Убойные каникулы (СИ)

Как только пришел в себя, вокруг послышались шорохи. Бандиты подбежали ко мне и наставили пушки. Еще бы… страшно терять из вида опасного школьника.
— Ну как, чмо? Болтать расхотелось? — раздался звериный рык Роберта.
— Болтать… у тебя во рту… членом, — с трудом выдохнул я, подняв голову.
Рядом взорвалось что-то яркое. Меня слегка ослепило, и оглушило; в рот набилась земля. Стало ясно, что лучше пока успокоиться. Иначе, они прибьют меня раньше времени.
— Походу, выкидыш замолчал.
— Язык в очко запихнул, — послышались грубые голоса. Раздался громкий смех и неясный галдеж толпы гадов.
— Заткнитесь! — спустя несколько секунд, прервал братву Роберт.
Я немного отдышался, увидев его перекошенное от злости лицо, которое напряженно сказало:
— Слушай сюда, дерьмо мелкое, есть одно дело.
— Какое? — простонал я, ощущая, что быковать пока глупо.
— Если будешь говорить, то умрешь легкой смертью. А нет, тебя порвут на куски и скормят бродячим собакам. Живьем! — последнее слово он выдохнул с особым азартом. Маньячина покруче меня, могли бы стать друзьями, если б он не был пидором.
— Хочешь поболтать о погоде? — сказал я, сплюнув землю, которая хрустела на зубах это время.
— Не совсем, — процедил чертов Роберт. — Есть пара вопросов, щенок. Откуда у тебя столько силы? Петра не мог убить простой сосунок! Я в это никогда не поверю!
— Откуда? Тебе это важно, папаша? — спросил, окончательно придя в себя.
Карманы моей одежды были довольно глубокими. Из них ничего не могло выскочить просто так. Потому артефакты пока сохранились. Я знал, как пользоваться смертельными штуками.
Оставалось долбануть Роберта, чтоб загнулся. А дальше, пусть меня хоть в сортир опускают.
— Говори. И уйдешь из жизни спокойно, — сказал Роберт после небольшой паузы.
— Откуда у меня эта сила? Хм, братан, дай подумать, — ответил я. — Может быть, я не знаю. А спроси у своей мамочки, петух сраный!
Я начал немного напугано, а закончил резким воплем, от которого все содрогнулись. Роберт открыл рот, его огромный кулак опять загорелся. Я вытащил артефакт, напрягая пальцы руки, как положено по инструкции.
Еще мгновение, и все бы закончилось. Если б не шквальный огонь.
Камень в моей руке вспыхнул оранжевым светом, но не успел выдать сгусток энергии. Ведь все вокруг пошло ходуном.
Пули вспахали землю, разметали осеннюю траву. Всюду полетела кровь и мясо гребанных гадов. Я заметил, как несколько человек превратились в рваные мешки плоти, остальные бросились прочь, залегли.
Роберт выругался и кинулся в сторону. Похоже, он испугался. Еще бы, это тебе не пацана всей бригадой окучивать.
Мне пришлось вжаться в землю, чтоб не лишиться башки. Судя по звукам, это бил пулемет. Он гремел очень грозно и странно. Я слышал такое лишь один раз в своей жизни. Когда мы были у бабки…
«Отлично! Анна меня откопала! Так еще бабулю взяла, с подарком», — радостно подумал я. Но тут огонь прекратился. Стало ясно, что это только начало.
Роберт вскочил на ноги и бросился на меня. В одной руке у него был пистолет, другая горела гребанной синькой.
— Иди к сыночку, петух недоделанный! — крикнул я.
Поток оранжевого пламени вырвался из артефакта и врезался в грудь упырю. Разошлась прозрачная волна, едва заметная в тусклом свете.
Конечно! У него тоже защита. Все-таки догадался, гаденыш.
Только это не помогло. Роберт заорал, как ужаленный. Его громадная туша поднялась в воздух и свалилась в кусты. Отлично, оставалось добить эту гниду!
Я поднялся на ноги, не думая ни о чем, кроме цели. Бросился вперед, но поймал сразу несколько пуль. Несмотря на защиту, меня сильно качнуло. При этом сделалось больно. Похоже, браслет стал малость ослабевать.
Не успел об этом подумать, как свалился на землю, уткнувшись носом в какую-то клумбу. Резко перевернулся. Но тут на меня прыгнул огромный мужик.
— Что, гондон! Что, гондон! — дико заревел он.
Дядька замахнулся кулаком… От такого защита могла не помочь. Но у меня было кое-что лучше.
Ни секунды не медля, жахнул эрией, что было силы. Выпустил столько энергии, сколько смог. Хотелось не просто убить этих тварей, а порвать на куски.
 
Примерно это и вышло. Мужик опустил руку, будто она превратилась в вялую плеть. Глаза бандюги расширились, рот слегка приоткрылся, а тело как-то размякло.
— Отправляйся в задницу, черт! — простонал я, напрягая все силы.
Голова выродка взорвалась кровавым фейерверком. Тело шмякнулось в сторону. Я вздохнул, стерев с лица капли крови, и наконец-то, слегка осмотрелся.
Так-с, тут была не только Анна, но и другие солдаты. Или солдатки… Отовсюду слышались женские вопли, выстрелы и свист магических лучей.
В тусклом свете фигурки сталкивались между собой, дергались, падали, извивались в причудливом танце. Казалось, сошлись мощные армии в битве за главную высоту.
— Вот это я понимаю, тусовка! — усмехнулся и встал на ноги.
Достал второй артефакт, который сразу же пустил в ход. Несколькими зеленоватыми лучами сбил трех бандитов, которые шли в наступление, еще поджог дальний куст.
Кстати да, об огне. Постройки на территории сада горели. От пожаров шел яркий свет, дым немного резал глаза.
— Маркуша, ты тут? Ну, наконец-то! — раздался плаксивый голосок Анны.
Обернулся и увидел женщину в кожаном наряде с шипами. Не знаю, как описать, но в таких шмотках выступают чертовы стриптизерши. Здесь были высокие сапоги, обтягивающие штаны, корсет, превращающий груди в два сочных шарика, и не только.
Мать бросилась меня обнимать, но чувство испанского стыда заставило отстраниться. Психика Марка била тревогу. Он не мог даже представить, что мамка на такое способна.
— Сынок, ты чего? — воскликнула Анна, а потом осмотрела себя, будто чем-то испачкалась. — Ах, вот оно что… Это боевой костюм амазонок. Он мне немного мал.
Из дымной темноты вынырнул парень, у которого в руках блестел нож. Анна взмахнула цепью (а у нее в руках была цепь), и боец, схватившись за шею, брякнулся в сторону.
— Хех, вот в чем дело. Да уж, не хило дерешься. Хотя, оладьи с сыром у тебя получаются лучше, — промямлил я, находясь в полном шоке.
— Маркуша, прости! Мы с тетями слегка опоздали, — виновато процедила мама.
— Ничего, ерунда. Тети… это всегда вовремя, — сказал я, забыв о том, что вообще тут творится.
— Так, ты оделся слишком легко! Смотри, а то может продуть! — погрозила пальцем мама, уклонившись от энергетического шара.
— Хм, ничего… Метнусь домой за пальто, — выдохнул я, окончательно теряя связь с реальностью.
Краем глаза заметил, что в нас кто-то целится. Но тут под ногами взорвалось. Я отлетел в сторону. Защита почти не работала, но остатки ее магии сохранились. Благодаря тому, прочесал животом камни, не получив больших ран.
— Сколько можно меня швырять?! Я хочу драться, а не месить башкой землю! — выпалил, желая порвать на молекулы этих ушлепков.
Резко поднялся на ноги. Двинулся в сторону боя, понимая, что откинуло меня слишком сильно.
Из кустов вылетел Роберт. Он был сильно потрепан, на губе виднелся кровавый подтек, одежда немного изорвана.
Да, видно попал под раздачу! Бабы хорошо его нахлобучили. А я закончу дело, раз уж на то пошло.
— Ты! Тыыыы! Уррррагрххх! — захрипел отец Патрика.
Его рука снова налилась магией, и мужик бросился на меня взбешенным быком.
Стало ясно, что это последняя схватка. Я немного расставил ноги и подался вперед. Выставил руки в подобии магического жеста, долбанув эрией.
То ли магии было мало, то ли Роберт слишком силен. Но его башка оставалась нормальной. Мужик лишь немного замедлился, как-то странно завыл и продолжил свое наступление.
 
Не успел опомниться, как мощнейший удар (несмотря на поставленный блок) свалил меня с ног.
К счастью, эрия помогла. Я остался в сознании, хотя рожа оказалась разбита.
— Глотку разорву! Мозги выпущу! — заорал Роберт, дергаясь от бешеной ярости.