Видение луны (СИ)

Он почистил ее мечи?
Она опустила их рядом с собой, вытащила маленький сверток рядом с мечами. В ткани были два кинжала и немного ихори, которые у нее оставались.
Она села на пятки и осмотрела оби — черно-красный пояс, который она носила на каждую миссию Черного Шипа. Чистый и целый. Она думала, что вся ее одежда была уничтожена в онсене. Оби точно порвала ши-но-кагэ. И она увидела линию стежков. Кто-то починил пояс.
Точно не Назэ.
Эма провела пальцами по идеально ровным стежкам. У нее был только этот кусочку шелка: подарок от ее матери, когда она стала лейтенантом.
Она встала и обвила оби талию. Немного от ее старого «я» вернулось, как и ощущение контроля. Назэ вернул ей способность защитить себя. Слезы подступили к глазам. Эма вытерла их ладонью. Она не собиралась плакать из-за этого. Но Назэ все делал по причине. Каждое действие имело смысл, и тут все было понятно.
Он доверял ей, хотя бы немного.
— Он тебе сказал.
Эма повернулась. Саитама стоял на пороге. Духи, она даже не услышала его.
— Немного, — она кашлянула. — Полагаю, ты знал, что он это сделает.
— Мы согласились, что это уже не нужно.
Он прошел внутрь и закрыл дверь, остался на уважительном расстоянии в тускло освещенной комнате. Он встала, оставив мечи у сундука. Он скользнул по ней взглядом, приподняв брови, а потом помрачнел. Он сжал губы в линию. Ей показалось, что он был встревожен?
— Расскажи, — сказал он удивительно мягко. — Я хочу услышать от тебя.
Эма выпрямилась под его пристальным взглядом, быстро все описала — от засады, якобы по приказу Саитамы, до спасения Назэ.
— Проклятье, — прошептал он. — Надеюсь, ты понимаешь теперь, что я не отдавал тот приказ. Я ничего не отдал бы Ноэ. Тем более, тебя.
Все внутри нее трепетало от тех слов.
— А я думала, тебе все равно.
Он смотрел еще миг, а потом отошел.
— Окуро пошел на все, чтобы обвинить тебя, — он помрачнел. — Мне стыдно признать, что до возвращения Акито я не знал, чему верить.
— Ты защищал клан. Я не виню тебя в этом.
Он кивнул.
— Но произошло не только это. Сенмея ранили, порезали от запястья до локтя. И еще несколько человек пострадали, но не смертельно, когда ты якобы сбегала.
Духи.
— Он… все они в порядке?
— Они восстанавливаются. Рука Сенмея все еще под вопросом, — он скрестил руки и отвел взгляд. — Возможно, тебе интересно узнать, что некоторые отказались тебя обвинять. Сенмей, например. Он не знал, кто на него напал, но был уверен, что это не ты. И Хаганэ, хотя это вряд ли тебя удивит. И Акито — когда он нашел тебя и сообщил мне правду… — он опустил руки и повернулся к ней. — Я беру ответственность за то, что случилось.
— Ты не можешь винить себя за действия Окуро.
— Не за его действия. За отсутствие моих. Окуро скрывал измену. Если бы мы раскрыли это раньше…
— Разве так не всегда? Кошмар творился в клане Тайшо, это скрывали от нас. Даже до альянса с Фракцией. И, — она всплеснула руками, — если бы я оказалась в руках Ноэ, я бы сделала все, чтобы сбежать или умереть в попытке.
— Не в том смысл. Это не должно было произойти. Чтобы они сделали это с тобой…
Он потянулся к ее щеке, замер, словно хотел убрать руку, дать ей шанс отказать. Но ее сердце колотилось, тело трепетало в теплом предвкушении. Она склонила голову, и он погладил пострадавшую кожу большим пальцем, провел линию к ее уху. Неожиданная нежность его прикосновения вызвала жар в ее теле.
— …это неприемлемо.
Его дыхание дрогнуло, она посмотрела в его потемневшие карие глаза, выражающие тысячу мыслей, которые она не могла расшифровать, но видела. Она не могла успокоить сердце, в голове кружились мысли, чтобы он еще ее коснулся. Он был близко, она ощущала запах сандала и гвоздики, который заметила раньше. И этот взгляд. Он не мог так переживать.
Нет, он просто сожалел, что так произошло. Это не было связано с ней.
— Командир, это… — она отодвинулась на шаг, подавляя раздражающее желание перейти черту, дотянуться до того, что он предлагал. Это не было для нее чужим. Годы наслаждений в руках Рё не оставили места тайнам отношений мужчины и женщины. И не так давно она была в руках Хаганэ, пробовала его поцелуи и нежилась в его тепле. Но от Саитамы ее сердце колотилось так же, темные глаза пронзали ее защиту, блеск обещал нечто большее. Она хотела это познать, но…
 
— Конечно, — он кашлянул, снова отодвинулся от нее. Он взглянул на дверь и нахмурился. — Как ты понимаешь, визит Ноэ не был приятным. Похоже, мне придется действовать раньше, чем я планировал.
— Что я могу сделать? — если он не был готов разбираться с Ноэ, с сомнениями в верности клана, ему нужна была помощь. Но захочет ли он ее помощь?
— Зависит от…
— От?
Его губы дрогнули в улыбке.
— Тебя, — он отошел. — Он принес новость из столицы. Император Ичиго мертв.
Ичиго… мертв? Этого не могло быть. Потому Ичиё мог действовать безнаказанно?
— Ичиё теперь император.
— Да. Больше никто не борется с ним, кроме нас и, может, пары других меньших кланов. Это не считается угрозой. Ноэ знает это и изменил условия, — он смотрел на нее пристально. — Он хочет тебя и Акито в обмен на наш иммунитет.
Она сглотнула, грудь сдавило. Старая тревога, как при ее прибытии, вернулась: ее жизнь или его клан.
— И что ты ему сказал?
— Тц. Ты как думаешь? Я сказал ему убираться, — он сунул ладони в рукава.
Страх отпустил ее сердце, сменился уколом вины.
— Ты уверен, что это…
— Да, уверен, — Саитама взглянул на свои ноги. — До твоей поимки я хотел поговорить с тобой об этом. Но все зависит от того, готова ли ты биться на, скорее всего, стороне проигравших.
Но даже веря, что они проиграют, он боролся.
— Не спеши с выводами. Ты еще н проиграл. Ты еще тут.
— Да. Как и ты. Что ты думаешь насчет клятвы нам?
— Я… что? — клятва? Верность другому клану? Она уже клялась. И это не…
Но это было глубже, да? Она видела по его взгляду, строгому и пронизывающему, пытающемуся добыть ответы из выражения ее лица.
Ее отказ был таким же весомым, как и согласие.
Он пожал плечами.
— Выступи против Фракции со мной… с нами. Я знаю, ты хотела уйти, и если ты все еще этого хочешь, я не буду мешать. Но у тебя есть место тут, если хочешь. Ты могла уйти в день налета. Но ты осталась и рискнула собой, чтобы помочь нам в час нужды. Я не могу игнорировать это.
Эма покачала головой, скрестила руки на груди.
— Я сделала то, что сделал бы любой. И я поступила бы так снова.
— Никто тебя не просил. Не вини себя в помощи, когда ты смогла ее предоставить.
Она фыркнула.
— Тогда тебе нужно знать, что, если я соглашусь, я не могу обещать слепое послушание. Я уже так делала.
— Я бы от тебя этого и не просил.
— И мое прошлое. На моих руках много крови.
— У всех нас кровь на руках, — сказал Саитама. — Вся страна пропитана кровью. И те, кто выше нас, рады хаосу и сомнениям, — он склонил голову, шагнул ближе. — Я понимаю твое смятение, особенно, после произошедшего. Я предлагаю место, которое можно звать домом, даже если временно. Но я не буду давить. Если хочешь уйти, мы поможем тебе пройти мимо Фракции. Если захочешь что-то другое, объясни свои намерения насчёт Ноэ и всего этого, и мы поговорим.
— Я обдумаю это.
— Тогда завтра. Времени нет.
— Конечно, — она могла официально остаться тут? Должна ли?
— Акито и Хаганэ будут свидетелями, если решишь дать клятву. Но я уточню: я буду уважать любое твое решение без обиды. Я не могу никого заставлять биться с нами до… любого конца, — он кивнул на ее мечи. — Ты еще можешь сражаться ими?
— Конечно, — ее пальцы покалывало от желания взять их и провести тренировку.
— Я так и думал, — он слабо улыбнулся.
Он думал пойти против Ноэ прямо? Клан Рен не был агрессивным. Это будет резкой переменой их идеалов. Хотя, судя по словам Хаганэ, Саитама нес перемены.