Чужие степи — Оффлайн (СИ)
*****
— И что это? — прослушав отрывок записи, Сергей Алексеевич так сурово посмотрел на меня, — мол всякой фигнёй отвлекаю, что если бы не важность ситуации, я бы наверное стушевался.
— Мы здесь не одни, Сергей Алексеевич, это кусок записи радиопередачи.
И чем больше я говорил, тем больше глава хмурился, а когда, пересказав всё что выяснил, я умолк, он резко поднялся, и ничего не говоря, вышел из кабинета.
Вот те здрасьте.
Но отсутствовал он недолго, и вернувшись в сопровождении нескольких человек, развернул на столе здоровенную карту.
— Где примерно находится источник вещания? — разобравшись с картой, спросил он.
Прикинув стороны света и сопоставив с тем что поведал «радиохулиган», я взял со стола пару шариковых ручек — в будущем явно дефицитных, и положил их в виде расходящегося клина, показывающего возможный сектор.
— Точнее определить сложно, но думаю что примерно где-то здесь, — положив ладонь на кусок казахстанской территории, я сам удивился насколько большим оказалось поле для поиска.
— Это при условии что передача идет с мачты, а если это не так? Если где-то неподалеку работает радио буй, или нечто похожее?
Понятное дело что ничего конкретного ответить я не мог, поэтому просто развел руками. Единственное что я знал точно, — направление откуда идет сигнал, и на мой взгляд гадать на кофейной гуще не нужно, а нужно просто поехать туда и разобраться на месте.
— Тогда, Василий, — прочитал мои мысли глава, — готовь машину, пойдешь с поисковой группой. Сколько тебе нужно людей?
Тут я конечно пустился в расчёты, прикидывая прочесать район чуть ли не цепью, но в итоге, скрипя зубами, глава выделил десять человек, включая нас с Андрюхой, сказав что надо не на ноги налегать, а включать голову. Хоть иногда. Именно так и сказал.
В итоге выехали мы уже через час, две нивы по четыре человека, и мы на Уазе с Андрюхой и соседом-радистом. А без него никак, искать то будем при помощи радиопеленгатора, поэтому и специалист нужен. Конечно до нормальных, заводских аналогов этому устройству далеко, это скорее индикатор мощности сигнала: тепло-холодно, но на безрыбье и рак рыба, попробуем обойтись тем что есть.
— Интересно, — едва мы отъехали от села и вышли на трясучую полёвку, «ожил» сосед. — Вот найдём мы их, и дальше что?
— Не знаю, — мельком глянув в зеркало заднего вида — всё время забываю что в него ни черта не видать, трясётся как сволочь, — я чуть обернулся, не люблю разговаривать затылком, и спросил сам, — а вы как считаете? Что нам нужно делать?
Ведь действительно, никаких указаний, кроме непосредственно поставленной задачи, мне не дали, то ли забыли, то ли сочли что и сам не маленький, разберусь. Вообщем, как бы там ни было, а решить что делать если, точнее когда, мы найдём"радиохулиганов" — нужно было заранее.
— Я бы ничего не делал. — Пожал плечами сосед, — Нашли, посмотрели, вернулись обратно. Как-то так.
— Ну а что, нормальный вариант. Засечём, посмотрим издали, и назад. — Запихивая в петлю постоянно закрывающейся форточки свернутую в несколько слоёв бумажку — для большей плотности, — перефразировал Андрей, — Поддерживаю!
— Что за пораженческие настроения?
Не то чтобы я и сам рвался в бой, геройством никогда не страдал, но в этот раз почему-то был уверен что одним подглядыванием дело не ограничится.
— Для начала надо увидеть... — уткнувшись в свой потрескивающий приборчик, отрешенно пробормотал сосед, — а то что-то сигнал пропадает...
— Совсем? — всполошился Андрей, и перегнувшись к заднему сиденью, навис над специалистом.
— Нет, не совсем... Но как-то... Как-то гаснет... Что-ли...
— А точнее?
— А точнее не могу. Это ведь не пеленгатор, так, приспособа из говна и палок... Может гора какая впереди мешает, может у них что-то случилось... Кто ж его знает...
— Не может быть чтобы гора. — Я прекрасно помнил здешний ландшафт ещё по той, «прошлой» жизни, и никаких гор в радиусе сотни километров не наблюдалось. Это реки могут сменить русло, озера пересохнуть, но чтобы горы?.. — Да быть не может. — И отъехали то мы всего ничего!
— Ну — виновато посмотрел сосед, — Как бы там ни было, а сигнал почти пропал, если так и продолжится, смысла ехать дальше не будет. И найти не найдём, и время потеряем.
— Так что ты предлагаешь? — честно говоря после такого заявления я хотел развернуться, но сдержался, и лишь немного сбавил скорость.
— Ничего. — снова прильнув к прибору, хмыкнул сосед, — будем ехать пока совсем не исчезнет...
Но сигнал не исчез. Восстановившись буквально через пару минут, больше он не пропадал, и проехав по указке «профессора» — так, с лёгкой руки одного из мужиков стали называть соседа, — мы остановились на берегу очень широкой и бурной реки.
— Если верить карте — когда выйдя из машин мы все дружно выстроились на берегу, заговорил водитель длинной нивы, — толстый дядька, обладатель коротких ног и почти лысого черепа, — здесь должен быть пересыхающий ручей...
Вот только карта картой, а водная преграда оказалась куда как значимей, до масштаба Волги может и не дотягивала, но наш современный Урал точно затыкала за пояс. Метров сто, может сто двадцать в ней было как минимум.
— Можно плот соорудить... — предложил кто-то.
Переправиться на плоту вполне реально, воды хоть и много, но течения почти нет, волн тоже, но толку от такой переправы чуть, — не пойдем же мы дальше пешком? Да и деревьев тут нет от слова совсем, только вездесущая чилига по берегам, да привычный всякому степному жителю ковыль.
Так что от плота решили отказаться, как и от любых других способов форсирования водной преграды, — их просто не имелось, разве что вплавь. Да и идти пешком по кишащей зверьём степи было как-то не очень.
— Может разделимся и вдоль проедем? — Взгромоздившись с биноклем на крышу уаза, предложил Андрей, — в обе стороны?
— Не знаю... — протянул короткий дядька, — мне кажется разделяться не самая лучшая идея...
Я тоже так считал, но вот так взять и развернутся — совесть мешала.
Вообщем, посовещавшись, решили всё же последовать предложению Андрея, но далеко не разъезжаться, ограничившись пределом действия наших раций — двадцать километров.
И, собственно, рассевшись по машинам, разъехались: мы направо, а обе нивы в противоположную сторону.
Естественно моста мы не искали, но зная характер степных рек, надеялись что где-нибудь найдется пригодное для переправы место. Ведь если даже брать нашу Кумачку — речку давшую название станице, так у неё есть места где не то что вброд перейти, — перепрыгнуть можно.
И действительно, не проехав и пяти километров, я заметил что река заметно сузилась, а берега стали гораздо ниже.
— Проедем? Или объезд поищем? — едва успев затормозить — что с вохлыми уазовскими тормозами было достаточно сложно, я остановился прямо перед неглубокими, но очень часто расположенными промоинами.
— Ну ты даешь Вась. — усмехнулся Андрюха, ты ж на уазе, для него эти ямки — раз плюнуть!
Пожав плечами — в отличии от моего штурмана я не особенный любитель бездорожья, и опыта у меня не так чтобы много, я воткнул передний мост и выжал сцепление.
Уаз взревел, — валко закачался на пружинах, — так что все похватались за поручни, но вдруг напрягся, будто уперевшись во что-то, а я, вместо того чтобы остановиться и посмотреть в чём дело, ещё и газу прибавил. Ну и как следствие: рывок, удар, и вот уже округу оглашает неестественно громкий рёв трехлитрового мотора.
— Сука! Глушак оторвал! — в сердцах выругался я, и от души приложив кулаком по панели, зажмурился от боли — под кургузым пластиком скрывался добротный советский металл.
— Да не кричи ты так Васек... — Подумаешь, глушак... Не смертельно...
Я и сам понимал что не смертельно, да и глушитель давно уже на свалку просился: весь варенный-переваренный, в хомутах и в заплатках, кривой и горбатый, но другого нет, и теперь уже не будет.