"Фантастика 2023-160". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Последняя реплика относилась к дарко, отобравшей у меня коньяк.
— Забрала мужика — отдай выпивку! — прокомментировала Сальватано свои действия. — А жадничать — нехорошо! Франка, будешь?
— У меня пока есть.
— Марти?
— Она занята, — отозвался вместо оборотня гоблин. — И ва-абще, шумите поменьше. Мы тут пунш сооружаем. А это дело, как известно, ну-у очень ответственное, требует максимальной, ик, сосредоточенности, концентрации… ик, ну и этой… как её…
— Дистилляции?
— Во, точняк… тьфу, да пошли вы!
— Пу-унш? — переспросила Сальватано. — Что ж вы молчите! Кто, по-вашему, здесь главный специалист по пуншам?! Франка!
— Не я.
— Знаю, что не ты! Бери это… это… и еще вот этот ликёр — и давай сюда.
Мне вдруг захотелось отойти… или хотя отползти подальше, желательно — куда-нибудь за камни. Поводов к этому имелось аж две штуки, и если первый пока еще терпел, то второй — не очень. Дарко, эльфка, оборотень и гоблин — это само по себе взрывоопасная смесь, а уж если они пытаются что-то там смешать…
— Лисса? — негромко позвал я. Девушка не отозвалась, она по-прежнему лежала на мне, неподвижно, словно растекшись. Легкая, мягкая, теплая и… очень похоже, что китаянка попросту спала.
Дядя Айвен как-то сказал, что для настоящего мужчины нет ничего лучше, чем увидеть, как на его плече спит довольная им женщина. Правда, я не знал, насколько довольна Лисса именно мной, да и вообще…
Кто-то взял меня за плечи, приподнял и потащил куда-то. Все, что я сумел, — это подхватить здоровой рукой начавшую было сползать китаянку… и понадеяться, что меня тащит не костлявая гончая, а…
— Венга?
За весь предыдущий вечер вампирка не произнесла и пары слов, хотя содержимое розовых итальянских бутылок в её руках, насколько я замечал, испарялось достаточно быстро. Сейчас Венга также не удостоила меня ответом. Она осторожно прислонила меня к валуну, села рядом, с оставшейся свободной стороны, прижалась, осторожно положила голову на плечо… и закрыла глаза.
— Просто замечательно, — пробормотал я. — Всю жизнь мечтал, чтобы меня… кхм, согревали сразу две прекрасные женщины.
Одна из которых — китаянка, ехидно напомнил внутренний голос, и вдобавок оборотень. Ну а вторая — еще девчонка, уже вампир и вообще чертовски странная. Сменять бы эту сладкую парочку на одну нормальную — но что-то не видать очереди желающих произвести подобный обмен.
Затем я поднял голову — и натолкнулся на заинтересованный взгляд двух золотистых глаз. Больших — с хорошее яблоко. Дракон положил голову на скрещенные лапы и разглядывал меня с таким видом, словно на всем свете не нашлось зрелища поинтересней.
Я попытался ответить ему тем же — в конце концов далеко не каждый день человеку выпадает возможность спокойно рассмотреть живого дракона с трех шагов, не числясь при этом пунктом в меню. Однако чем дольше я вглядывался, тем больше становилось дракона, вернее, драконов, и, когда восемь огромных ящеров взяли меня в полукольцо, я не выдержал!
— С-слушай, п-прекрати это… ты, р-р-рептилия!
— У меня имя есть, между прочим, — напомнили драконы, уменьшаясь в числе до четырех. — И я вам его называл.
— Называл. И я его даже п-помню, — а вот это была ложь, я запомнил только первые букв десять и то, что имечко у ящера было длинней его самого, — но п-произнести сейчас лучше и не п-проси.
— Тогда зови меня Миглак.
— Это сокращение? — удивился я.
— Это, — надменно произнес дракон, приподняв голову, — доступный вашему пониманию вариант.
— Па-анятно. — Я хотел добавить еще что-нибудь ехидное, но раздумал. В конце концов, огромный и очень забронированный крылатый ящер действительно может посматривать на окружающих сверху вниз — размер позволяет.
Дракон вновь опустил голову на лапы.
— Р-редкое сочетание, — произнес он и в золотистых глазах на миг словно бы вспыхнул огонь, — в тех, кто рядом с тобой. Свет и тьма щедро им отмерены. Идти по жизни с таким грузом, не уходя на одну из сторон, — все равно, что лавировать меж капель дождя. Другие из вас, — Миглак оттопырил коготь в сторону чаши с пуншем, — необычны тоже, но эти две особи — как бриллианты чистой воды среди прочих камней. Я разглядел это еще с небес и, не поверишь, человек, был удивлен. Даже для Запретных Земель ваш отряд необычен и странен.
 
— Верю, — кивнул я. — По части странности мы кому хочешь форы дадим.
— И конечно, я не мог упустить возможность рассмотреть вас вблизи.
— Слушай, а какого… то есть, — быстро поправился я, — зачем тебя принесло в эти горы, да еще с таким странным грузом? Насколько я слышал, вы, драконы, предпочитаете бочки…
— Совершенно верно. Из них пить значительно удобнее.
— Во-о-от.
— Отвечаю, — приподнявшись, дракон вытащил из первого ящика горсть бутылок, задумчиво глянул на них — и сжал лапу. Тренькнуло, блямкнуло и меж драконьих когтей потек водопад стеклянных осколков. В полумраке угасающего костра это было похоже на какую-нибудь старинную картину: «Дракон, перебирающий свои сокровища».
— В эти унылые края меня принесло поздравить прадядю Орента с его тритыщьсемьсотлетием. А это, — Миглак набрал еще одну пригоршню пустых бутылок, — подарок.
Хрусть!
— Тритыщь-чего?
— Тритыщьсемьсотлетием! — повторил ящер. — Возраст почтенный даже для дракона, так что последние два века прадядя уже носа из пещеры не кажет. Его и добудиться-то не всякий герой сумеет… но долг младшей ветви рода велит мне хотя бы попытаться. Если, конечно, — дракон прищурился, — вспомню, где именно прадядя облюбовал себе нору. Я-то был у него в гостях всего раз и лет полтораста назад… хоть мне и понравилось, хе-хе-хе.
— Мы и не знали, что в этих краях живут драконы.
— А они тут и не живут. Один старый дряхлый хрыч, который давно закаменел не хуже тролля — это еще не «драконы живут». Верней, это уже не оно самое. Говорю же, прадядя двести лет как вообще из пещеры на своем на Карак Вире не выбирался, да и раньше слыл изрядным лентяем.
Что-то в его речи вдруг хрустальным звоном отозвалось у меня голове, заставив уже почти уснувшие мозги зашуршать колесиками-шетеренками. Что-то…
— Как ты сказал… на Карак Вире?
— Так назвали прадядину гору гномы, — сказал Миглак. — Знаешь, такие мелкие, бородатые, все время роются в земле, добывают камушки… которые мы, как известно, тоже очень любим. Гномы жили в этой горе еще до прадяди… и, откровенно говоря, из-за них он туда и влез. Захапал их пещеры, сокровищницу… тогда они еще не понаоткрывали банков, хранили все свое добро по старым обычаям, кучами, ну почти как мы. Кучи же в те времена громоздили ого-го какие, не сравнить с нынешними жалкими холмиками. Бывает, — дракон презрительно фыркнул, — заглянешь в какую-нибудь королевскую казну, а в ней сокровищ… такса королевы и то больше холмик вываливает. Это я так, к слову, — спохватился Миглак. — А Орент… он тогда еще был не старым лентяем, а хитрым лентяем. Воспользовался тем, что местные коротышки с нами дела иметь не привыкли, улучил момент, пролез внутрь сквозь боковой штрек и, хе-хе, задал коротышкам жару. Большая часть погибла, кто-то сбежал… оставшихся прадядя еще целый век по углам вылавливал, вроде как вы — тараканов, только у Орента, хе-хе, получилось.
— Забавная… история, — медленно произнес я.
— О-о, вы еще самого главного не знаете. Кстати… — оживился дракон, — вы, случаем, не на юго-запад идете? Гора прадяди совсем недалеко, и если вам по пути, я мог бы устроить экскурсию по его сокровищнице. Клянусь хвостом Первого Дракона, такого, хе-хе, вы видеть не могли!
— Увы… — полностью скрыть волнение я не мог, оставалось лишь надеяться, что дракон не сможет истолковать его правильно, — наш путь ведет в совершенно другую сторону.
— Что ж, возможно, в другой раз…
— Господин дракон, — позвала дарко. — Можно попросить вас об услуге?
— Да-да?
— Нашему пуншу недостает последнего компонента…
— Случаем, не камня из моей сокровищницы? — хмыкнул Миглак.