посмотрел на оставшихся двоих, что накинулись на волкодевушку, которая практически голыми руками отбивалась от них, правда ценой порезанных рук и ног.
—Давай вместе! —Крикнул я кошкодевушке и набросился на одного из работорговцев.
—Это ты их освободил, гандон?! —Он оказался очень сильным и сразу же повалил меня на землю, вонзив нож в плечо.
"Какого хрена?!" —Я едва могу сдвинуть его руку от себя.
Поняв, что я не такой сильный, работорговец ухмыльнулся и положил свою руку на мою шею, а затем начал душить.
—Эй, держись! —Волколюдка, увидев, в каком я положении оттолкнула своего работорговца и бросилась на моего.
Я краем глаза заметил, что кошкодевушка тоже поспешила мне помочь, но последний работорговец решил напасть на нее.
Волкодевушка меня удивила - она уже была достаточно сильной, чтобы почти на равных бороться с амбалом, который для меня был словно огромный валун. Волколюдка сама повалила его и они начали бороться, отбросив оружие, но мужик всё же был немного сильнее её и он начал постепенно перехватывать инициативу.
Я не стал ждать и, выдернув кинжал из плеча, возил его прямо в спину работорговцу, который уже начал душить волколюдку. Конечно, одним ударом дело не закончилось и я колол его до тех пор, пока он не отпустил руку.
—С-спасибо, кха! —Она откашлялась, отталкивая от себя ослабшего работорговца. Мы вместе повернулись к кошкодевушке, которая...лежала в луже крови.
Работорговец вспорол ей живот и уже нацелился на грудь, но мы с волколюдкой одновременно напали на него и отбросили от бедной кошкодевочки. Я без колебаний воткнул ему кинжал в шею, потому что никто не смеет трогать милых кошкодевочек.
—Эй! Только не умирай! —Волколюдка положила на свои колени голову кошкодевочки, которая делала быстрые маленькие вздохи и с трудом могла держать свои глаза открытыми.
Её выносливость постепенно уменьшалась и я понял, что медлить нельзя.
—Сейчас, потерпи немного. —Я достал флягу с зельем лечения и щедро полил им рану. —Пей. —Я поднёс флягу к её рту и заставил выпить всё до последней капли.
Ещё немного полив рану, я дал флягу волколюдке.
—Эй, ты себе-то оставь немного!—Сказала волколюдка, указав на мою рану на плече.
Я махнул рукой и достал ещё одну флягу.
—Я найду чем себя вылечить, так что пейте.
—Спасибо. —Она отпила немного и посмотрела на руки, которые начали потихоньку заживать.
—На, растерешь свои руки и съешь. —Я достал листья лечебной травы и передал волколюдке.
—Ты серьёзно таскаешь всё это с собой? —Она удивилась, но не стала отказываться от предложения.
Тем временем, моё самодельное зелье лечения уже начало действовать и состояние кошкодевушки сменилось с критического на тяжёлое. Это было видно и по дыханию, которое пришло в норму.
—Жить будет. —Сказал я и забрал у волколюдки флягу. Вот теперь можно и о своей ране позаботиться.
Во второй фляге было более разбавленное зелье и эффект его был слабее, так что колотую рану оно не залечит полностью, но мне оно и не надо - всё равно сражаться сегодня больше не нужно.
—Спасибо тебе большое, что спас нас...Мы ведь можем идти? —Волколюдка подозрительно посмотрела на меня, словно сомневалась в моих мотивах.
—Идите конечно. Хотя лучше будет спрятаться где-нибудь и отлежаться, потому что ей лучше сейчас не перенапрягаться.—Я указал на кошкодевочку, которая уже лежала без сознания.
—Я сама её понесу.
—А, ну тогда ладно.
Закончив со спасением, я приступил к самой интересной работе - мародерству.
 
У работорговцев даже одно лишь было дороже, чем всё бандитское добро вместе взятое. Я даже не сдержался и облизнул губы.
—Эээ...а если не сложно, можешь сказать кто ты такой? —Спросила волколюдка.
—Я? Кайл. —После того, что произошло с тем отбитым работорговцем, я точно убедился в том, что про свое русское происхождение в этом мире говорить нельзя. Поэтому и имя придётся использовать фальшивое.
—Нет, я имею ввиду, зачем ты напал на караван работорговцев? Кто ты такой?
—А, это...ну, просто я - охотник на работорговцев. —Я гордо указал на себя большим пальцем.
—Охотник...на работорговцев? То есть, ты специально нападаешь на них и убиваешь? Зачем?
—Ну...я бы тебе показал, но мне броню снимать не хочется. Вобщем, у меня на спине уже два клейма есть. Смекаешь?
—Погоди...ты два раза сбегал из рабства?! —Волколюдка аж раскрыла рот от удивления.
—Четыре, если быть точнее. И они меня конкретно так выбесили, поэтому теперь мой черёд нападать на них.
"Тааак...Посмотрим, что вы тут припрятали." —После осмотра трупов я вошёл в главную повозку и стал осматривать ящики.
Что ни говори, но работорговцы богаче, чем бандиты. В ящиках было столько вещей, что я их даже унести-то не смогу. Но это не значит, что я не попытаюсь!
Я вытащил все вещи из ящиков и трупов работорговцев, а затем разложил их в порядке полезности.
"Десять арбалетов, двадцать колчанов с болтами, десять мечей, пара кинжалов, два больших мешка с зажигательным порошком, двадцать кандалов, столько же ошейников, десять зелий лечения, три мотка верёвки, пять буханок хлеба и пять банок консерв...И как всё это нести?"
Я действительно хочу всё это забрать, но мой рюкзак такое не уместит. Ладно хоть у работорговцев при себе есть небольшие сумки, куда можно уместить мелкие вещи типа зелий.
"Зелья, ошейники и еду в сумку, кандалы и арбалеты обмотаю верёвкой и привяжу к рюкзаку, зажигательный порошок в рюкзак. О, ещё же нужно одежду снять с этих придурков...Ладно, унесем как нибудь."
Я связал всё, что можно было связать и запихнул в свой рюкзак всё, что вообще туда помещалось.
"Тяжело..."—Больше всего весили кандалы, но от них я отказываться не буду, ведь это железо, которого мне всегда не хватает.
Выйдя наружу, я положил рюкзак на землю и пошёл раздевать трупы.
—Кайл...ты что делаешь? —Я вздрогнул, услышав голос волкодевушки.
—Ты ещё не ушла? —Я повернулся к ней и увидел, что она сидит на лошади вместе с кошкодевушкой. —Я бы не советовал тебе ехать на лошади.
—Почему? Я ведь тебе одну оставила.
—Я про неё говорю. —Я указал на кошкодевушку. —На лошади ты ей рану трясти будешь, поэтому и говорю, что лучше переждать, пока рана не закроется.
—...Я не хочу ждать на людских землях, кто знает, когда другие работорговцы вернутся.
—Так я тебе говорю же - в лесу спрячься.
—Ага, чтобы нас монстры сожрали?
—Ой, да я сам с этими монстрами справляюсь, уж ты-то точно волка сможешь победить.
—Раз ты такой уверенный, может сам поможешь нам спрятаться?
—Я тебя спас и больше ничего тебе не должен. —Мне её наглость не понравилась, хотя это можно простить учитывая нынешнюю ситуацию. —Но...если нам по пути и ты поможешь нести мои вещи, то я подумаю, как раз привал собираюсь устроить.
—...Ладно, в какую сторону тебе идти. —Судя по молчаливой паузе, волколюдка, похоже, сильно сомневалась, доверять ли мне её жизнь.
—Туда. —Я указал на восток.
—И мне туда...да что ты в конце концов творишь?! —Видя, как я раздеваю уже третий труп, волколюдка не выдержала.
—Я собираю с них драгоценное снаряжение, разве не видно?
—А штаны-то тебе зачем?
—Пусть будут, может быть пригодятся...—Я раздел последний труп и осмотрел лагерь. —Ну, вроде всё. Только сложу всё вместе.