"Фантастика 2023-160". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Мария, — пискнула та, зачарованно уставясь на блестящий цилиндрик. — О… это мне?
— Лови, — гильза блеснула на солнце и тут же исчезла в смуглых ладошках.
— О… большое спасибо, сеньорита охотница, — затараторила девчонка. — Я… я сделаю из нее талисман. Повешу на шнурок… и буду носить рядом с крестом.
— Хорошая идея, — серьезно кивнула я.
— Я… — даже сквозь загар и слой грязи было заметно, что Мария отчаянно покраснела. — Я бы хотела стать такой, как вы. Сильной, отважной, никого не боящейся. Вы ведь никого-никого не боитесь, правда, сеньорита охотница? Даже самого Еl Diablo?
— Да хранит нас Господь от встречи с ним, — улыбнулась я. — Храбрый человек должен бояться.
— Но… как это может быть, сеньорита охотница?
— Бренда. Меня зовут Бренда.
— Какое красивое имя, — тоскливо вздохнула девчушка. — И необычное. А вот у меня…
— У тебя тоже красивое имя, bonita. Просто я родилась очень далеко отсюда. Там необычным сочли бы твое имя.
— Бренда… — задумчиво повторила девчонка. — А почему ты сказала, что храбрый человек должен бояться?
— Так мне объяснил один мой друг-гринго. Он сказал, что только трусы не знают запаха страха — потому что удирают прежде, чем почуют его. Храбрый человек всегда идет навстречу своему страху и побеждает сначала его, потом то, что этот страх породило.
— И так каждый раз?
Я рассмеялась и надела на голову Марии свою шляпу, немедленно съехавшую ей на глаза.
— Нет. Один страх достаточно победить раз, и потом он сам будет бежать от тебя.
— А чего боишься ты, Бренда? — малышка поправила шляпу, но выглядела в ней все равно уморительно. Встрепанный воробушек, нацепивший себе на голову собственное гнездо.
— Сейчас, — я задумчиво огляделась по сторонам, — я больше всего боюсь остаться без ужина. Как осталась уже без завтрака и обеда.
— Бедная.
— Сможешь показать, где пропала Рамона Фернандес? — деловым тоном осведомилась я, возвращая шляпу на привычное место — солнце пекло просто немилосердно.
— Да, — девчушка заметно побледнела, но все же нашла в себе силы кивнуть.
* * *
Лес мне не понравился. Он был весь пронизан какими-то затхлыми, мрачными оттенками… я так и не смогла понять, что именно настораживало меня, но очень пожалела, что оставила «винчестер» в притороченном к седлу чехле.
Нехорошее место. Неудивительно, что тут заводится всякая нечисть. Странно другое — что находятся идиоты, согласные поселиться рядом.
— Дальше я пойду одна.
— Но, Бренда… — девчонка осеклась, когда я развернулась к ней.
М-да. Рамон, помнится, тоже говорил, что в такие моменты у меня исключительно паршивая рожа.
— Первое правило охотника, — прошептала я, наклоняясь. — Всегда и во всем слушаться старшего команды. Запомнила? — Мария истово закивала. — Тогда беги.
Я проследила, как белая фигурка скрывается между стволов, облегченно выдохнула и убрала ладонь с рукоятки «бизона».
Так-то лучше. Не люблю, когда кто-то крутится рядом, когда мне приходится стрелять — а сейчас я эту возможность отнюдь не исключала.
Лес был сильно истоптан многочисленными следами босых ног — жители деревни искали пропавших и делали это довольно старательно. Их проблема была в том, что они не имели ни малейшего представления, что и как именно нужно искать в таких случаях. Зато я знала и потому довольно быстро отыскала крохотную ложбинку, в которой закончила свой земной путь несчастная Рамона. Тварь даже не потрудилась особо замаскировать следы борьбы, впрочем, судя по ним, борьба эта длилась недолго.
Похоже, это опять был недавно обращенный, потому и напал так недалеко от гнезда. А разглядев на земле едва различимые бурые пятна, я окончательно убедилась в этом. Опытный вампир и капле крови не даст пролиться.
В принципе, уже сейчас можно было бы попытаться пройти по следу — я была больше чем уверена, что он ведет прямиком до гнезда, разве что идиота завернул кто-нибудь из более опытных тварей. Но, взглянув на солнце, я решила отказаться от этой идеи.
Второе правило охотника — торопись медленно!
 
А потому я нашла подходящий пенек, разложила на нем свой немудреный магический арсенал и прикинула, что смогу соорудить за оставшиеся пару часов.
Выходило не так чтобы много. Я еще не видела местных звезд и уж подавно не имела понятия, к кому из духов древних богов можно здесь обратиться. Впрочем, к этим и обращаться-то не очень хотелось — как-никак я выполняю поручение Святой Матери Церкви, и, хотя самому монсеньеру Аугусто глубоко безразлично, как я добьюсь результата, в условия контракта входит обязательная исповедь. И если падре Сантос решит… в прошлый раз мне это стоило восьмидесяти Ave Maria.
  
ГЛАВА 2
   
Кристофер Ханко, искатель неприятностей
 
Разминувшись с семейством гномов, я обогнул пьяного хобгоблина, завернул за угол — и нос к носу столкнулся с Ужасом. Пришлось изобразить вежливый реверанс.
Ужас осклабился — это у него получается хорошо — и приподнял котелок над черепом.
— Привет, Крис. Как жизнь?
— Пока теплится. А ты что плохого скажешь?
Ужас — скелет. Он остался от негра-проповедника, вознамерившегося нести жителям Запретных Земель Слово Божье. Правда, до гоблинских котлов он добраться не успел — неосторожно сцепился с кем-то в салуне, потом еще более неосторожно повернулся к обидчику спиной… двенадцать ножевых ран, самое жуткое самоубийство на моей памяти. Ну а поскольку самоубийцам не место на освященной земле, не приходится удивляться, что некоторое время спустя на улицах объявился сверкающий белизной костяк. Расставшись с плотью, он заодно избавился от некоторых иллюзий, и теперь Ужас — один из лучших кучеров дилижансов в Пограничье.
— Говорят, в Тролльфине появился Красный Охотник, — сказал Ужас, протягивая мне сигару.
— И на кого же?
— Это как раз самое интересное. Ни на кого.
— Не понял, — признался я, чиркая спичкой. Ужас дернул ключицами.
— Сам удивляюсь, — скрежетнул он. — Никогда раньше такого не было.
— Хм. Слушай, — вспомнил я, — а ты не слыхал в последнее время каких-нибудь свежих пророчеств относительно Конца Света или чего-нибудь в этом роде?
— Нет, — уверенно ответил Ужас. — Точно.
— Жаль, — вздохнул я.
— Обратись к Грипмпфелду, — посоветовал скелет.
— Кости, — проникновенно сказал я. — Ты — гений.
— Я знаю.
В самом деле, почему бы не обратиться к нашему светочу черной магии. Если что-то и в самом деле происходит, он-то наверняка в курсе.
Магистр Чернокнижья, Прикладной Магии, консультант по Запретной Магической Деятельности, а также обладатель еще не менее десятка столь же звучных титулов — все они были перечислены на потемневшей деревянной вывеске — содержал крохотную, изрядно захламленную лавчонку, главной достопримечательностью которой было чучело аллигатора. Аллигатор болтался под затянутым паутиной потолком и всем своим видом жаловался на то, что в родном луизианском болоте чувствовал себя не в пример лучше.
— Проклятье, — простонал Его Злодейство, едва завидев меня на пороге. — Ханко! Неужели я настолько кому-то досадил?
— Успокойся, К.М., — весело сказал я. — Ты настолько ничтожен, что никому и в голову не придет специально портить тебе настроение. А уж тем более нанимать для этого меня.
На самом деле К.М. Грипмпфелд достаточно сильный маг. В Пограничье же он сидит лишь для того, чтобы по дешевке скупать выносимые из Запретных Земель артефакты.
С другой стороны… я знавал не так уж мало магов, считавших себя могучими. И знаю, где можно отыскать многих из них. На кладбищах.
— Зачем пришел?
— За новостями, — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно более кротко. — Ты не замечал в последнее время чего-нибудь необычного, а?
Грипмпфелд неодобрительно покосился на меня из-под очков.
— Необычного? Вы только посмотрите на него! — учитывая, что в лавке мы были одни, этот призыв мог относиться лишь к бедолаге-аллигатору. — Когда, по-твоему, в этом чокнутом городишке происходило что-нибудь обычное?