Гаситель (СИ)

— Неважно! Просто запиши и уходим. Неужели ты не могла сделать нечто подобное сама?
— Простите, наставник.
— Он ведь сам подсказывал! Двоедушники всегда таковы, не могу «договориться» внутри собственного разума… Впрочем, неважно. Глупая девчонка. Идем.
Снова свет.
«Да хватит уже», — Айнар зажмурился. Он лежал навзничь, и белое сияние буквально залило глаза. Пришлось перевернуться, уткнуться носом в пол.
Голова болела, словно с похмелья.
«Это все Линнан. Как она там говорила, животворящий напиток? А я и купился, проклятье. Чтоб ей…»
— Как ты себя чувствуешь?
«Легка на помине».
— Что этот тип со мной сделал? Я помню видение, а там этот долговязый воосец. Ты его называла наставником. Какого…
«Тьманника?»
«Черта. Дьявола».
— …он со мной сделал?!
Линнан по-прежнему носила перевязь через правую сторону лица, но теперь место кровавого бинта заняло нечто воздушное, кокетливо-цветастое. Щеки порозовели, корка с губ исчезла без следа — они были розовыми и свежими, как цветы после полива.
— Выведал рецепт чего-то, что ты называл «нитроцеллюлозой».
Айнар сел на полу и коротко засмеялся.
— Серьезно? Зачем?
— Он хотел знать, как ты убил Маирри эт Силу.
Айнар помрачнел.
— Я помню и другое. «Двоедушник».
— Да, он говорил, что в тебе две души. Одна принадлежит нашему миру, а другая нет, но Гаситель — они обе. На самом дел, наставник считает, что если разделить, то ты станешь неопасен.
— Дай догадаюсь. Он не знает, как это сделать, а тебя прислал выяснить, и ты опят будешь выносить мне мозги. Достало. Я чувствую себя пережравшим «солей» наркоманом. Проклятье, не совсем понимаю, о чем говорю. Этот сейчас опять заявит «Билли, тебе и не полагается понимать».
Он вздохнул.
«Я-Мы Айнар Венегас. Что бы это ни значило».
Линнан помолчала.
— Наставник все знает. На самом деле, я об этом пришла с тобой поговорить.
Айнару захотелось что-нибудь взять в руку, сжать указательным и средним пальцем. Он подумал о монетке. Потом — об очках, которых отчаянно не хватало.
«По крайней мере, у меня целы оба глаза», — он уставился в упор на красивую повязку Линнан. Почему Светоч не воспользовалась какой-нибудь Искрой жизни и не отрастила себе новый? У магии есть ограничения, или ее просто наказали за неудачу?
Айнар ставил на второе.
Отсутствующий глаз — сойдет за доказательство того, что она не лжет?
«Поговорить».
— Ты снова полезешь мне в голову и будешь вытряхивать из нее тьманник знает что, как из старого мешка.
— Плетение разумов было бы проще, — Линнан быстро поджала губы, но потом улыбнулась. — Впрочем, выбор за тобой.
— Я выбираю говорить словами. Ртом. Никаких вот этих вот штучек, — Айнар постучал себя по виску и сел на койку. Холодная. Его морозило, то ли простудился, то ли просто заканчивался запас прочности.
— Надеюсь, нас не подслушают, — Линнан сделала шаг навстречу, но вплотную так и не приблизилась, будто опасаясь, что он выхватит взрывчатку и убьет ее, как убил серебряного парня.
— Ты уж позаботься об этом.
— Хорошо, — Линнан сделала жест руками, словно присыпая солью салат или кусок мяса. — Итак, поговорить. Наставник желает разделить тебя. Разорвать души. Разъединить. Это, скорее всего, убьет тебя, а он получит…
Линнан осеклась, но Айнар догадался:
— Какую-то особо могущественную Искру?
— Вроде того. Анти-Искру. Ты же сам говорил про антивещество. Я не хочу, чтобы он получил эту Анти-Искру, понимаешь? Старшие Светочи равны между собой по силам и могуществу, и только поэтому Глеора еще цела, Пылающий Шпиль не загорелся на самом деле. Правило баланса придумано еще Звездными Туманностями. Самыми первыми Светочами. Гасители приходили и прежде, но их убивали, обычно — без лишнего шума. Наставник впервые хочет нарушить правило баланса, а если сумеет, то всем нам…
— Полный трындец, — закончил Айнар.
Слово «трындец» удивило их обоих. Айнар пожал плечами. Линнан отразила его жест, словно передразнивая. Она все-таки сделала пару шагов, села на пол, который, как заметил внезапно Айнар, умудрялся оставаться чистым и белым, в отличие от пленника, содержавшегося в камере. Хорошая штука — магия.
 
— Разделить Двоедушника-Гасителя почти невозможно. Наставник говорил, это как одно целое, только с двух сторон. Наверняка, кто-то из Светочей уже пытался, но ничего не получилось. А теперь он считает, будто нашел способ и не терпится его испробовать.
— А что я могу сделать? — Айнар поймал себя на каком-то равнодушии. Все эти высокие материи о душе и разделении звучали издалека. Вот если бы Линнан пообещала, что ему ногу отрежут или кишки вытащат — совсем иной эффект. — Кстати, ты обещала рассказать про Эрика Камерра. Кто это? Почему какой-то проклятый работорговец так важен?
— Эрик Камерр не работорговец, — сказала Линнан. — Он тоже Светоч. Предатель и агент Воосы. А еще Эрик Камерр поклялся уничтожить Пылающий Шпиль. Это он вытащил твою… вторую часть из другого мира.
— Нет, — внезапно перебил ее Айнар.
Он схватился за виски. Он помнил другое.
Белка. Лес Цатхан. Волк. Я убил радужного волка, от которого воняло падалью.
Я…
«Пришел в тело, которое уже было Айнаром Венегасом».
— Вот же черт.
— Да. Он провел какой-то ритуал, чтобы пробудить твою силу Гасителя. Я не знаю этого ритуала, — Линнан внезапно смутилась. — Я всего лишь ученица. Мы догадывались, что ты появишься, поэтому отправили Маирри эт Силу в Орон, как только появились сведения.
«А как же Гарат?»
«Она говорила о троих — Техник, Доктор… Философ? Математик? Кто там еще третий? Мы все — Гасители. Или нет?»
Линнан таращилась в упор. Ее единственный глаз медленно выцветал из фиолетового в блекло-желтый, как сердцевина слегка помятой ромашки.
— Другие есть. Но тебе Эрик Камерр дал особую силу.
«— Так я еще и избранный, выходит?
— В том же самом смысле, в каком человек с полидактилией. Или фатальной семейной бессонницей».
Айнар встряхнулся.
«Она знала? Или нет?»
— Я убил Эрика Камерра.
— Не специально, если тебя это утешит.
Айнар криво усмехнулся.
— Соблюдайте технику безопасности при работе с высокотоксичными и радиоактивными материалами. Понимаю. Хорошо, предположим.
«Я хочу узнать про этого Камерра больше, но не сейчас. Я в плену, а эта девица мне не друг».
— Так что будет делать твой наставник? И как мне защититься?
Линнан вздохнула и очень просто ответила:
— Он причинит тебе боль. Твоя задача — выдержать. Не самая простая задача, но ты уничтожил двоих Светочей, так что полагаю, справишься.
Айнар едва не спросил: а кто выбил тебе глаз, но хватило ума промолчать. Он опустил голову, разглядывая собственные босые пальцы. Смуглая кожа не стала грязнее за несколько дней, ему хотелось принять душ и почистить зубы, но в целом, сохранялось ощущение некой законсервированной ловушки или временной петли.
Все еще тот полдень в Могро. Он пришел вступать в Гильдию ремесленников. Он оставил свои вещи Барри Привратнику. У него украли деньги, вот, почему не получилось вступить, хотя сталь выплавил отличную, и меч получился гибкий из-за легирования молибденом. А потом они потребовали десять гхэ.
«Вот, сколько стоит моя жизнь».
«Бери выше. Множество жизней, если тот тип получит антивещество из души Гасителя».
«Тьфу, можно мне обратно в науку. К серной и азотной кислоте. Мартеновским печам. Древесному углю, селитре и сере. Кислотам и щелочам. Можно даже к дисперсии света — только настоящей, которая с линзами, я покажу на собственных очках. Верните очки, сволочи».
— Боль.
Айнар сглотнул и почесал кадык. Щетина отросла совсем немного.
— Ладно. Спасибо за предупреждение. Догадываюсь, ты не просто так мне помогаешь, но буду надеяться, тебе просто дорог старый добрый мирок, каким бы уж ни был.