Гаситель (СИ)

Людей на узковатых улочках становилось все больше. Толпа циркулировала, словно кровь по венам: беспорядочно на первый взгляд, но даже у зевак, похоже, были конкретные цели. Одна из них — Собачий Рынок.
«В Ороне не слишком-то повезло», — он почесал затылок. — «И Гарат поблизости нет…»
— С чего-то же надо начать, — ответил себе же, Иванка вздернула бровь, в очередной раз отпихнула его от сразу двух телег; на последней цеплялся мальчишка и все тыкал в Айнара пальцем — «тесхенец, тесхенец, у, черномазый!».
— Да отойди ты, дылда! — шикнула Иванка, заставив почти прижаться к очередной подернутой «ряской» стене.
— Я думаю, — Айнар посмотрел на дома, на уже бурлящую прохожими улицу, а потом в сторону Собачьего Рынка. — Нам нужно туда. Поищем работу, вот что. А где работа, там и возможности.
— Ага, возможности, — в тон ему ответила Иванка. — Аж десять нитов в день. Это грузчикам, например, столько платят. Комната в Рыбном переулке стоит семь, чтоб ты знал, а крыс и клопов в ней за год не переловишь.
— Откуда ты все это знаешь?
Иванка шмыгнула носом, отводя блестящие зеленоватые глаза.
— Ребята рассказывали. Ну, папка торговал, а я болтала с разными там… пока он не видел. Но ты не подумай, мы в Рыбном не ночевали, обычно домой возвращались, ну или в телеге уже снаружи. Папка не любил Могро. Говорил, здесь душно и каменно.
Айнар кивнул.
Душно и каменно, хорошие слова. Иванка снова шмыгнула носом, на этот раз с почти слезами на глазах. Она быстро взяла себя в руки; Айнар не успел промямлить неуклюжих слов утешения, которые все равно не сработают.
— Ну так?
— Все равно, работа — это работа. Главное, начать. Пошли на Собачий Рынок.
Айнар сразу понял, почему рынок называли Собачьим: в узких рядах между прилавками таскались облезлые и побитые жизнью шавки. Сходу насчитал штук пять, причем, люди на них не обращали никакого внимания. Мясник пнул рыжего кабысдоха заляпанным кровью сапогом, торговец жареными пирожками на разнос просто шикнул — «пшли вон». Собаки были как на подбор некрупными, тощими, скучными, большинство — явно больными.
— В прошлый раз их было еще больше, — заметила Иванка. Серая и похожая на грязный половик тварь увязалась за ними, но быстро отстала. — Светочи запрещают убивать их, вроде они какое-то отношение к Искрам имеют.
Айнар нахмурился, вспомнив волка из пустоты и радуги.
— Да. В этом есть смысл, хотя… это просто шавки.
Иванка пожала плечами.
— По крайней мере, они не дают расплодиться крысам.
— Заметь, без участия Искр, — не удержался Айнар. Иванка попыталась сцапать с лотка зеленое яблоко, но хозяин замахнулся на нее, совершенно как на блохастую собачонку, она отдернулась.
В остальном, рынок как рынок — толпы людей, горы товаров и услуг. Толстый мужчина в лоснящемся полосатом костюме нанимал двух здоровяков, явно грузчиков. Пропахшая рыбой женщина протянула несколько монет мальчишкам, принесшим ведерко соли. Когда закончились продуктовые ряды, начались ремесленные — здесь же тесали древесину под вспышки Искр, выделывали кожу — может, и хорошо, что с Искрами, а не мочой и дерьмом. Айнар приметил большую кузницу: огонь вполне настоящий, кадка с водой для охлаждения тоже, хотя и здесь едва не каждый молот с вездесущей Искрой. Кузница была копией той, что видел в Ороне, только раза в три побольше.
— Пойдешь туда наниматься? — с сомнением произнесла Иванка. — Там все гильдейские. Тебя выгонят.
— А в гильдию как вступить?
— У вас в Тесхене и такого не знают?
— Понятия не имею, что в Тесхене. Я говорил тебе, я бывший…
Он осекся, упоминать свое рабство не стоило. Людей много, ушей тоже. Кто знает, вон тот парень с куском лепешки не соглядатай ли? А во-он та девица как будто легкого поведения, может, на самом деле, шпионка?
«Ага, лично Красочная Леди на тебя охотится. Билли, не впадай в паранойю. Хотя осторожность — дело нужное, наверняка, беглых ловят».
Опять это вот… Билли!
— Ты чего завис? — Иванка щелкнула пальцами. Айнайр моргнул.
 
— Да так, вспомнилось кое-чего. Ну, так что про гильдию?
— Платишь взнос, проходишь испытание. Если доказываешь, что достоин — возьмут, почему нет. Ну, а провалишь — сам виноват.
— Давай попробуем.
— Попробуем? — фыркнула Иванка. — А я-то тебе зачем? Ты у нас умелец, водяной колодец заставил на воде и работать. Дура-девка на кой сдалась?
В ее голосе звенела характерная обида: поперек всякой логики, хотя она явно и сама понимала, что по сути права. Снова пришлось отодвинуться, простучала копытами лошадь, на ней богато одетый всадник, потом женщина в грязной одежде и стайка детей, как мальки за крупной рыбой, облепили и исчезли в толпе.
— Я же обещал, что тебя не брошу! — заявил Айнар. — Будешь подмастерьем или как тут это называется. Да пойдем уже.
Иванка если и хотела, чтобы ее поуговаривали подольше, то мысленно махнула рукой и пошла за Айнаром. Тот же направился по лежащим прямо в грязи доскам к кузнецу. Его провожала тоскливым взором очередная шавка — когда-то белая, а сейчас серая. Она принялась чесаться.
В крытой сверху, но продуваемой всеми ветрами кузнице, работало человек пять, еще столько же сновало от печи для заготовок к наждачному станку, от верстака к баку с водой. Везде подмигивали Искры: закованные в кристаллы, словно привязанные на цепь псы. Они раздували огонь и поддерживали температуру, были углем и печью. От жара горела кожа, от магии покалывало пальцы и топорщились волоски — на голове, отросшая щетина на лице, даже на руках. Статическое электричество, подумал Айнар. Магический эффект похож на статическое электричество. Есть миры, привязанные к потоку электронов в сети, к квантам света, а есть…
— Чего надо? — кузнец был крупным и рыжим. Глеорский кузнец, одна штука. Разумеется, на тесхенца он смотрел с недоверием, хотя здесь, на рынке, Айнар уже успел приметить пару десятков сородичей.
— Купить? Продать?
— Хочу в гильдию, — Айнар сложил руки на груди. Гарат называла его «недокормышем», имея в виду рабское голодное прошлое, но в детстве-то он не голодал, пока мать жива была, пока сам был свободным человеком. Так что размером кулаков точно мог поспорить с рыжим.
Кузнец посмотрел почему-то на Иванку.
— А это кто?
— Помогает мне.
Та засопела.
— В гильдию? Ну, условия сам знаешь. Десять гхэ. Испытание, — кузнец зевнул.
Айнар кивнул.
— Я готов. Прямо сейчас. У вас тут…
— Не, зачем у меня. Это ты в Гильдейский переулок шагай, там с вами разбираются. А здесь, хочешь — заказ делай. Ковать тоже можешь, по своему железу ежели и своими инструментами. Пять гхэ.
— За что? — вырвалось у Айнара.
— Как за что? — в свою очередь удивился кузнец. — Искры-то убывают с каждым ударом молота!
— Действительно, — пробормотал Айнар и, не удержавшись, добавил. — Огонь с водой дешевле бы обошлись. Во-он там поменять конструкцию на самоподдув, а здесь отвод сделать, уголь копеечный, и…
Кузнец смотрел на него рыбьим взглядом.
— Спасибо, — Иванка вынырнула вперед, широко улыбнулась, пихнула своего не в меру болтливого спутника прочь. Еще и пнула по икре. Кузнец хмыкнул вслед, оттирая руки о фартук и вскинул на плечом молот килограммов на десять. Если он что-то и сказал вслед, грохот поглотил любые звуки.
Сероватое небо становилось голубым: солнце входило в зенит. Наползала привычная сухая духота Глеоры.
Бело-серая шавка по-прежнему таращилась на них голодным взглядом, свесила язык, с желтых зубов капнула слюна.
— Гильдия ремесленников, — прочел Айнар как будто по слогам.
Здание нависало фасадом-салатом из всего сразу: колесо, молоток, кусок кожи, доска, даже просто камень с прожилками золота. Мрамор и неплохой, чуть приглядевшись, понял Айнар. От путаницы рябило, зато растянутый, как гармошка перед финальным аккордом, двухэтажный дом вполне справлялся с задачей: «Гильдия ремесленников» прочесть-то мог не каждый, а понять по наглядным иллюстрациям — даже неграмотный.