"Фантастика 2023-160". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Джонни смерил меня не менее недружелюбным взглядом и, отставив несчастный стакан в сторону, снял с подставки два других.
— У меня, — сообщил он, ловко опрокидывая над ними бутылку, — все стаканы — чистые. Всегда.
Мигер промолчал, но, когда мы отошли к столику, он долго и придирчиво рассматривал свой стаканчик на фоне щелей в ставнях, прежде чем, наконец, последовал моему примеру и опрокинул его себе в глотку.
— Уф!
— Так вот, Патрик, — продолжил я, отдышавшись. — Однажды… мне довелось выслушать подобный приказ. Нашему взводу приказали атаковать выдвинувшееся вперед орудие конфедератов. Мы примкнули штыки… и пошли… а потом побежали… — я осекся.
Шейный платок вдруг превратился в удавку, стягивающую горло. Я вцепился в него, стараясь ослабить узел, а перед глазами вставало поле, накатывающиеся волны травы — и жерло пушки, опускающееся все ниже.
— Они подпустили нас, — я, наконец, справился с платком. — И пальнули картечью.
Мигер задумчиво крутил в руке опустевший стаканчик.
— У меня, — я сглотнул подступивший к горлу комок, — хорошее зрение. Когда я увидел, как конфедератский офицер махнул рукой… я успел упасть. А когда поднялся…
— В меня тоже однажды стреляли картечью, — неожиданно сказал кавалерист. — Еще в Ирландии. Очередное выступление… я даже не помню, чего именно мы требовали тогда. Мне тогда было всего двенадцать, и старшие сказали, чтобы я не путался под ногами. Но я просто затерялся в толпе и пошел со всеми. — Мигер замолчал, точь-в-точь как я. — Красномундирники преградили нам путь, и их офицер крикнул, чтобы мы расходились. А потом… он скомандовал: «Открыть огонь по мятежникам» — и королевские пушки дали залп. В тот день на площади остались лежать сто двадцать шесть наших, — Патрик тяжело вздохнул. — Один из них был моим братом, а другой — дядей.
— Когда я поднялся, — в тон ему отозвался я, — все вокруг лежали. Парни из моей роты… я был самым молодым, мальчишка-доброволец, и половина из них звала меня «сынок», что меня всегда жутко бесило. Они лежали… а когда я посмотрел вперед, то увидел, что конфедераты заряжают пушку для нового залпа.
— И что же ты сделал?
— Я поднял «кольт» капрала Броуза и побежал, — сказал я. — Так быстро, как не бегал и, наверное, уже не пробегу никогда.
— Судя по тому, — сказал Мигер, — что передо мной сидишь ты, а не какой-нибудь конфедератский артиллерист, ты добежал быстрее, чем они зарядили пушку.
— Именно, — кивнул я и, повернувшись, заорал: — Джонни, еще по одной!
— Послушай, Крис, — неожиданно сказал Мигер после того, как мы снова опустошили стаканы. — А ты бы не взялся поработать немного на правительство?
— Что? — я поперхнулся остатками текилы. — Наняться проводником к вам? Патрик, я что, так похож на самоубийцу?
— Ну, я не имел в виду, что ты будешь ехать в голове колонны, — пояснил Мигер. — Для этого у нас есть полковник Кребс со своей гнедой кобылой. А вот тихонько проскользнуть вперед, разнюхать то да се и, когда тучи соберутся, вовремя подать знак.
— Это может проделать любой из ваших парней, капитан.
— Не-ет, — мотнул головой Мигер. — Мои ребята хороши против небольших набеговых отрядов, но суметь просочиться мимо половины Союза Племен им не по зубам. Для этого нужен такой скользкий тип, как ты, Крис.
— Спасибо, Патрик.
— Я ведь слышал о тебе кое-что, — продолжил Мигер. — Ты слывешь осторожным… некоторые олухи называют это трусостью, за глаза. И в то же время ты по доброй воле ныряешь в дерьмо, от которого шарахаются самые безрассудные, и выныриваешь оттуда с кошельком в зубах.
— Еще раз спасибо за комплимент, капитан, но мой ответ — нет. Помимо прочих соображений… я уже нанят.
— Да? И кто же твои наниматели?
— Вообще-то у проводников не принято отвечать на подобные вопросы, — заметил я. — Но ты уже поделился со мной секретными сведениями, да и тайна эта такая же протухшая, как и твоя. Мой наниматель стоит в дверях за твоей спиной и подает мне знаки, чтобы я не вздумал рассиживаться.
Мигер резко обернулся и увидел прислонившегося к стояку Малыша Уина, с деловым видом раскуривавшего длинную кубинскую сигару.
— Гном?! Какого черта потребовалось гномам в Запретных Землях?
— Хороший вопрос, капитан, — сказал я, вставая. — Подумайте над ним как-нибудь на досуге, ладно? И… удачи, Патрик.
— Тебе того же, Крис, — серьезно сказал Мигер. — Она… пригодится нам обоим.
* * *— Что надо было от тебя этому синемундирнику? — недружелюбно осведомился Малыш Уин, когда мы вышли на улицу.
— Да так, — усмехнулся я, — пытался убедить меня принять участие в крестовом походе в рядах истинных защитников веры.
— Без шуток? У тебя, часом, не неприятности? Если что, я могу…
— Спасибо за заботу, мамочка, — не знаю с чего, но на меня вдруг напал приступ исключительно хорошего настроения. Интересно, с чего бы? Не с двух же стаканчиков текилы. По такой жаре у меня лично текила может вызвать разве что приступ меланхолии. — Но свои проблемы я привык решать сам, особенно когда их нет. Мы с капитаном Мигером просто зашли пропустить пару стаканчиков.
— Вы с ним что, друзья? — недоверчиво спросил Уин.
— До сего дня не были.
Полукровка задумался.
— Так ты говоришь, он хотел нанять тебя?
— Угу, — кивнул я. — Что обычно нехарактерно для правительства.
— Должно быть, — медленно сказал Малыш Уин, — они придают этой экспедиции очень большое значение.
— И, — заметил я, — не одни они.
Честно говоря, меня так и подмывало выложить Уину, что я не имею ни малейшего представления, из-за чего затеян весь этот сыр-бор. Но, поразмыслив, я решил отложить эти откровения до более подходящего времени — скажем, третий-четвертый день пути, когда мы уже гарантированно не сможем повернуть обратно. Он, конечно, на вид неплохой парень, этот полукровка, но кто их гномскую душу разберет? Вон церковные иерархи добрую тыщу лет не могли определить, наличествует ли у гномов душа вообще или они относятся к разряду «разумных животных».
— Три роты 69-го Нью-Йоркского, — задумчиво сказал Малыш Уин. — Бронепоезд. Эти ребята настроены серьезно.
— Ты забыл упомянуть кавалерию, — сказал я. — Неполная рота под командованием моего нового друга Патрика.
— В связи с этим, — продолжил полукровка, — встает вопрос, какую стратегию нам лучше избрать? Выйти как можно раньше и попытаться опередить остальных или пристроиться в кильватер?
— Куда?
— В кильватер, — повторил Уин. — Морской термин, означающий: следовать за кем-то.
— Я что, похож на морского волка?
— Прости, — смутился полукровка. — Мне довелось одно время поплавать… в Южных морях. С тех пор иногда… проскальзывает в речи. Хотя мистер Крип это ужасно не любит.
— Да и я тоже не люблю… — усмехнулся я, — когда мне говорят то, чего я не понимаю.
— Я, — напомнил Малыш Уин, — извинился.
— А я заметил. И оценил. Хотя на самом деле, — продолжил я, — вопрос, который ты поставил, на самом деле не стоит и даже не лежит. Если мы не выйдем к вечеру, а еще лучше — через пару часов, нам останется только уговаривать парней с бронепоезда выделить нам пару футов крыши.
— Думаешь?
— Поправка, — я наставительно воздел палец. — Уверен. Не знаю, правда, успели ли гоблины прослышать про Большой Железный Сундук, но готов поставить десять к одному, что Большой Костер запылает уже этой ночью.
— Скреглик млин! — Судя по тому, с каким выражением Малыш Уин выдохнул эту фразу, я только что обогатил свой лексикон гномским ругательством.
— Мне доводилось слышать про Большой Костер.
— А мне, — медленно сказал я, — довелось видеть.
Большой Костер 1872 года. Я тогда только начинал работать проводником. Будь у меня на пару унций опыта больше… никогда бы не согласился на предложение того паренька.
Мы спрятались в узкой щели в стене каньона. Этот чертов придурок-баптист выпил всю свою воду в первый же день и на второй, после полудня, когда солнце достало до нас своими лучами, он начал ныть, клянчить, умолять… потом перешел к угрозам, перемежаемым бессвязными молитвами. Я не стал ждать, пока он, наконец, решится напасть — достал свой «боуи» и объяснил, что перережу ему глотку в тот же миг, когда он коснется моей фляги. Тогда он снова начал ныть, и пришлось пообещать прирезать его и в том случае, если он не заткнется.