"Фантастика 2023-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
– И не… – Франка осеклась. – Ну-у… подробная карта в первую очередь. И мой сундучок, без него ничего не получится. Хотя и с ним я никаких гарантий дать не могу. Ты даже не представляешь…
Хафлингесса опять стала заводить себя, и пришлось ее довольно невежливо прервать:
– В лес. Иди в лес и сиди там. Карту и все остальное я попробую тебе достать. Пета, за мной.
– Там еще шкатулка с драгоценностями могла уцелеть, – внезапно вспомнила Франка. – И сундук с платьями, и…
– В лес.
Глава 18
«…и грянула сеча жуткая, кровавая. Неисчислимые орды мерзких язычников подобно полноводной реке хлынули на наши позиции, обратив свой удар в самую середину. Нещадно побиваемым зажигательными снарядами, копиями и стрелами и також заклятиями отборных чародеев Капитула хашиитам удалось потеснить дружины, но сие отступление воевода Лепель предусмотрел, и дружины левого и правого крыла охватили воинство язычников в клещи, а засадные полки ударили с тыла, в изобилии поражая мерзких язычников. Великое ликование охватило наше воинство, ибо победа в сей день была уже предопределена.
Однако ж случилось страшное: мертвые и порубленные хашииты стали вставать, обращаясь в нежить…»
Остров Еловый.
25 Лютовея 2001 года от восхождения Старших Сестер. Полдень
– Готово? Нет? – Пета нетерпеливо заерзала на камне. – А? Страсть как кушать хочется… ну хоть кусочечек…
– Веди себя прилично, Петунья Додон! – немедленно отозвалась Франка.
Хафлингесса чертила на большом плоском камне какую-то очень сложную пентаграмму, сверяясь с картой и толстенной книгой, при этом измеряя углы на чертеже замысловатым бронзовым инструментом, весьма смахивающим на пыточную машину. И еще она жутко дулась на меня. И на свою падчерицу. Но на нее, конечно, гораздо меньше.
Дело в том, что совершенно чудесным образом наши каюты не пострадали. Я благополучно забрал свой шлем, щит, сумку с припасами и книги. И баул с чародейским инструментарием Франки. И даже ее заветную шкатулку с драгоценностями. А вот сундучище с нарядами тащить на берег напрочь отказался. Петунья выразила со мной полную солидарность, отобрав для мамули только необходимое, но случайно об этом проговорилась мачехе. Вот и результат. Да и ладно, мне от этого ни холодно ни жарко. Побурчит, перестанет. Главное, чтобы портал сотворила, ибо… словом, нехорошее мне чуется. Так, что там наш архар?..
Янтарные капельки жира, скатываясь с кусков мяса, с треском и шипением вспыхивали на углях, превращаясь в искристые комочки огня, а одуряющий запах призывал бросить все и немедленно, с животным урчанием, впиться зубами в подрумяненные ломти. Пора? Пора.
– Держи. – Я снял один прут и вручил его Петунье, а второй отнес Франке. – Прервись и поешь, а то отправишь нас с голодухи в Харамшит или еще куда подальше.
– Спасибо! – Хафлингесса с благодарностью улыбнулась, но потом, явно устыдившись своего непростительно лояльного ко мне поведения, сердито фыркнула, выхватила мясо и отвернулась.
– А можно сразу в Скалистые горы? Без пересадок.
– Нет, – категорично отрезала хафлингесса, аккуратно откусила кусочек мяса и, прожевав, добавила: – Там повсеместно стоят негаторы, препятствующие телепортации. Дабы исключить несанкционированное проникновение. И далеко, моей Силы не хватит. И вообще…
– А куда хватит?
– Куда хватит, туда и хватит. – Франка посчитала разговор оконченным и демонстративно принялась за еду.
Я постоял еще немного около нее, рассматривая пентаграмму, так ничего не понял и вернулся к костру отдавать должное архару. В чем меня всецело поддержали мачеха с падчерицей, так что скоро от козла остались рожки да ножки. В буквальном смысле. А после фляги с вином наступило полное умиротворение. Оставалось только привести себя в порядок, ибо… Словом, грязный я, как кикимора. На галере, сами понимаете, условий никаких, да еще за сегодня вымазался в пепле, крови и еще хрен знает в чем. Так что теплый источник рядышком с пещерой, ставшей нам пристанищем, придется очень даже кстати. Броню и одежду долой… бельишко и мыло в сумке…
– Ты что это удумал?! – возмущенно завопила Франка, вскочила и направила на меня отрытую ладошку, в которой начал зарождаться светящийся багровым комочек.
Петунья ничего не сказала, просто зачарованно смотрела округлившимися глазами, и все.
– Мыться удумал. – Я сбросил подштанники и, прихватив на всякий случай оружие, сделал шаг к большой природной ванне, полной исходящей серным парком воды. – Вам, кстати, тоже не мешает.
– Варвар! – взвизгнула хафлингесса, спугнув стайку разноцветных пичуг. – Петунья Додон, отвернись!
– Ой-е, мамочка-а-а… – восхищенно пропела девушка, но потом опомнилась и последовала совету мачехи, правда не забыв пробурчать при этом: – Я вообще-то, взрослая, даже замуж собираюсь. Так что…
– Дикие вы какие-то, – пожал я плечами. – Ну да ладно, ходите грязными.
– Вот-вот… – несмело подхватила Пета. – Я уже воняю, как мертвяк. Да и ты, мамуля… того…
– Петунья! – поспешила привести к порядку падчерицу Франка. – Мало ли что на уме у этого варвара…
Но теперь в ее голосе прозвучало некое сомнение. Тщательно замаскированное. Или мне показалось?
Молча залез в воду и едва сдержал стон наслаждения. Пахнущая серой огненно-горячая вода, пронизанная мириадами воздушных пузырьков, в буквальном смысле возвращала к жизни. Прикрыл глаза и постарался ни о чем не думать. Все равно пока от меня ничего не зависит. И этот портал еще… Но готов влезть куда угодно, лишь бы подальше от этого острова. И от черных…
– Глаза закрой.
– Что? – Я вынырнул из блаженной полудремы и узрел четыре ноги на краю ванны. Крепкие, стройные, а на одной из них еще и изящная татуировка в виде цветной змейки, обвившейся вокруг щиколотки. У хафлингессы-мачехи.
– Глаза! – опять потребовала Франка. – Ну же, я замерзла…
– И я… – пискнула Пета.
– Уже…
– Нет, это невообразимое варварство, – проворчал голос Франки. – Но мы не собираемся ждать, пока ты загадишь все воду. И не вздумай подсматривать…
– Вода – проточная.
– Горяча-ая! – восторженно воскликнула Петунья. – А я тебе говорила, мамуля…
– Можно открывать?
– Нет… да… – с сомнением буркнула хафлингесса, опустившись в воду до самого подбородка. – И вообще… Мог бы благородно нам уступить.
– Еще чего. Что там с пентаграммой?
– Это не пентаграмма. Неуч. Я начертала сигил или, сигиллу, если тебе угодно. В нее входит несколько пентаграмм. – Франка презрительно скривилась. – А так да, закончила, завтра с утра можно отправляться.
– На каком это языке? – Я невольно попытался угадать очертания груди хафлингессы под бурлящей водой. И, кажется, угадал. Сколько же ей лет? А выглядит не хуже своей падчерицы. Такая зрелая, роскошная красота. И очень соблазнительная, прямо-таки притягивающая…
– На одном из древних диалектов румийского, – нехотя ответила хафлингесса. – Пета, подложи мне под голову полотенце. Ох, как я устала… И не высовывайся из воды, дева, веди себя пристойно.
Я с трудом отвел глаза от задорно торчащего соска Петуньи и поинтересовался у Франки:
– Почему завтра с утра?
– Телепортация происходит в пространстве, а не во времени, – с превосходством, как неразумному ребенку, сообщила Франка. – Из ночи попадем в ночь, следовательно, рисковать не стоит. Мало ли куда занесет. Я так и не смогла выдержать суквекции радиантов, поверхность неровная.
– Хорошо, – согласился я с хафлингессой, и неожиданно почувствовал, как задрожал амулет Малены. А это могло означать только опасность. Вне всяких сомнений. – Быстро, одеваться, быстро!!! – подавая пример, я мигом вылетел из воды и подхватил рогатину, обшаривая глазами каменную осыпь на склоне горы.