Змеиная Академия. Часть 1 (СИ)
Девушки ахнули и закрылись веерами, парни заржали, Олег держался, чтоб не засмеяться в голос, ад порозовел. А вот Ангелина как всегда — скорчила моську и таким голосом, будто видит дохлую собаку перед собой, заявила:
— Ну да, твои истории и раньше не отличались изысканностью, а теперь и вовсе похабщина! Фи!
— Это не похабщина, а юмор!
— Это не юмор, а простолюдинское нечто, недостойное аристократа! — красивое лицо девушки скривилось ещё больше. — Надеюсь, тебя когда-нибудь всё же научат манерам! Говорят, в этом очень помогают розги!
— Хм. — меня она уже начинала бесить. — Ангина, ты что, считаешь себя лучше меня?
— Конечно! Я думаю, для любого человека это должно быть очевидно! — она подошла на шаг ко мне, встала почти впритык, возвышаясь на ногах и туфлях со шпилькой в полметра.
— И чем же? Неужели манерами? Ха, видимо, твои родители немало розг-то извели в своё время!
— К твоему сожалению, на меня роз тратить не пришлось, потому что у меня хорошие манеры в крови! А чем я лучше… — она вдруг стрельнула глазами в принца. — Да хотя бы ногами! Длинными, стройными, которые нравятся всем достойным парням! А кому-то, кто ползает на пузе и всё равно пытается строить планы на кого не надо, таких ног никогда не видать!
— Пф, ноги! — я отмахнулся от её ног, действительно, весьма привлекательных, хотя и не настолько, как она описывала. — Если дело в ногах, то это дело поправимое!
Я сосредоточился и призвал Воздух. По бальному залу пронёсся сквозняк, чуть-чуть закачались, звеня, хрустальные люстры, а у меня на теле, возле ануса и посередине змеиного туловища, стал сгущаться воздух. Несколько секунд — и я стоял на четырёх молочно-белых ногах! Кто ж сказал, что крылья могут быть только в форме крыльев?
— Вот, смотри! — я радостно улыбался, выставив вперёд две левые ноги. — Длинные, не меньше метра, ножки! Гладкие, шелковистые, идеальной формы и невероятной длины! Не то, что твои кривульки!
— Кривульки⁈ — потрясённо повторила Ангелина, глядя на мои воздушные ноги.
— Ага. Я вообще удивляюсь, как ты на своей букве «Хы» ходишь, не падая!
Компания принца с разной степенью удивления наблюдала за нами, а сам принц, отвернувшись, издавал какие-то нечленораздельные хрюканья. Были видны только его красные уши.
— И ты смотри, какая я стала высокая на них! — я поднялся повыше, став больше двух метров ростом. — Мне даже твои ходули не нужны, чтоб быть высокой и стройной. Кривульки на ходульках!
— Ты! Ты! — Ангелина вся покраснела он ярости, глаза метали молнии, я бы не удивился, если бы у ней из ноздрей и ушей пар пошел!
Но потом она применила супероружие — лицо её скуксилось, как печёное яблоко, а из глаз градом полились слёзы.
— Олееег! — голосом недоенной коровы замычала Анлегина. — Олеееег! У меня… у меня же… ноги… стройные⁈ Олеееег!
Принц повернулся, весь сам красный, обнял её за плечи, а девушка, не будь дуррой, уткнулась ему в грудь лицом и разрыдалась изо всей силы.
— Ну-ну, ты прекрасна, мой Ангелочек! Светлана просто пошутила! Правда, же Светлана? — он стал коротко кивать головой и дёргать глазами, показывая на рыдающую.
— Ну… да. Прости, Ангелина, я была неправа. — выдавил из себя я и развеял ноги. — У тебя отличные ножки, всем на зависть!
Я хотел ещё извиниться, чтоб она перестала рыдать, но тут она повернула лицо ко мне, смотря из-под руки принца. И было оно таким злорадным и торжествующим, что я проглотил все свои извинения! Ах ты змеюка подколодная!
— Хотя, конечно, чувство юмора у тебя мертвее мёртвого. — закончил я сварливым голосом. — Это не моё дело, конечно, но я бы тебе, Олег, не рекомендовала на ней жениться. Такая истеричка без чувства юмора и сама чёрствая, как месячный сухарь, и тебя всю жизнь душить будет своей сухостью!
И, быстро увернувшись от удара ногой от Ангелины, я юркнул между ног собравшихся, удирая к своим. Всё, хватит на сегодня встреч, прицеплюсь к Софии и буду опустошать столы с едой!
Глава 31
Влетело мне жутко! Даже не мне, а нам, потому что бабка решила наказать не только меня, но и Софию. Бал был в четверг, в пятницу я остался дома, да всю Академию отправили по домам Новый год праздновать, так вот в этот день бабка не поленилась, вызвала учителя этикета, и тот три с половиной часа вбивал в нас с сестрой правила формального и неформального поведения на балах. И даже экзамен потом сдавать заставил! Ну, а мне было жутко стыдно. Не за себя, да что там, а за то, что я обещал Софии не влезать в проблемы, но всё равно влез, а ей теперь влетает за это. Она-то была пай-девочкой и просто веселилась с друзьями и со своим хвостатым кавалером, с дурацким именем «Митюша».
— Прости! — когда это мучение закончилась, а бабка поблагодарила учителя, одаряя нас грозными взглядами, я снова стал извиняться перед Софией. Раз так в пятидесятый за последние сутки.
— Да нормально всё. — сестра отмахнулась. — Я же сама согласилась тебя отпустить, торопилась к Митеньке. Но нужный он какой! Жуть!
— Ха-ха-ха, не то слово!
Как камень с души свалился! Грустно было бы, если бы сестра на меня обиделась. Тогда бы я тут вообще один остался.
Когда мы с Софией закончили, в поместье уже вовсю шло празднование. Столы ломились от еды, слуги сновали туда-сюда, родственники всех мастей заняли все возможные места, общаясь и делясь не абы какими мыслями. Ну а какие могут быть мысли у серпент, которые помешаны на силе? Какие техники выучили, какого уровня силы достигли, какого хотят достигнуть в следующем году и прочего. Интересно было послушать рассказы ловчих, которые ходили в леса на охоту, но таких было не очень много. А уж какими нудными были байки со службы в разных уголках страны! Вообще в любом мире у военных одни и те же байки — как кто-то (чаще всего они) проявили удивительную смекалку, а когда женщины исчезали из помещения, то трепались о бабах. Но я-то мог слышать!
Благо, хоть вечером у меня стало, чем заняться. Сегодня же пятница! И компания, у которой дед заказал поросят, доставила двух кабанчиков в поместье ещё утром. Ну, не ждать же до следующей недели, правда? Вот я вечерком, когда уже хорошо так стемнело, и пополз в загончик, где этих поросят держали.
— Ты куда? — возле выхода меня перехватила София.
— Да по делам, неважно, в общем. — попытался я отмахнуться, торопясь к поросяткам. Я даже торт праздничный не ел, чтоб их вкус не перебивать!
— Я с тобой проползусь. Хорошо? — сестра стала искать свою попону за грудами одежды гостей.
— Да зачем? Я и сама, я быстро, скор овернусь!
— А я вот хочу с тобой! Даже если быстро! — почему-то заупрямилась серпента.
— Ну ладно.
В принципе, пусть себе смотрит. Вряд ли её так уж шокирует поедание свинок. Она же не кисейная барышня, а воин! Видела и кровь, и открытые переломы, и жестокость, пока тренировалась. Порой практические боевые занятия не обходятся без травм.
А ещё у неё как-то нездорово блестели глаза. Опять, что ли, накатила тревога за будущее? Тогда и правда, пусть ползёт со мной.
— Нам куда? — поинтересовалась София, когда мы выползли во двор.
— Ээээ, вон туда, вроде, мне сказали, что они в угловом помещении.
— Они? — сестра удивлённо вскинула брови.
— Они!
Дальше мы ползли молча, только снег скрипел под хвостами — на эту зиму решили метеомагию не применять, чтоб делать тут вечное лето. Но и так было неплохо, голые деревья выглядят хуже, чем одетые в листву, но лежащий на них пушистый толстый снег скрашивал впечатление. Даже у Софии как-то лицо разгладилось, а глаза перестали лихорадочно блестеть.
— Хм, а вы что тут делаете? — из кустов выбралась Ксения с недовольным лицом.
Следом за ней выперся какой-то из родственников, молодой серпент лет двадцати на вид, глянул на нас с Софией, шмыгнул носом и заскользил к дому.
— Гуляем. — попытался её отфутболить. — Ты, вижу, тоже.
— Не твоё дело! — кузина была почему-то злая.