От всего сердца (ЛП)

- ...однако прикладное значение работает в тандеме с прикладной этикой, поэтому значение и определение концепции, воспринимаемые через призму этого набора взглядов, должны рассматриваться в ситуационном контексте.
Прайсен слегка покачал головой.
- Твоя ошибка заключается в стремлении применить множество определений к единственному понятию. Не следует ли нам вместо этого сосредоточить наш поиск на едином, хотя и широком, принципе, который охватывает различные варианты концепции в попытке выделить ее основное значение?
Они занимались этим уже полчаса. Они не только не договорились о том, что означает «здесь», но даже не придумали, по каким параметрам его определять. Большая часть аудитории уже не следила за происходящим. Отрокары играли в кости. Ветви душегубов свесились, сплетая навес, под которым прекрасно, свернувшись калачиком, дремала Унесса. Каи образовали своими телами стену щитов, что обычно случалось, когда им требовалась защита от хищников во время отдыха в предпринятом путешествии. Ресвен поставил локоть на подлокотник, оперся подбородком на руку и задремал. Косандион сдался и просматривал какие-то сложные на вид документы на своем личном планшете.
- Помогите... - прошептал мне Тони на ухо. - Глаза закрываются… Не могу стоять...
Я вывела маленький экран. Тони находился в скрытой башне над трибунами, откуда открывался вид на арену с высоты птичьего полета. Он выглядел так, словно был на полпути к коме.
- Ты же ад-ал! Вспомни свои крутейшие тренировки.
- На все есть пределы.
Я переключила экран на кухню. На нем появилась Капелька, ее милый беличий хвостик приподнялся позади нее.
- Чем могу помочь?
- Можно кофе, пожалуйста, в дорожных кружках-термосах?
- Сколько?
- Четыре.
Косандион взглянул на меня. Умы, которых я знала, любили напитки с кофеином, а граждане Доминиона часто пили чай.
- Сделай пять, - попросила я.
Подбородок Ресвена соскользнул, и он резко проснулся, моргая глазами.
- Шесть, со сливками и небольшим количеством сахара. - Нам нужны были калории.
- Сейчас будет готов.
Никати задумчиво посмотрел на небо.
- Согласен. Давай, для целей этого обсуждения, сузим наш кругозор до конкретного обстоятельства, регулируемого общим принципом. Как мы определим это обстоятельство?
- Я предлагаю нам начать с самого фундаментального базового уровня. Давай, определим «здесь» как заданную точку в пространственно-временном континууме.
- Это может показаться заманчивым, однако время субъективно и неизмеримо. Оно течет то медленнее, то быстрее, в зависимости от восприятия...
- Кажется, сейчас все идет чертовски медленно! - объявил глава Дома Меер, его глубокий голос разнесся, как сигнал тревоги.
- Мы торчим уже здесь целую вечность! - крикнул кто-то из секции отрокаров.
В моей голове зазвенела «Гертруда Хант», объявляя о том, что Ората выходит из ворот. Я вывела на экран камеру, показывающую прибытие. Она вышла за ворота и сделала всеобщее межвидовое движение рукой «заканчивайте». В отличие от церемонии открытия, дебаты транслировались почти в прямом эфире с задержкой всего на минуту или две. Рейтинги, должно быть, падали.
Из пола появился маленький столик с шестью кофе в металлических кружках-термосах разных цветов. Я взяла одну и предложила Косандиону.
- Спасибо. - Он открыл кружку и сделал глоток. - Восхитительно.
Было интересно, что Косандион никогда просто так не принимал подарок или услугу. Он всегда благодарил, а затем обязательно подчеркивал, что подарок был оценен по достоинству.
Я протянула синюю кружку Ресвену. Он подозрительно посмотрел на нее, открыл крышку и сделал глоток. Его глаза расширились.
Я оставила одну кружку себе, а остальные отправила через пол Шону, Гастону и Тони.
- Святая женщина, - сказал Тони.
 
Шон отсалютовал мне своей кружкой.
- Нектар богов, - пробормотал Гастон.
- ... так как же мы можем определить «здесь», если время постоянно течет, поскольку единственное мгновение, в котором мы закрепляем наше определение, закончится в этот момент? - поднял вопрос Никати.
Прайсен улыбнулся.
- Эта концепция основана на убеждении, что время действительно проходит, что оно движется все дальше и дальше, что указанное движение поддается измерению. Я ничего подобного не допускаю. На самом деле, я полностью отвергаю идею о том, что время может быть сведено к бесконечным числам. Скорее всего, это лучше всего выразить через конечные числа. Их точности есть предел, поскольку природа по своей сути случайна, хаотична и неточна.
Первый Ученый Тек хлопнул в ладоши.
Ората держала руки перед собой ладонями вверх, растопырив пальцы, словно пыталась поднести к лицу невидимую дыню. Она умоляла меня покончить с этим.
Я подключилась к наушнику Первого Ученого.
- Мы должны покончить с этим.
- Но это так бодрит, - прошептал он.
- Мое время ограничено! - крикнул другой рыцарь из Дома Меер. - Каждое мгновение, которое проходит или не проходит, подрывает мою волю к жизни.
- Мы согласны, - хором объявили донкамины.
- Вы знаете, зачем вы здесь? - Суркар вскочил на ноги. - Чтобы победить!
По арене прокатились аплодисменты. Он поднял руки, принимая овацию, и напряг свои отмеченные наградами бицепсы.
- И к дебатам подключается отрокар, - пробормотал Косандион.
Я превратила яйцо Первого Ученого в белый цвет.
- Увы, - объявил Первый Ученый. - У нас не осталось больше времени. Это было бесподобно. Пожалуйста, вернитесь на свои места.
- Кто победил? - крикнул кто-то из «Команды Улыбок».
- Кого это волнует? - крикнула в ответ женщина-отрокар. - Мы все проиграли.
Гастон шагнул вперед.
- Мы возобновим испытание после короткого перерыва. Пожалуйста, воспользуйтесь прохладительными напитками, чтобы восстановить силы ко второму раунду.
Из пола выскочили подносы с закусками. Я открыла задние стенки секций, чтобы обеспечить доступ к туалетам отдельных видов.
На моем экране Ората скрестила руки ладонями наружу, что в Доминионе эквивалентно поднятию больших пальцев, и вернулась в портал.
- Кто по расписанию будет следующим после дебатов? - спросил Косандион.
- Оунд от умбол, за которым следует кандидат от донкаминов, - сказал Ресвен.
- Об этом было объявлено?
- Нет, Летеро, - ответил канцлер.
- Поменяйся местами Оунда с Эллендой, - сказал Косандион.
- Да, Летеро.
Шон все еще был внизу, на арене. Я прошептала в микрофон.
- Привет.
- Привет, - сказал он теплым голосом. - Что случилось?
Я замешкалась. Это было немного глупо. Я могла его видеть. Он был рядом. Но мы были так заняты последние несколько дней. Обычно мы проводили время вместе. Мы не были приклеены друг к другу, но обычно вместе кушали. Мы вместе занимались домашними делами. Ночью мы устраивались в удобной комнате, которую я создала для нас, в нашей новой совместной спальне, и играли в видеоигры или смотрели телевизор с Чудовищем и Олазардом.
Сейчас у нас ничего из этого не получалось. Мне казалось, что я почти не вижу его, что было почему-то хуже, чем, если бы его вообще здесь не было, как тогда, когда он ходил в свои вылазки с Уилмосом. Я скучала по нему, но говорить об этом вслух казалось довольно нелепо.
- Ты в порядке?
- Я скучаю по тебе.
- Я тоже скучаю по тебе.
- Ах, любовь-любовь, - промурлыкал Гастон.
- Отвратительно, - сказал Тони. - Если бы не миссия, я бы отключил вас обоих.
Звук, похожий на звук трубы, запульсировал по арене, объявляя об окончании перерыва.
СУРКАР ИЗ ОТРОКАРОВ УСТАВИЛСЯ НА ОУНДА В ЕГО АКВАРИУМЕ. Это был явно не тот противник, которого он предпочел бы. Тем хуже для него. Сферы были расставлены случайным образом. Даже я не знала, кто где.