Муж любовницы моего мужа (СИ)

— А давайте! Сто лет не ел бутерброды со шпротами.
Света просияла, как будто услышала комплимент. А мне стало её жалко. Дима её не обидит, но и счастливой не сделает.
* * *
День получился суматошным. Зоя покатала гостей в расписных санях, провела экскурсию по конюшне, познакомила с лошадьми и позволила угостить сахарком. Потом выдала всем «ватрушки» и отправила на ближайшую горку веселиться под присмотром воспитателей. Дима и Шурик помогали Зое, не отходя от неё ни на шаг.
Возможности поговорить с Димой у меня не было, да я и не знала, о чём разговаривать. Всё уже сказано и сделано. Пять лет брака стремительно отодвигались в прошлое. Не осталось ничего — ни любви, ни горечи, ни даже воспоминаний.
После горок мы накормили раскрасневшихся детей сосисками и печеньем и погрузили в автобус. Когда гости уехали, а сотрудники конюшни завершили уборку и разошлись по домам, мы остались в столовой втроём — я, Зоя и Кирилл.
Было часа четыре. Нас ожидала последняя новогодняя ночь, завтра Кирилл планировал выходить на работу.
Мы сидели за круглым столом, уставшие и набегавшиеся по морозу, и потягивали кофе. Зоя встала и принесла из своего кабинета бутылку виски. Поставила на стол. Достала стаканы. Набулькала себе одной, потому что мы с Кириллом синхронно покачали головами, и сказала:
— Кирилл, я сейчас произнесу слова, которые покажутся тебе дикими и оскорбительными. Но, поверь, я тщательно всё взвесила. Это решение, которое я не изменю.
— Какое решение, Зоя? — спросил Кирилл.
— Я прошу у тебя развода.
— Это что, шутка? — спросила я, улыбаясь.
Зоя не ответила на мой вопрос, молчал и Кирилл. Они смотрели друг на друга, пауза затягивалась. Меня пробрало ознобом, хотя в комнате было жарко.
— Что вы молчите? Что за хрень, Зоя, какой развод? — я повысила голос.
Она глянула на меня, налила ещё вискаря и залпом выпила. Я не верила, что это происходило на самом деле. Какой-то дурной сон! Этого не может быть! Ведь у нас всё складывалось замечательно!
Наконец Кирилл пошевелился. Провёл ладонью по лицу.
— Это из-за Маши? — глухо спросил он.
— Что?! — взвизгнула я.
— В какой-то степени да, — медленно подбирая слова, ответила Зоя, — но не «из-за Маши», как ты выразился, а «благодаря Маше».
— Господи, Зоя, я так и знала! Не надо было мне спать с Кириллом! Он твой муж, у вас семья, а я прилипла к вашей паре, как банный лист. Вы планировали одноразовую встречу с девушкой, маленький эксперимент, а я залезла в семью и поселилась в вашем доме. Ты всё-таки ревнуешь Кирилла ко мне! — Я вскочила со стула и подошла к Зое. — Что же ты раньше молчала?
— Прекрати, ты неправильно меня поняла, — ответила Зоя. — Я не ревную Кирилла.
— Маша, — Кирилл тоже встал и подошёл к нам тяжёлой походкой, — если Зоя кого-то и ревнует, то тебя ко мне, а не наоборот. Я прав? — он посмотрел на жену.
Зоя взволнованно дышала, на белой коже выступили красные пятна. Она очень сильно нервничала и с трудом скрывала эмоции. Хрустнула пальцами:
— Кирилл, ты лучший мужчина из всех, кого я знала. Мне повезло прожить с тобой двадцать счастливых лет — это половина моей жизни. Но теперь я хочу развода. Я не буду делить имущество, оставь мне конюшню и этот коттедж, — она махнула рукой в окно. — Мне этого хватит, остальное заработаю. А детей делить не будем, они уже взрослые. Рано или поздно они нас простят.
— Думаешь, простят?
— Я надеюсь, — Зоя сглотнула комок в горле. — Кирилл, я… Я люблю тебя по-прежнему, просто не такой любовью, какая тебе нужна. Я останусь твоей лучшей подругой, матерью твоих детей, бабушкой твоих внуков, твоей сестрой, если хочешь. Но только не женой. — Она едва сдерживала слёзы. — Я больше не могу быть твоей женой, понимаешь?
Я впервые видела Зою в таком эмоциональном раздрае. Кирилл шагнул к ней и ласково взял за плечи. Их лица находились на одном уровне, потому что они оба были высокими.
— Малыш, — мягко сказал Кирилл, — я всё понимаю. Зря ты думаешь, что я ничего не замечаю. Я же не слепой.
 
Зоя подняла брови в немом вопросе. Кирилл продолжил:
— Твои чувства к Маше… — он взял меня за руку и подтащил поближе, чтобы мы стояли рядом, — я заметил, что они вышли за рамки дружеских. — Зоя хотела возразить, но Кирилл её перебил: — Подожди, дай мне закончить. Мне кажется, это нормально — испытывать чувства к девушке, с которой у тебя установились близкие и доверительные отношения. Многие женщины… бисексуальны.
Он выговорил это слово! Я прикусила губу от волнения, сердце забилось часто-часто.
— Признаюсь, для меня это стало неожиданностью, — продолжал говорить Кирилл, — но по сути ничего страшного не случилось. Ты поняла, что не фригидна, ты способна на оргазм, когда рядом девушка. Наш эксперимент увенчался успехом. Это же замечательно! Ты согласна, Маша? — он глянул на меня.
— Конечно! Зоя, это победа! Ты кончала с Кириллом, когда я находилась рядом. В этом нет ничего плохого, — с жаром поддержала я.
Мысль об их разводе приводила меня в ужас. Я не могла их потерять — ни Зою, ни Кирилла!
— Поэтому забудь про развод, — тихо увещевал Кирилл. — Я женился на исключительной женщине с сильным характером и сложным внутренним миром. Я как-нибудь переживу твою бисексуальность. Это не то, что разрушит мою любовь к тебе, — он погладил её по лицу. — Это не уменьшит мою страсть, особенно теперь, когда ты испытываешь оргазм. Нам нужно многое наверстать.
Его бархатный голос проникал в самое сердце. Но Зоя молчала. Я не понимала, почему она не бросается мужу на шею и не благодарит за толерантность. На её месте я бы так и сделала.
— А Маша будет жить с нами, да? — спросила Зоя.
Они оба на меня посмотрели. Я смутилась. Я не думала на эту тему. Наслаждалась их вниманием, подарками, сексом, сладким шампанским и сладкими поцелуями. Мне было так хорошо, что я не задумывалась о будущем.
— Я не знаю… — пробормотала я.
— Если мы хотим, чтобы Маша жила с нами, — сказал Кирилл Зое, — мы должны сделать ей предложение. По всем правилам. С обручальным кольцом и подписанием контракта наподобие брачного, чтобы защитить её интересы. Если она согласится, разумеется.
— Тебе бы этого хотелось? — спросила Зоя. — Жить с двумя женщинами?
— Да, — без раздумий ответил Кирилл, сжимая мою руку. — Я люблю вас обеих. Я не смогу отказаться ни от тебя, ни от Маши.
— А я не смогу делить её с тобой, Кирилл, — сказала Зоя голосом, который внезапно стал жёстким. — Ты сказал, что тебя не пугают бисексуальные женщины, но проблема в том, что я не бисексуальна. И я… не совсем женщина.
На лице Кирилла отразился шок. Я тоже оцепенела от изумления.
— Конечно же, ты женщина, — возразил Кирилл, — молодая, красивая и сексуальная.
— Это всего лишь внешность, — устало сказала Зоя. — А в душе, — она постучала пальцем по груди, — я мужчина. Я всегда считала себя пацанкой, женщиной с мужским характером, бой-бабой и мужиком в юбке. Полно обозначений для таких, как я. Но последние три дня показали мне, кто я есть на самом деле. — Она быстро взглянула на меня: — Кем я хочу быть для женщины, которая мне дорога. Теперь ты понимаешь, почему я не могу быть твоей женой? Мы должны развестись.
Она подняла руку и погладила его по щеке — точно так же, как это сделал он несколько минут назад. Столько нежности и безысходности было в этом жесте.
— Прости. Я никогда тебя не обманывала и не хочу обманывать сейчас. Наш брак окончен. Я буду самым преданным твоим другом, но не больше, Кирилл. Секса у нас не будет. Я вообще не планирую спать с мужчинами.
Она говорила с такой непоколебимой убеждённостью, что у меня перехватило дыхание. Я прижала руки к груди. Мы стояли и молчали, словно нам нечего было сказать друг другу. Как будто слова Зои стали эпитафией для нашей странной, но прекрасной любви на троих.
Кирилл медленно и даже немного торжественно взял её руку и поцеловал — так, как мужчина целует руку любимой женщины при расставании. Возможно, он хотел показать, что, несмотря ни на что, она оставалась для него женщиной. Благородной леди и дамой его сердца. На его крепко сжатых челюстях играли желваки. У меня слёзы побежали по щекам.