"Фантастика 2023-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
В машине Герда покатала камешки по ладони, очистила самый крупный и заявила:
– На Земле мы могли бы продать все это в Европе тысяч за двести. Может, чуть больше. Камни крупные, чистые. Я, конечно, небольшой специалист, но в Африке сталкивалась. Местные иногда приносили нам на продажу. Вот такого размера продавали за пятьдесят долларов, – Герда показала самый маленький камешек, – а в Европе такой стоит две-три тысячи. Сколько здесь это будет стоить, не знаю. Меньше, наверное. А из этого ты мне закажешь кольцо на помолвку. На нашу.
Я смотрел на дорогу и камень не видел. Но не сомневался, что это самый крупный камешек. В чем-то женщины все одинаковые.
– Ты не согласен? – требовательно переспросила девушка.
– Из этого кольцо. А из остальных колье и серьги. Не против?
– Ты лучший муж на свете!!! – Герда даже захлопала в ладоши, а потом полезла целоваться.
М-да… к браку я всегда относился резко отрицательно и в свое время женился просто по инерции. И как известно, ничем хорошим это не закончилось. А тут… Словом, никакого отторжения при мыслях о браке с Гертрудой я не испытываю. Даже наоборот. Совсем наоборот. Надо же, что любовь с человеком делает…
К полдню горы ощутимо приблизились. Я принял правее, к самой границе плато. Здесь места оказались совсем засушливые, воды нигде не было видно. Только ветер трепал иссушенный солнцем кустарник. Изредка попадались кости животных, выбеленные и отполированные ветром. Кружили в небе одинокие стервятники, бегали разно-образные ящерицы. Местность выровнялась, попадались большие участки голой растрескавшейся земли. Я глянул назад и с удовлетворением отметил, что следов за «Хамви» практически не оставалось, их моментально сглаживал сильный ветер. Это хорошо. Но пришлось замотать шемахом лицо и надеть очки – солнце резало глаза как бритвой.
Герда вылезла наверх и рассматривала местность в бинокль:
– Еще километров двадцать – и будут деревья. Там, где деревья, там и вода. Я уже вижу в бинокль.
Хорошо бы деревья, а не мираж, но вскоре действительно стали попадаться отдельные деревья. К вечеру их стало больше, появились небольшие оазисы, в которых поблескивали едва заметные ручейки. Горы нависали над нами, я уже не видел их вершин, мешал потолок в салоне. К вечеру углубились в лес. Полноценным лесом его назвать было нельзя, просто большие группы деревьев, но в нем уже можно было спрятаться. Скорость движения снизилась до минимума, дорога стала практически непроходимой. Но я упорно пробирался между россыпями камней, стараясь забраться как можно ближе к хребту. Наконец путь преградил большой скальный массив. Всё. Дальше только пешком.
– Я устала… – пожаловалась Герда и бессильно растянулась на травке.
Я ничего не сказал, но чувствовал себя марафонцем, который добежал до финиша и умер.
Из последних сил осмотрели окрестности, но к счастью, опасного зверья не нашли. Кроме змей, конечно, но эти вездесущие гады в основном водились на каменных осыпях, а в самой роще не встречались.
В «Хамви» нашлась маскировочная сеть, мы ее натянули над машиной и закрепили за деревья. Быстро вымылись в ручье, вытащили вещи из салона и прямо в нем улеглись спать. К вечеру стало холодно, пришлось навалить на себя все что можно. Спали как убитые до самого утра, бери голыми руками. Но брать нас было некому, и с первыми лучами солнца мы проснулись.
Асгард.
Около трехсот пятидесяти километров
до южных границ Дагомеи.
32 год. 21-е число. 7-й месяц
Я приготовил кофе и, оставив Герду готовить основательный завтрак, собрался лезть в горы, обозревать окрестности. Она подвергла меня неконструктивной и нелогичной критике, даже шипела, как змея. Но, в конце концов, согласилась, чмокнула и сказала, что как примерная жена будет меня ждать за накрытым столом. Мило. А критика и шипение – это просто проба пера. Репетиция? В таком случае ее лучше не расстраивать…
Взобрался метров на сто вверх по крутому, но проходимому склону. Справа горы до самого горизонта, слева должна быть граница плато. Не видно – склон загибается. Полез левее и чуть не задохнулся от величественной картины. Высота – хоть с дельтапланом прыгай. Обрыв из категории – бездонный. Внизу нагромождение скал, глыб, валунов, осыпи камней. Чередуется совсем отвесными скалами. Обрыв небольшими уступами спускается вниз на добрых метров семьсот-восемьсот. И по кромке обрыва, куда хватает взгляда, то же самое. Внизу бушует море зелени. Лес, а скорее джунгли, простирается до самого горизонта. Красотища неимоверная. А что в стороне, откуда мы приехали? Ничего. Лес, камни, ручейки. Вчера мы умудрились по незнанию заехать в самое глухое и оптимальное место. И другой выезд, вдоль гор, есть. Если будут подъезжать с той стороны, что и мы, есть шанс сбежать. Если, конечно, погоня будет без вертолета.
Ладно, все, что хотел, я увидел, можно и спускаться. Милая приготовила завтрак минимум на пять здоровых солдат, но хватило только нам и бойким изумрудным ящерицам. Им мы великодушно отдали крошки. Налопавшись, завалились в кузов, ничего не делали, просто болтали и ждали, когда рация взорвется воплями погони. Если Капитул состоит не из последних идиотов, то они перекроют проход очень быстро. Прочешут все вверху и внизу, поймают нас или сделают вывод, что беглецы уже проскочили. По моим прикидкам, все это вот-вот должно начаться. А пока мы болтали.
– У тебя кто остался дома? – поинтересовался я.
Надо же все знать о своей будущей жене. То, что она станет женой, я уже не сомневался.
– Сестра двоюродная и ее сын, – ответила Герда. – Больше никого. Сестра в Таллине. Прикидываешь, у кого просить моей руки?
– Ну да. Выкуп кому платить. Калым.
– Мне плати. За меня же. А у тебя остались родственники или зазнобушки?
– Гол как сокол. Вообще никого.
– Не ври. У тебя есть я. И вообще, когда ты собираешься сделать мне предложение? – Герда приподнялась на локте и внимательно посмотрела на меня.
– Да хоть сейчас…
– Примешь католическую веру? – В глазах девушки мелькнула смешинка.
– Никогда и ни за что! – я торжественно отказался. – Еще чего не хватало.
– Так и знала. Ничего для своей любимой сделать не можешь… – обиженно фыркнула эстонка и неожиданно потребовала: – Ладно. Проси моей руки.
– Сначала составим брачный контракт. Где будет специальный пункт. Он же главный. Мужа бить, а также стрелять, резать и все подобное – строго запрещается. Знаю я вас, эмансипированных западных девушек… ай… вот, я же говорил…
– Проси! – повелительным тоном потребовала Герда. – А то как двину сейчас…
– Уважаемая Гертруда Мартинсен. Не согласитесь ли вы стать моей супругой и нарожать мне кучу детишек? – я встал на колени и взял эстонку за руку.
– Я принимаю предложение и нарекаю тебя, Максим Волошин, своим мужем со всеми правами, привилегиями и обязанностями, соответствующими этому статусу, – торжественно согласилась Герда.
– Секундочку. Это о каких таких обязанностях ты говоришь? – Я в шутку изобразил возмущение.
– Не заморачивайся, по ходу семейной жизни узнаешь… – Рука Герды нащупала пряжку моего брючного ремня. – А привилегии я тебе прямо сейчас…
Вдруг затрещала рация и сообщила на английском языке:
– Ласточка – Койоту. Ласточка – Койоту. Как слышишь меня? Как слышишь меня? Прием.
Но нас это не остановило. Так и продолжали под аккомпанемент…
– Герда… я… не останавливайся…
– …Милый…
– Койот – Ласточке. Слышу четко и громко. Докладывай. Прием.
– …Дай послушаю…
– …Заткнись…
Рация продолжала исправно транслировать переговоры:
– Прошел по маршруту. Чисто. Следов не видно. Если он и ушел, то уже внизу. Прием.
– …Не останавливайся…
– …Быстрее… быстрее… быстр-е-е-е…
– Принял. Высаживай партию у Ахмета. Садись на точку 14, жди команды.
– …А-а-а… говори по-русски… гово-о-ори-и-и…
Чуть позже посыпались доклады от патрулей. Звучали громко и на пределе слышимости. Но все рапорты сводились к одному; следов машины и соответственно самой машины не обнаружено. Койот, а это скорее всего, был главный, рычал и требовал результата…