Мой личный враг (СИ)

Словно почувствовав эту внутреннюю борьбу, виновник моих душевных терзаний вдруг оборачивается и бросает на меня долгий изучающий взгляд. От пламени, которое скрывается за бескрайней синевой его глаз, в горле у меня становится сухо, как в пустыне. Я поспешно отворачиваюсь и подавляя отчаянное желание прикрыть руками свое полуобнаженное тело прыгаю в теплую воду, которая становится моим укрытием.
Несколько минут я плаваю, ритмично рассекая воду, а когда прислоняюсь к бортику, чтобы передохнуть, слышу бодрый голос Сашки.
— Мира!
Обвожу взглядом весь бассейн, прежде чем замечаю его крепкую коренастую фигуру. Он стоит на краю вышки и готовится к прыжку. Понимает вверх большой палец и подмигивает, а потом разбегается и, оттолкнувшись от трамплина, грациозно входит в воду, практически не создавая брызг.
Слышится одобрительный гул и аплодисменты, а в следующее мгновение Сашка выныривает на поверхность, отплевываясь и протирая глаза. На его лице играет такая бесшабашная улыбка, что я невольно улыбаюсь.
— Видела? — спрашивает он, звонко целуя меня в щеку, когда я подплываю к нему.
— Видела, — подтверждаю снисходительно.
— Хочу еще раз.
— Ну, Саш, погоди, побудь со мной, — прошу ласково и обнимаю его за шею.
В следующую секунду чувствую как крепкое тело прижимается ближе и доверчиво кладу голову ему на плечо, тая от нежности, с которой Сашка целует мою шею.
Дно бассейна остается где-то внизу. Обвиваю свои ноги вокруг Сашкиной талии и легонько касаюсь его влажных губ.
— Ты утопишь меня, — низким голосом бормочет он.
— Ты спасешь нас обоих, — с уверенностью парирую я.
— А если все же утонем?
— Только друг в друге, — шепчу прямо в его ухо и коротко прикусываю мочку.
— Ты опасный человек, — усмехается он.
— Замолчи, Саш, — говорю коротко и прижимаюсь к его губам в долгом поцелуе.
Сашка недолго остается безучастным. С удовлетворением ощущаю его ищущие руки на ягодицах и задыхаюсь, когда наши языки сплетаются в эротическом танце.
— Ковальчук, Громова, будете играть с нами? — ненавистный голос разбивает волшебную реальность в которой мне нет дела ни до кого, кроме моего парня.
С недовольным стоном отрываюсь от Сашки и оборачиваюсь.
Все столпились на другом краю бассейна во главе с Благовым, лениво подбрасывающим мяч. Я встречаюсь с ним взглядом и хочу провалиться сквозь землю. В синих глазах сложно прочитать хоть что-то, но мне кажется, там таится раздражение и нечто такое, отчего я чувствую себя очень неуютно.
Крепче цепляюсь за Сашку, но слышу его «Конечно», в котором уже можно различить азарт и предвкушение схватки.
Он выпускает меня из своих объятий и плывет к противоположному бортику.
— Вы уже разделились на команды?
К удивлению Сашки и полному равнодушию Благова, участвовать в игре я отказываюсь, хотя люблю подобные активности. Вместо этого я несколько раз проплываю из одного конца бассейна в другой. Меняю стиль и плаваю еще несколько минут, а потом переворачиваюсь на спину, восстанавливая сбившееся дыхание и наслаждаясь ощущением теплой воды, ласкающей разгоряченную кожу.
— Мира, выпьешь со мной?
Я подплываю к бортику, где стоит Ленка и, подтянувшись на руках, выбираюсь из воды. Оборачиваю талию полотенцем и не успеваю присесть на шезлонг, как подруга вручает мне бокал, украшенный долькой апельсина.
— Мальчишки в отличной форме, — говорит она, с интересом наблюдая за игрой.
— Угу, — откидываюсь в шезлонге, потягивая сладковатую жидкость, и избегаю смотреть туда, куда смотрит Лена. — Вкусно.
Некоторое время мы молчим.
— А ты почему не пошла? — спрашивает она внезапно. — Ты же неплохо играешь в волейбол.
— Нет настроения, — коротко бросаю я и ищу глазами Сашку, изо всех сил стараясь не замечать Благова. Но он будто нарочно делает все, чтобы как можно чаще попадаться мне на глаза.
Делаю еще один глоток вина и натыкаюсь на пристальный взгляд подруги.
— Я хорошо тебя знаю, Мирослава, в эту поездку ты что-то темнишь.
— Не придумывай, — вонзаюсь зубами в дольку апельсина и изучаю куполообразный потолок, в отражении которого без труда нахожу высокую фигуру Благова.
 
— У вас с Сашей все нормально? — не унимается подруга.
— Да, — заявляю твердо, чтобы не подпитывать подозрительность Ленки. — А ты почему спрашиваешь?
— Может, потому что ты уже пять минут пялишься на Даниила, а не на своего парня, — с откровенной прямотой отвечает она.
Я едва не давлюсь апельсином и судорожно глотаю, пока мозг мечется в поисках уместного ответа.
Возмутиться? Проигнорировать? Честно сказать, что одним своим присутствием Благов порождает во мне столько противоречивых ощущений, что просто опустошает душу?
— С чего ты взяла? — в конце концов выдавливаю из себя.
— Мира, берегись, — без тени улыбки заявляет подруга. — С этим парнем шутить опасно. Он пройдется по тебе как каток по свежему асфальту.
— Да не интересен он мне, — говорю равнодушно, избегая взгляда Ленки. — Мне абсолютно все равно.
— Нет, тебе не все равно, и это меня беспокоит.
Ленка смотрит на меня в ожидании, а я знаю, что не могу ей ничего рассказать. Мы дружим уже шесть лет, и у меня никогда не было от нее секретов, но сейчас чувствую, что Благов — это только моя тайна, которой не хочется делиться даже с близким человеком.
— Я поплаваю еще, — говорю я, сбрасывая полотенце на шезлонг. — Ты со мной?
Я знаю, что мои ответы не убедили и не успокоили подругу, но она не настаивает. Допивает свой коктейль, кивает и мы почти синхронно прыгаем в теплую воду.
  
9
 
Несмотря на непростое начало, к концу вечеринки я нахожу свой дзен. Избегаю людей, которых стоит избегать, много и вкусно ем, смеюсь, танцую, общаюсь и даже нахожу темы для беседы с Алиной и Мариной.
Когда мы с Сашкой решаем вернуться в отель, на часах уже давно за полночь. Оставляю своего парня в компании Макса и Сергея — того самого блондина из свиты Благова, а сама иду в раздевалку переодеваться. Где сам Благов мне не интересно. Не удивлюсь, если в эту минуту он устраивает марафон в кровати с покладистой подружкой в красном бикини. И меня это нисколько не волнует, а то, что в животе от этой мысли все сжимается в тугой узел — так у меня, наверное, проблемы с пищеварением.
Быстро принимаю душ, меняю купальник на нижнее белье, натягиваю джинсы и широкую футболку, обнажающую одно плечо. Влажные волосы промокаю полотенцем и выхожу из душевой в смежную комнату, чтобы взять фен.
Не успеваю причесаться, как входная дверь позади меня открывается, и в отражении большого зеркала я ловлю непроницаемый взгляд Даниила Благова.
Рука с расческой замирает в воздухе. Адреналин разгоняет кровь по телу. Резко втягиваю в легкие воздух, но дышать не могу. Жду, что он уйдет.
Но он не уходит.
Через раздевалку можно пройти в душ и туалет — рассчитываю, что это и есть пункт его назначения, поэтому вздрагиваю от неожиданности, когда он закрывает за собой дверь и прислоняется к ней спиной, спокойно спрашивая:
— Хорошо провела время?
Я, конечно, могу послать его, но в данный конкретный момент он не сделал ничего плохого, а мне нужно учиться контролировать свои эмоции с людьми, которые раздражают. Поэтому, когда я отвечаю ему, мой голос звучит совершенно нейтрально.
— Да, хорошо.
Все еще стою к Благову спиной, наблюдая за ним в зеркале. Он успел натянуть простую черную футболку, но по-прежнему в пестрых шортах. И ноги босые, а в руке стакан с янтарной жидкостью.
— Ты очень красивая.
Этот безыскусный комплимент, произнесенный с мягкой хрипотцой производит на меня эффект разорвавшейся бомбы.
— Тебе не стоит так говорить, — одергиваю его.
— Не понимаю, почему, — он как-то раздраженно вздыхает и запускает пальцы свободной руки в свои густые волосы.
Если бы я не знала, насколько Благов бессердечный, подумала бы, что нервничает.