"Фантастика 2023-160". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Ы-ы, эй-парень, ты не путай! — заявил Толстяк. — Я — честный гоблин…
Позади нас кто-то сдавленно хихикнул.
— …а ваш Моисей точняк был гномом!
— Да неужели?
Чтобы остаться вровень с Толстяком, пришлось чуть придержать коня — доставшегося мне вороного явно не устраивала ленивая рысь гоблинской кобылы. Конь был слегка горяч, но чертовски хорош — не какой-то оркский мустанг, а породистый жеребец, одна лишь отделанная серебряными бляшками сбруя которого стоила дороже моей старой лошади. Отчасти поэтому конь пока оставался безымянным — называть этого красавца Бараном язык не поворачивался.
— Ты что, знал его лично? Или, может, прошлой ночью в твою яму снизошел сияющий дух с небес?
— Да это же любому очевидно! Кто еще мог сорок лет водить людей за нос по пустыне, выбирая то единственное место, где под песком нет ничего полезно-копаемого?
— Светлый эльф, конечно же, — подала голос догнавшая нас дарко. — Они очень любят ходить в долгие и бессмысленные походы. Взять, к примеру, Финголфина…
Я с тревогой оглянулся на Францеску, но похоже, эту конкретную полуэльфку мало интересовали оскорбления памяти её великих светлых предков. Как и большая часть происходящего вокруг неё. Девушка ехала, откинувшись чуть назад на высокую луку мексиканского седла, закрыв глаза, и единственное, что менялось в её облике за последние два часа, — это длина тонкой красной сигары.
— Не-е, на эльфа непохоже, — возразил гобл. — Вот если бы он повел их вокруг всей этой… как его… Африки, тогда да. А петлять среди песка, где всего разнообразия — маленький бархан и высокий бархан… не-е, Перворожденный от эдакой прогулки уже на вторую неделю взвоет не хуже оборотня.
— и-и-и-голодная-я-несчастная-я-я-я…
— Проклятье, — зло выдохнула Сальватано, — ну почему эта тварь не потащилась за троллями? Им так нравился её вой…
— Угу.
По части костлявой гончей я был вполне солидарен с дарко. Проблема заключалась в том, что гончая была далеко не единственным спутником, чье общество меня совершенно не вдохновляло.
С одной стороны, три дополнительных ствола в умелых, пусть и женских, руках в Запретных Землях лишними не бывают. С другой же — неизвестно, чего больше эти стволы принесут: избавления от проблем или, наоборот, добавочной головной боли.
Интересно, зачем они вообще увязались за нами? Этот вопрос я задавал уже раз в трехсотый за день — но по-прежнему только себе и про себя. Озвучивать его Сальватано как-то не хотелось… впрочем… я придержал коня, пропуская караван мимо.
— Как думаешь, зачем они вообще увязались за нами?
Лисса отозвалась минуту спустя — когда я начал подозревать, что переоценил слух оборотней и, соответственно, переборщил с шепотом.
— С чего ты взял?
— Э-э… что? — не понял я.
— Почему ты решил, что это Сестрички увязались за нами?
— Ну как же… — я моргнул, но нет — бандитки никуда не пропали, они по-прежнему маячили впереди, а пыль из-под копыт их лошадей вполне наглядно доказывала, что мы имеем дело не с иллюзией, — они ведь едут вместе с нами… в одном направлении.
— Верно, компаньон. А ты заметил, что при этом большую часть времени впереди едет не Толстяк, а Марти?
— В самом деле?
Щелчок по наблюдательности был довольно чувствителен. За последние дни я привык, что именно гобл возглавляет наш небольшой караван. А между тем стоило бы помнить: в здешнем пейзаже не бывает малозначащих деталей.
— В самом, в самом. Тебе стоит быть внимательней, компаньон.
Это меняло дело… правда, пока неясно, в какую именно сторону. В конце концов до нашей встречи Сестрички тоже куда-то направлялись… причем, как подсказала мне память, по схожему азимуту или как там называется эта штука в компасе.
— И потом, ты ведь был в одной яме с их предводительницей?
— Был. Только, — поспешно добавил я, — при этом у неё были связаны руки, между нами была плетенка, но главное — в той же яме находился и шериф, так что…
— Кейн! — перебила меня китаянка. — Ты оправдываешься с таким рвением, словно тебя уже судят за изнасилование.
 
— Нет, но…
— Или, — с подозрением добавила Лисса, — между вами в самом деле что-то… произошло?
— Ну…
Я угодил в ловушку. Сказать, что между мной и Сальватано прошлой ночью не было вообще ничего, значило бы солгать. А китаянка умеет отличать ложь от правды.
— …не было ничего такого.
— Такого? — Лисса нахмурилась. — Кейн, похоже, нам с тобой нужно серьезно поговорить. Но, — приподняв шляпу, китаянка коснулась пальцем правого уха, — не сейчас.
— Понял, — кивнул я, — тогда на первом же привале.
— Договорились.
Тем для подобного разговора у нас и впрямь поднабралось, подумал я. Начать хотя бы с того, что работа Толстяка заканчивается. В это было довольно сложно поверить, но мы дошли. Нас не разорвали в клочья монстры в Пограничье, не отправили в котел орки, не прихлопнули тролли, нам удалось уйти от шерифа с его бандитами. Даже гоблин-проводник действительно вывел нас к горам. Правда, какая именно из высившихся на горизонте серых громадин была тем самым Карак Виром, гобл не знал. По его словам, зеленошкурые с равнин вообще не очень охотно лезли в горы, считая, что ничего хорошего в них нет, зато неприятностей на свой скальп можно поймать с избытком. Люди думали иначе — по слухам, в горах имелось золото, и этим слухам порой находилось материальное подтверждение. Правда, мало кому из поверивших удавалось пересечь равнину и еще меньшему числу — благополучно вернуться назад, шатаясь под тяжестью мешочков с золотым песком. Немногочисленные же счастливчики обычно не горели желанием указать на карте источник своего богатства… да и нормальных карт здешних гор тоже никто не составлял. Все указания обычно сводились к чему-то вроде: «после горы, похожей на седло, повернешь направо и скачи три дня…». Повезет — найдешь, не повезет — окажешься милях в тридцати-сорока от нужного места и не факт, что сумеешь оттуда выбраться.
До меня только сейчас начало понемногу доходить, что добраться туда, это, конечно, когда речь заходит о Запретных Землях, само по себе немалое достижение, — но в нашем случае подобный подвиг составлял даже не полдела, а хорошо, если четверть. Доехали, угу… я тоскливо вздохнул. Горы высились прямо передо мной — а также справа, слева и вглубь, сколько хватало глаз. Как найти в этой бескрайней каменной стране одну-единственную пещеру, поглотившую гномский отряд?! Разве что здешних троллей расспросить… Толстяк говорил, что здесь они встречаются, но редко — их племена в большинстве жили севернее или южнее. Куда чаще в здешних скалах гнездилась разнообразная нечисть, от которой в Аппалачах остались только рассказы стариков, пара дюжин траченных молью шкур в домах потомков первопоселенцев и когти на еще более редких и оттого дорогих старинных талисманах.
С последней мыслью меня повело куда-то в сторону — я вдруг представил, как мы с Лиссой являемся в контору мистера Бернса и вместо алмазных колец вываливаем ему на стол груду когтей и ушей. Видение было очень четким, красочным и заманчивым — но и совершенно бредовым. Будь все хоть вполовину так просто, никто бы не тащился в эти горы с лотком на горбу. А народец упорно предпочитает золото — не в последнюю очередь потому, что промываемая порода не пытается в свою очередь оприходовать старателя на ужин.
— Ты задумался.
Это прозвучало не как вопрос. Кажется. Имея дело с Венгой, в таких вещах нельзя было быть уверенным.
— Да… а что?
— Зря.
— …?
Несколько часов назад, во время полуденного привала, в коротком разговоре с дарко, я услышал слово, которое как нельзя лучше характеризовало нашу «находку». Парадокс. Именно так — я еще у гоблина переспросил. Венга вся, целиком, представляла собой небольшой парадокс о двух ногах, двух руках, двух клыках, ну и все такое.
— Ты задумался напрасно, — «пояснила» вампирка.
— Но ведь ты даже не представляешь, о чем именно я думал?!