Пепельный восход (СИ)

— Ясно, — не дослушав рассказ Нурга, Тала прошла в каюту Мендера.
**********
— Привет.
— Привет. Что-то случилось?
— Я просто соскучилась.
— Тала, мы виделись пару часов назад.
— Ты понимаешь, о чем я, громила.
— Не особо-то я и большой… в сравнении. Все познается в сравнении.
— Не по тому равняешься. Ты гигант среди людей, а Лурм — обычный представитель своей расы.
— Ты ведь не за этим пришла?
— Нет. Пришла попросить прощения. Это ведь из-за меня. Я не должна была уходить, и жаль, что меня там не было.
— Жаль, что я там был. Но передо мной у тебя точно нет долгов. Сделала, что нужно было. И я без обид. Правда. Просто на душе дерьмово. Не парься. Отойду как-нибудь, — Мендер одарил девушку глуповатой и слегка наигранной улыбкой. — К тому же я не пуп земли. Куда ни плюнь, у всех дыра в душе. Да и разве во времена войн бывает иначе? Война убивает и тело, и душу, — грустный и тяжелый вздох оглушил комнату. — А знаешь, Астир — такой везунчик. Всегда был и всегда будет, несмотря ни на что. Лези прекрасна, согласись. Искренне рад за него.
— Ты про нее знаешь?
— Все знают.
— А я вот не в курсе была.
— Ну значит, не все.
То, что было принято за общее правило, вдруг стало ее личным исключением. Несерьезная вещь, порождающая серьезные раздумья в и без того тяжелой голове Талисы.
— Ну да я отвлекся. В общем, не обращай на мою хандру внимания. Но благодарен тебе, что ты так беспокоишься. И… признаться… немного злюсь. И на тебя, и на всех остальных. Что ж вы со мной как с ребенком-то? Я ведь здоровый лоб. Третий десяток разменял уж два цикла как, а мне все слюнявчики носят. Разберусь. Во всем разберусь.
***********
Тир медленно, но верно подошел к границе протектората.
Скоростной путь упирался во внушительные заграждения. Огромная космическая станция перекрывала все пространство вокруг. Семнадцать ответвлений с пути проходили через гигантские отсеки досмотра, в каждом из которых служащие изучали любую пылинку на кораблях, пересекающих границу. В теории, конечно. А на практике более прибыльную работу и представить сложно. Не в светлых тонах, разумеется.
Работу всей станции поддерживала планета Сиэа, расположенная сразу за кордоном. Плодородная и плотно заселенная. Богатая и урбанизированная. Теперь еще и переполненная беженцами.
На орбите планеты застыли безмолвной стражей больше сотни боевых межпланетарных крейсеров. Настоящая флотилия, ставшая самой большой из виденных в жизни для большинства членов экипажа. Но только не для тех, кто был в Кайнарских походах, где за секунды сгорали тысячи таких кораблей. А в бегство бросались десятки тысяч.
Тем не менее зрелище было величественным и впечатляющим, как ни крути. Почти столь же впечатляющим, как и очереди к отсекам досмотра. Особенно на путях, предназначенных для грузовых крейсеров. Тир летел примерно сутки по имперскому исчислению от Манарифа до Сиэа. Вдвое больше они проведут в очереди. Зато будет время приобщиться ко всему техническому разнообразию Империи, бесцельно пялясь в иллюминаторы.
***********
Кубы и шары. Стрелы и сапоги. Любые буквы алфавита любого языка. Животные из самых дальних уголков Империи. Каких только форм для межпланетарных кораблей не придумают воодушевленные дизайнеры, подстегиваемые предполагаемыми продажами. Ведь кубический крейсер может быть практичен в качестве грузовика, но корабль в форме буквы А выказывает всю индивидуальность и социальную позицию покупателя.
— А вон те три кубика? — обратился с вопросом один из наемников.
— Это крицы. Такие кристаллические гномы. Исповедуют прагматизм и во всем ищут практичность. Наверное, пришли втюхивать бракованный хлам беженцам. Ведь выкидывать негодный товар — это непрактично, а вот втюхивать его под шумок своим согражданам в тяжелом положении — офигеть как практично, — Инсай сидел на принесенном черт знает откуда кресле прямо напротив иллюминатора в столовой. Остальные расположились рядом на скамьях.
Большую часть своей жизни Тиран бродяжничал в различных уголках Империи, так что среди собственных сослуживцев уже давно получил славу знатока географической премудрости.
 
— А вон тех знаешь? Которые в форме стрелки? — спросил молодой парень в форме инженера.
— Как по мне, больше смахивает на бумеранги, — вступил в дискуссию наемник с кожей, как у персиковой косточки.
— Из Шуна они. Там у них птицы есть. Точь-в-точь наши морские скаты. Но летают. Вот местные с них и срисовали. — Игра, в которую играли присутствующие, называлась "Откуда приперлась эта посудина". Инсай был единственным знатоком, а все остальные высматривали самые придурковатые модели кораблей и пытались подловить тирана на незнании. Но он знал все. Ведь какая самая важная основа знания? Воображение. Искренний талант — за пару секунд выдуматьрасу хозяина корабля и его особенность. Справедливости ради, он и впрямь знал, откуда прилетела половина крейсеров, но его спрашивали не о них, а о плодах творческих мук особо извращенных дизайнеров. На таких кораблях мог летать кто угодно, и прибыть он мог из любого места. Но публика хотела точный ответ, и тиран давал его ей, а взамен купался в сдержанном обожании.
— Это корабли Цигирии. Я летал на таких в третьем походе, — монотонно и без упрека выдал Мендер.
— Ха! Я так и знал, что ты брешешь, тираненок, — весело влился Нург.
— Оно живое! И даже умеет говорить! — Инсай пропустил обвинение во лжи мимо ушей и обращался вовсе не к Нургу. — Ну-ка, продолжим эксперимент. Выпьешь?
— Нет.
— Покуришь?
— Нет.
— Не… Все-такиробот, — усмехнулся Инсай.
Толпа, перетерпев секундное отвлечение, вновь вернулась к своей потехе, будто и не заметив, что их знаток был обвинен в нечестности.
— А вон тот. Черный такой. В форме буквы Т. Какой же он уродливый.
— Слышь, полудурок, — возмутился тиран, — а ты наш крейсер со стороны видел? Мы ведь почти такие же, только слегка растянутые и сплющенные. Обычный тяжелый грузовик. Половина Имперских перевозок на таких и осуществляется.
— Да откуда ж мне видеть? Как с планеты поднялся на транспортнике, так и сижу в инженерных отсеках по двадцать часов. Тира нашего никогда со стороны и не наблюдал.
— Просто запомни: Мы — чл… — Нургу не дали закончить его старую шутку.
— А вон, вон. В форме зонта. Откуда он?
— Так этот из… — Инсай осекся. Ему не было известно происхождение этой махины, и он уже почти выдумал все необходимое, но сидящий рядом детектор лжи остановил поток фантазии. — Может, ты скажешь? А, Мендер?
— Гирийский разведчик. По сути, огромная радиостанция. Налаживают связь между различными флотилиями. И еще своими локаторами с безопасной дистанции следит за передвижением врага.
— А вон тот на задворках? Здоровый прямоугольник с краю? — вопрос прозвучал из уст самого Инсая, который то ли добровольно передал бразды правления новому знатоку, то ли, забывшись, сам попытался подловить соперника.
— Понятия не имею, — без какого-либо стыда ответил гвардеец. — Какая-то летающая помойка. Но на нем герб Тариси. Точно помойка…
— Хех. Лаконично, — прокомментировал ответ друга Нург.
— Часто их гербы видел? Раз с такого расстояния разглядел.
— Один раз. На истребителе, приземлившемся в гостиной.
— В твоей гостиной?
— Нет. Талисы.
— А сам ты вообще откуда?
— Из Гринворского приюта.
— Слышал, райское место. Прямо в центре столицы… кхм… бывшей столицы.
— Лучше не найти, — ответ был максимально сухим.
— Это правда. А я вот дома рос. С мамой и папой. Одна проститутка, а второй ее сутенер. Семейный бизнес как он есть.
 
— Так вот почему он не носит имени семьи, — послышался громкий шепот из толпы, так что все его услышали.
— Думаешь, я бы стеснялся мамаши, раздвигающей ноги перед каждым бродягой? Нет! Носил бы с гордостью. А не ношу потому, что в один прекрасный день отец решил проучить меня по-своему. Приказал снимать штаны и сам начал раздеваться. Ну я и познакомил его лобешник с какой-то увесистой бронзовой фигуркой, что матери всунули вместо оплаты. Раз сто познакомил. И в итоге как-то некомильфо носить имя семьи, которую ты сам и уничтожил. Вот и вся баллада. А у тебя ведь что-то там есть после имени, если я не ошибаюсь?