(Не) любимая жена Владыки драконов (СИ)

— Да, владыка, — Уле кланяется. — Всё готово, можно ехать.
Этот короткий диалог даёт понять Аише, что мы с джинной в сговоре. Упрёк во взгляде любимой жены явный — ещё одна моя тайна раскрыта. Оставить красавицу без верной прислужнице я не мог.
— Ты обязательно скажешь всё, что думаешь по этому поводу, — обнимаю жену за талию и веду к двери, — но позже. Сейчас нам срочно нужно ехать во дворец.
— Зачем? — Аиша слегка упирается.
Наш отъезд неизбежен, надо торопиться. Во-первых, Мусе срочно нужна новая кормилица. А во-вторых, я не могу пропустить поистине грандиозное событие! С минуты на минуту родной брат должен свергнуть меня с трона.
— Идём, любимая, скоро всё увидишь, — загадочно улыбаюсь. — Считай это свиданием. И поверь, такого у тебя ещё не было!
  
Эпилог. Последний аккорд он звонкий самый
 
Эпилог. Последний аккорд он звонкий самый
Такого у меня точно не было… Свидания.
В зале советов собрались великие мужи Бушары — не меньше двух десятков драконов, и воины — их много, пересчитать не возьмусь. Мы с владыкой наблюдаем за ними из тайной комнаты. И не только за ними.
— Ты сказал, её нет во дворце, — шепчу, показывая пальцем на Лейлу.
— И не было, — хмурится супруг, — когда я уезжал.
Кажется, я знаю, кто притащил драконицу в зал советов. Шахаан. Принц удобно устроил задницу на главном стуле Бушары и взахлёб рассказывает собравшимся, что наш владыка предал народ, сбежав за второй супругой в другой мир.
— Что он несёт? — с недоумением смотрю на Хана. — Что за чушь?
— Великий лживый план Шаха: я сбежал, а он последняя надежда города. На рассвете брат приказал страже схватить меня и бросить в темницу.
— Да-а?.. — задумчиво стучу пальцем по скуле. — Он? Приказал?
— Ты не ослышалась, любимая, — грустно улыбнувшись, вздыхает дракон. — Шах долгое время настраивал элиту Бушары и армию против меня. Он думает, что получилось.
Полагаю, принц поверил в себя не на пустом месте. Владыка точно приложил к этому свою драконью лапу. Ханар — мудрейший из мужчин, которых я знаю! Стратег. Он многим казался мягкосердечным и простодушным, но на деле эти качества оказались ширмой. Хан ловко загнал брата в угол, осталось дожать.
— Не пора ли заткнуть ему рот? — мне не терпится появиться в зале. — Так нагло лгать… — кулаки сами собой сжимаются.
— Не давай волю эмоциям, что бы ни происходило, — супруг спокойным ровным голосом учит меня самообладанию. — Ты — жена владыки. Помни об этом, — помогает мне закрыть лицо баки.
Хан берёт меня за руку, толкает тяжёлую дверь — и мы оказываемся в зале. Монолог Шаха растворяется в гуле драконьих голосов. Лицо принца надо видеть! Он искренне не понимает, как Ханар может быть сейчас здесь, да ещё и со мной. Он ведь отправил брата в темницу, а я уже должна быть мертва.
— Взять его! — орёт покрасневший от злости Шах. — Предатель решил вернуться… — добавляет тише и поглядывает на стражников.
Ни джины, ни воины-драконы не спешат подчиняться приказу самозванца. Увы-увы, Шахаан, никто не схватит настоящего владыку. Хан — законный правитель Бушары, и все служат ему.
— Не получается, братец? — с ухмылкой интересуется господин. — Попробуй ещё раз: добавь уверенности в тон, будь жёстче.
Он откровенно издевается над Шахааном и получает от этого моральное удовлетворение. Давно не видела супруга таким довольным.
— Вы! — Шах подрывается с трона и идёт по залу. — Вы все меня предали! — крутится вокруг себя, показывая пальцем на уважаемых драконов. — Говорили, что хотите видеть меня на троне! Клялись в верности!
Великие мужи молчат. Но на их лицах нет и тени стыда или сожаления. Здесь все понимают, кто такой этот принц и что он может сотворить с Бушарой.
— Тебе говорили то, что ты хотел слышать, Шах, — владыка качает головой. — Я приказал.
— Ты должен был сдохнуть от драконьей чумы! — в сердцах кричит Шахаан.
— О-о, прекрасно, что ты напомнил! — Хан поднимает указательный палец вверх и идёт к трону.
Я занимаю место рядом с драконами — в первом ряду, можно сказать. Только попкорна не хватает. Тушите свет, кино начинается.
 
— Он не достоин трона! Опомнитесь! — Шах не оставляет попыток устроить переворот во власти.
— Заткнись, — холодно бросает владыка, проходя мимо брата. — Я хочу, чтобы все узнали, благодаря кому Бушара страдала от драконьей чумы! — усевшись на своё законное место, объявляет громко. — Город бился в агонии — люди страдали, драконы умирали, а виновник один! Это сделал Шахаан!
— Ложь! — предатель пытается протестовать.
— Ты сегодня обвинил меня в том, что я сбежал в другой мир — вот где ложь. Я никогда не бывал в иных мирах, а ты прятался в мире Аиши. Жена моя, — смотрит на меня, — ты можешь подтвердить мои слова.
— С удовольствием! — хищно щурюсь, глядя на Шахаана. — Шах действительно был в другом мире, пока в Бушаре свирепствовала драконья чума. Он был моим возлюбленным. А потом внезапно исчез. Я пришла сюда, чтобы найти его, но, увидев настоящего Шахаана — подлого и жестокого — ужаснулась.
— Кто тебе поверит, девка?! — воет принц. — Ты никто!..
— Моя супруга сделала для города много добрых дел, — Хан обрывает брата. — Великие мужи Бушары помнят об этом и уважают Аишу.
Драконьи голоса одобрительно гудят. Слов не разобрать, но и так понятно, что меня здесь уважают.
— Съел?! — хихикнув, скрещиваю руки на груди. — Вот так вот!
Мне есть чем гордиться, и я горжусь. Собой. Скромность и сдержанность я оставляю на потом, сейчас я госпожа, которая заслужила уважение, как минимум двух десятков драконов.
— Ты долго готовил заговор против меня, Шах, — вздохнув владыка, встаёт с трона и идёт к брату. — Но я всё это время тоже не бездействовал. Как видишь, желающих предать меня при дворе не оказалось.
Пока принц что-то злобно булькает в ответ Ханару, претендентка на главную роль кинофильма под названием «Катастрофа», поняла, что пахнет жареным, и пробирается к выходу за спинами драконов. Лейла надеется улизнуть из зала советов, а у меня руки чешутся дать ей чем-нибудь тяжёлым по голове. Не вижу причин отказывать себе в удовольствии.
Пара щелчков пальцами — и тяжёлый кувшин с водой летит в драконицу. Она и пискнуть не успевает. Сбитая с ног, сидит мокрая на полу и держится за темечко. Нормально ей прилетело.
— Аиша… — муж с упрёком качает головой. — Я ведь просил тебя не давать волю эмоциям.
— Она бы сбежала, — развожу руками. — Или чего хуже — обернулась здесь.
— Оборот невозможен, — парирует Хан. — Этих двоих, — смотрит на Лейлу, потом на Шахаана, — Рахат два дня поил специальным снадобьем. Чтобы сегодня никто из них не преподнёс нам неприятный сюрприз.
— Р-р-рахат… — рычит принц.
— Да, брат мой, ты не ослышался, — Хан улыбается, — мой главный лекарь не уезжал из дворца. И Дамлу я освободил из подвала ведьмы. Кстати, — его улыбка становится шире, — твоя подруга сегодня утром лишилась головы.
— Ты за всё заплатишь, Хан… — Лейла подаёт голос.
Интересно, кто и когда разрешил ей обращаться к господину на ты, да ещё и по имени? Ай-яй… Кто-то сейчас получит — по глазам супруга это вижу.
— Заплачу? — у Хана в глазах искорки злого веселья. — Возможно, — кивает, — но не тебе. Ты приехала из изгнания, чтобы разделить с Шахааном «нелёгкое» бремя власти, — шагает к драконице. — Ты всегда искала место потеплее — такова твоя натура, Лейла.
— Ты не дал мне ничего, что должен дать жене муж! — хрипит драконица. — Будь проклят, Ханар!
— Уведите, — владыка кивает стражам. — Посадите в темницу. Позже я решу её судьбу. А ты… — поворачивается к брату. — Ты отправишься к варварам.
— Что?! Драгхалла, ты выжил из ума?! — вопит Шахаан.
— Нет, — уголки губ моего мужа ползут вниз. — Ты врал, что год провёл в плену у врагов, и я решил, что будет честно отправить тебя к ним по-настоящему. Тебя уже ждут у ворот города. Увести его! — рявкает стражникам.