Беглянка (СИ)

- Мне телячью лопатку с овощами. И салат с утиной грудкой, - снова уткнувшись в ноутбук, ответил Барсов. Равнодушный, холодный, как айсберг. Наверно, поэтому он не считает нужным как-то подчеркивать свой статус. Льву не нужно никому доказывать, что он лев.
А вот его львица скорей всего родилась какой-нибудь гиеной и только потом преобразилась. Она весь вечер гоняла меня по хозяйству. Это принеси, это унеси. Спасибо, не заставила прислуживать за столом. И то, потому что Арсений велел выгулять Герца и идти к себе.
Возвращаясь с прогулки, я не удержалась и краем глаза заглянула в столовую. Вздохнула, как Золушка, заглянувшая в окошко королевского дворца и увидевшая настоящий бал. Но, чтоб не гневить Судьбу, тут же поблагодарила ее за приют и такую работу, которую и работой нельзя назвать.
Чистя зубы, я скорчила в зеркало моську, подражая «Лане Викторовне»:
- «Далеко не все могут оценить тонкое сочетание вкусов»
Бе-е-бе-бе! Кукла-выпендрежница. Ели мы вашу фуагру!
Чувство невероятного парения заполнило мою душу. Я одна в этом потрясающем доме. Барби уехала еще вечером, а Арсений настолько рано утром, что я и не слышала, хотя сплю очень чутко. Я могу, покормив Герца и выгуляв его, спокойно рассмотреть все здесь. Могу лежать на диване. Могу сидеть с чашкой чая в беседке. Могу взять книгу из библиотеки и читать.
От переполнявшей меня радости я запела, чуть не испугав Герца, который нетерпеливо сидел рядом и внимательно наблюдал. Надеюсь, его не терзали сомнения в том, что некачественно «умыл» меня!
Ну раз я одна, значит, никого не шокирует мой «спальный» вид. Сначала накормлю зверя, а потом переоденусь. Я одернула футболку, едва-едва прикрывавшую попу, и понеслась на кухню.
Может, и не надо было отказываться от барских одежек? И не вышла бы мне боком моя разборчивость...
Пока мы бегали с Герцем на площадке, сгустились тучи, и неожиданно с неба вывалилась на нас целая тонна воды. И то, что мы умеем быстро бегать, никак не помогло. Спортивный костюм мгновенно промок, как и кроссовки. Зверюга тоже не обрадовался.
Мокрые, взъерошенные, мы ввалились в дом. Первым делом я вымыла Герцу лапы и всего самого, вытерла большим полотенцем. И только тогда стащила с себя мокрую одежду, засунула в стиралку и влезла под горячий душ.
Маленькое приключение не могло испортить настроения, а наоборот, придало какой-то драйв.
Переодевшись в свою единственную футболку, я решила пощеголять в ней, пока не постирается костюм со спортивной майкой. Сохнуть им после этого совсем ничего.
Опять в голову вернулась детская песенка, которая было выветрилась, пока мы убегали от дождя.
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​ «Вместе весело шагать по просторам,
по просторам, по просторам.
И конечно, припевать
Лучше хором, лучше хором,
Лучше хором»
И я позволила ей быть не только в моей голове. Жизнеутверждающе горланя, сделала себе бутерброд и уже собралась налить чай, как меня словно пригвоздили на месте.
- Весело тебе, смотрю, тут, - раздался мужской голос, от которого мурашки побежали по телу.
Я развернулась, осознала, что стою почти в неглиже и рванула было в комнату.
- Стоять!
Глава 7
Я замерла на месте. С одной стороны, если Герц пропустил его в дом и даже не гавкнул, значит, это свой человек. Но отчего-то от взгляда этого «своего человека» подкашивались ноги.
- Вы кто? – из пересохшего от испуга горла вышел только шепот.
- Вопросы здесь задаю я, – припечатал незнакомец. Очевидно, он работает на Барсова. Но почему меня никто не предупредил, что вот так вот могут нагрянуть гости.
- Задавайте, только я сначала оденусь, - снова рыпнулась я.
- Не вижу надобности в этом. Искренность ответов не зависит от наличия одежды.
Ага, полицай чертов! Еще как зависит! Без одежды человек беззащитен совсем. А он, и вправду, как полицай. Черный спортивный костюм словно облепил его литую фигуру. Накачанный, подтянутый, он напоминал хищную пантеру. Таким же хищным, цепким был и взгляд из-под слегка нависших век. И эти веки придавали ему сходство с каким-то янычаром. Бритая наголо голова и чувственные, даже, как мне показалось, порочные губы, исходящая от него энергетика – говорили о переизбытке тестостерона.
 
Я хоть не большой специалист в таких делах, но читала об этом.
Карусель мыслей, пронесшихся в голове, резко встала, потому что мне реально стало страшно.
- Итак, кто ты?
- Я Варвара. Нянька Герца и домработница. Зачем вы спрашиваете? Вы же знаете, раз вошли сюда, как свой! – пытаюсь сохранить остатки самообладания, но голос предательски дрожит.
- Это я знаю. А теперь хочу знать, откуда ты сбежала. Почему не учишься? Где семья?
- Я уже сказала Арсению Вячеславовичу, что жила в Мичуринске, бабушка умерла, и учиться не на что. С работой в провинции плохо. Вот я сюда и приехала. И жилье есть, и еда, и зарплата, - проблеяла я сто раз прокрученную в голове версию.
- Где родители? – мужчина навис надо мной, буквально загнал в клетку, уперевшись обеими руками о стену у меня над головой. От его запаха, какого-то по- настоящему звериного, у меня чуть не закружилась голова.
- У меня нет родителей! – от испуга я уже всхлипнула, но на него это не произвело ровно никакого впечатления. Наоборот, его ноздри начали жадно раздуваться, как у готового к нападению хищника. Он, несомненно, получал удовольствие от осознания своей силы и моей беспомощности.
- Почему ты на учете в психдиспансере состоишь? Говори правду!
Теперь мне стало совсем плохо. В голове шумело так, что я боялась потерять сознание. Раз он и об этом знает, значит, мне скоро понадобится другое убежище. Хорошо, если до приезда Арсения разрешат побыть.
Но оказалось, что это не самое страшное.
- Хотя, если честно, меня это мало волнует. Работу выполняешь, и ладно. И ты хорошенькая. Пугливая, робкая.
От неожиданной смены темы я совсем растерялась, а этот гад схватил меня за грудь, даже лифчиком не защищенную, и больно, по–хозяйски, сдавил.
От страха и накатившей ярости, я изловчилась и, влепив ему пощечину, поднырнула под его руки. Только добежать до ванной! Вот когда большой дом – это не благо…
Однако этот мерзавец тоже, видать, не пончиками набивал брюхо, а качался в спортзале.
- Стой, дрянь маленькая! Хуже будет!
Сбросив с себя оцепенение, я, наконец, обрела голос.
- Уйдите отсюда!!! – закричала я на бегу, отчаянно надеясь добежать до спасительной двери. Но не успела. Только я схватилась за ручку, как сильная рука больно дернула меня за волосы.
- Хочешь в ванной?! Так даже интересней!
Получив жесткую подсечку, я рухнула на колени и отчаянно зарыдала.
- Р-р-р!
Сквозь пелену слез я увидела прямо перед собой мокрый нос Герца.
- Герц, место! – скомандовал преследователь, но мой любимчик вместо того, чтоб подчиниться команде, рыкнул еще суровей и вынудил мерзавца выпустить мои волосы.
- Место, я сказал! – в голосе мужчины сквознула ненависть, и Герц, недолго думая, решил ответить взаимностью. Молниеносно он сцепил зубы на его причинном месте.
Надменное, как у хозяина положения, выражение лица быстренько испарилось. Ехидная, наглая улыбочка присползла, и он, сообразив, что только я могу вызволить его нежное хозяйство из капкана, растерянно заморгал глазами.
Шумно сглотнув тяжелый ком, он прохрипел.
- Убери собаку. Нам есть, что обсудить.
- Герц, фу! – с наслаждением выдохнула я. Как здорово, что сейчас этот здоровый бугай называется просто и емко «фу!»
Пес тут же послушно разжал челюсти, но далеко не отходил, непрозрачно намекая пришельцу: «Ну, ты меня понял?!»
Это было так восхитительно! Я давно забыла, что такое забота и защита. Смерть дедушки словно разделила мою жизнь на «до» и «после». И в этом «До» осталось все хорошее. Беззаботная жизнь, уверенность в завтрашнем дне, родной человек. А сейчас Герц одним движением показал, что у меня есть настоящий друг, который сразу же придет на помощь.