Милые шалости, или Под прицелом (СИ)

  
Костя
 
Мой перерыв закончился тогда слишком быстро. Звонки от дежурного никогда не сулят ничего хорошего. Пришлось уйти. Вообще, у меня не было далеко идущих планов на эту прелестницу. Я планировал разложить её на кровати или прямо у стены, если не дойдём, а потом периодически наведываться в гости, к взаимному удовольствию обоих. Если окажется раскованной в постели, можно будет позволить себе чуть больше обычного. Такие у меня были мысли, пока я не попробовал мою Оленьку на вкус.
Коварный план пошёл вкривь и вкось как только её очаровательные губки стали ублажать мой член. Я тогда вообще ни о чём не мог думать, кроме как… Блин… Это было мощно, одним словом. Я накинулся на неё как неандерталец прямо на полу. Теоретические пару перепихонов казались кощунственной малостью. Боже, спасибо, что ты создал эту женщину для меня! Я говорил это тогда, так же думаю и сейчас. Спасибо! Клянусь не выпускать её из постели ни-ког-да!
Но тот звонок конкретно меня обломал и заставил вернуться к реальности. Пора тащить свою жопу на работу. Спасибо, хоть кончить дали. Тогда я искренне надеялся, что завтра она меня не пошлёт. Мне очень хотелось открыться ей. Быть честным в постели и не бояться увидеть осуждение. Впервые, мне захотелось приручить к себе женщину не тематика.
Я стоял в парке. Труп жертвы полусидел на лавочке. Это картинка была не типичной, хотя бы потому что девушек обычно мы находили по указке самого психа, а тут собака в парке. Хозяина чуть откачали. И хоть потерпевшая не на своём месте, всё остальное сходится. Это наш клиент с ней встретился.
— Тоха, что-то наш маньяк зачастил, не кажется?
Мой напарник кивнул и внимательно осматривал землю под лавочкой. Причина такой резкой смены декораций может быть только одна.
— Думаешь, намеренно? Совсем крышу рвёт?
Его голос звучал скупо и бесстрастно. Я лишь отрицательно покачал головой. Сама девушка заставила его изменить своё продуманное поведение. Я мысленно набросал всё то, что мы имеем и снова получалась какая-то бесмыслица. Ничего связанного. Слишком ловкий, гад.
— Как там Пархимчик? Может встречал на улице этого пройдоху?
Антон снова чуть качнул головой и достал закатившееся под лавочку обручалку. Бинго.
На летучке народ гудел как улей. Шеф бесновал, а у меня в мозгу засела моя рыжая бестия и никак не сконцентрируешься на работе.
— Костя, внимательно! Есть версии?
Какие, блин, версии, когда Оля тоже рыжая? Эта мысль не давала мне покоя. Будет ли через край попросить её перекраситься при наших столь непродолжительных отношениях?
— Работаем, Павел Геннадьевич. Зацепок пока не очень.
Наш шеф — мужик строгий и дотошный. Как он выразился ещё в начале своего назначения:
"Работаем! А свои предположения засуньте себе в жопу! Мне нужен результат!"
Именно через восклицательные знаки, потому что проораться он любит.
Возвращаясь к тому делу, могу с уверенностью сказать, что после фирменного ора у меня появилась здравая мысль. Первый возможный след, раскрывающий личность преступника. Шерсть чёрной собаки и немного грязи с парка. Звучит бредово, знаю, но в квартире предыдущей жертвы никаких признаков животных не было. Да и одного волоска маловато для собственного питомца. Это не частый гость-собаковод иначе шерсти оставлено маловато.
Знаю, звучит путано, но мне было достаточно этой бессмыслицы, чтобы зацепиться за неё. И я снова подкатил шары к психологу-брюнеточке, потому как Тоха почему-то поехал на место преступления искать упущенные следы. Она как обычно печатала что-то, но я был слишком нетерпелив, чтобы ждать негласных пару минут.
— Аня, у тебя есть собака?
Она выдержала их сама, допечатывая своё предложение до логического конца. Не скажу, что выглядела она при этом довольной.
— Кошка.
— Ок, а что можно сказать о кошке по её шерсти?
Аня заинтересованно подалась вперёд и отвернула экран монитора в сторону, чтобы лучше видеть моё лицо.
— С какой целью интересуешься?
 
Я чуть отстранился. У меня нет ничего, кроме своих догадок.
— Мне кажется, у нашего психа есть чёрная собака.
Прекрасный человек. Ей не надо объяснять мои домыслы и заключения. Просто принять точку зрения и подсказать направление. Даже если то, что я говорю не верно, направление она всегда подскажет правильное.
— Хм. Ну это возможно. Ему же надо притворяться, что он нормальный.
— Думаешь, он указывает в анкете, что он — собаковод?
Девушка задумчиво постучала пальцем себе по виску.
— Да… Это определённо добавит ему пару очков на съём, так что — да. И скорее всего собака молодая. Он привык строить отношения сам, а не притираться друг к другу.
Я вскочил и полетел в лабораторию. Тут уж очередь медиков подсказывать своих коллег.
— Спасибо, Ань.
Отчёт уже ждал меня на столе и судя по этой бумажке, наш парень остался верен себе. Жертва, Алина Осипова, была задушена ремнём. Эх, мне бы тогда выкинуть Оленьку из своей дурной башки и почитать по внимательнее. Ширина ремня точнёхонько указывала на то, что ублюдок носит форму, как и говорила наша брюнетистая заноза. Правда, не понятно было какую. Мог запросто оказаться военным или простым ментом, но я не связал. Мне нужно было проверить зацепку по чёрным четвероногим. Что Аня — молодец, я знал и так. Осёл…
  
Оля
 
Он сбежал чертовски быстро. Мне было несколько обидно, если честно. Никогда мои партнёры не уходили из моей постели по первому же звонку. Но делать нечего.
Потом позвонили в дверь. Хорошо, что я предусмотрительно посмотрела в глазок. Та самая недовольная соседка-пенсионерка яростно стучала клюкой и орала, что вызовет милицию. Милицию, представляете? У правоохранительных органов уже давно сменилась форма и название, а старушки всё путаются.
— Вызывай, дура набитая, — крикнула я ей и пошла отсыпаться. Шутка ли, скоро действительно идти на работу, а я ещё не сплю.
Звонок. Продолжительная трель звонка разбудила меня буквально через час. Бабуля обиделась и действительно вызвала… участкового. Я девушка одинокая и неприличная. Очень не люблю, когда меня будят. До сих пор, кстати, не люблю. Это я так, к слову. А открыла дверь как есть: в широкой майке строго по пупок и трусах с очаровательной крольчачьей мордой. Участковый представился без запинки, я жестом пригласила его в квартиру.
— Шумим, Ольга Петровна?
Парень сел за стон на кухне. Я быстренько убрала грязную посуду и даже протёрла. Что и говорить, я не хозяйственная девочка и навряд ли таковой стану. Гостей я тогда не ждала и беззастенчиво сверлила участкового хмурым взглядом. Халат я, почему-то, так и не одела, хотя и в мыслях не было соблазнять представителя закона. Впрочем, он был душкой и пошлых комментариев не отпускал.
— Сексом занималась. С вашим коллегой, кстати. Чай, кофе?
Сама решилась на травяной чай. Вдруг удастся доспать.
— Нет, простите. Служба. Ваша соседка говорит, что шумели вы с ночи до утра.
Я села на стул напротив, чтобы не сверкать своими трусами прямо под полицейским носом. Горьковатый привкус ромашки расслаблял, уговаривая не затягивать с объяснениями.
— Я — барменша и ночью работаю. Костя ушёл час назад. Просто я её дурой обозвала, вот она и позвонила. Обиделась, наверное.
Участковый недовольно покачал головой. Он был таким… тошнотворно правильным. Вся его поза выражала укор.
— Со стариками терпимее надо быть.
Я только пожала плечами. Все мы знали бабу Нюру. У неё, что не парень, то наркоман, что не девушка, то проститутка. И вот такие наряды — обычное дело. Но разве объяснишь это молоденькому, гладко выбритому пареньку? Небось только что на службу поступил. Ничего. Пару вызовов от бабы Нюры и воробей будет стреленным.
— Как зовут моего коллегу?
Тут я несколько тормознула. Это — Костин сослуживец. Маловероятно, конечно, что они прям общаются и дружат, но мужики бывают ещё хуже трындючих баб. Я решила придерживаться официальной версии. Костя в первый раз увидел меня в участке. Потом искра, вспышка, безумие и здоровый секс. Потому что правду могут расценить как преследование сотрудника полиции. Блин, по хорошему это и было преследование. Но я гналась за мужиком, а не за погонами.