"Фантастика 2023-160". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Сегодня она впервые предложила встретиться у нее. А то эти приторные улыбки все понимающих администраторов гостиниц уже надоели! Желание женщины — закон, тем более интересно посмотреть, как она живет. Купил бутылку вина, шоколадку и к назначенному времени поехал к ней. Жила она на другом конце Москвы, и я медленно полз в пробке в ее сторону на своем Мерсе, слушая плоские шутки Камеди радио. Слушать их пошлости долго невозможно, но иногда полезно. Особенно перед встречей с любовницей — помогают настроиться на нужный лад. Вот как и сейчас: — Многих радиослушателей-мужчин волнует вопрос: «Стоит ли признаваться жене в измене?» Сегодня в прямом эфире на эту тему выскажутся два главных специалиста в этом вопросе — травматолог и патологоанатом нашего города…
Тьфу-тьфу-тьфу, переключился на Бизнес ФМ, где обсуждали сто пятидесятый пакет санкций Евросоюза. Своими действиями забронзовевшие бонзы гейропы медленно и верно разрушали свою экономику в угоду заокеанскому капиталу. Слушать эту поднадоевшую мыльную оперу желания не было, я переключился на Наше радио и под разухабистые мотивы попсы доехал таки до пункта назначения. Встретила в фривольном белье. Видно, что рада и ждала. Так что сразу получилось осмотреть только спальню. На самом интересном месте щелкнул замок входной двери и ворвался рогоносец. Глаза горят, в руках ходуном ходит вертикалка от Бенелли — хапнул адреналина, подкараулив такую добычу! Охотник хренов! Ленка сразу в сторону, натянула одеяло до подбородка, в глазах плещется ужас. Я уже стал прикидывать, как этого невменяемого успокоить. Так-то я могу — с детства рос резким парнем, ходил и на бокс, и на самбо, и на карате-до и карате-после, называемым айкидо, даже пояса какие-то вручали. Да, с возрастом потяжелел, но мне главное отбить ствол вверх, а дальше для ее хлипкого муженька без вариантов. Я натянул на причинное место простынь, прикрыв самое ценное, и попытался отвлечь:
— Доставка пиццы? Не заказывали! Ошибся ты, мужик!
— Какая пицца??? Давно я тебя караулил, гаденыш!!! — и тычет в меня своим ружьем. Совсем кукушкой поехал — глаза бешенные, брызжет слюной. Видать, наболело — слишком часто стал рогами о дверные косяки цепляться.
— Слышь, ты бы убрал ружжо от греха, еще шмальнешь ненароком. Ведь посадят!
— Да мне уже пох! Недолго коптить свет осталось! Хоть проучу эту суку! — и ткнул стволом в сторону своей неверной.
Вот он шанс! Рванул с места из неудобного положения, молясь, чтобы успеть. Грохнул выстрел, и меня откинуло назад. Ленка завизжала, а я с удивлением и каким-то безразличием увидел отверстие напротив сердца, из которого толчками стала выплескиваться моя кровь. Не успел…
Глава 2
В баре грустный мужик заказывает рюмку за рюмкой.
В конце концов бармен не выдерживает и спрашивает:
— Что случилось-то?
— Да, блин. С женой поругался. Она обещала месяц со мной не разговаривать.
— Да уж… Представляю, как тебе xpеново.
— И не говори! Сегодня последний день…
Будильник зазвенел, как всегда, не вовремя. Я, не глядя, нажал на клавишу отбоя этой демонической машинки для издевательства над людьми. Никогда не любил по будильнику вставать, и вот опять! Такой яркий сон прервал на самом интересном месте: Ленка, ее беспокойный муж и выстрел! Надо попытаться опять уснуть.
— Сережа, вставай! На работу опоздаешь! — сказал рядом до боли знакомый голос. Томка! Какой хороший сон! Я аж зажмурился от удовольствия.
— Чего лыбишься? Я же вижу, ты не спишь! Вставай давай! — меня начали тормошить. Что-то какой-то очень правдоподобный сон. Я открыл глаза и увидел любимую супругу, которая обещала быть со мной до гроба и которая стояла передо мной в домашнем халатике и натурально сердилась.
— Тома! Ты дома! Это не сон? Ущипни меня… Ой, все-все, не надо, больно!
— Щас еще больнее будет! Вставай! А то твоя начальница очередное опоздание не простит!
— Томка! Ты такая красивая! И ты рядом! — я ухватил свою ненаглядную и затащил в постель. Ненаглядная сердилась и сопротивлялась.
— Что это на тебя нашло? Решил работу бросить?
— А что? Хорошая идея! Ну ее! Не хочу!
— В смысле, не хочешь на работу? Не выдумывай, на работу все хотят! А иначе, как гасить кредит?
— Выплатим как-нибудь! Или откажемся и продадим квартиру! Зачем нам это ярмо на шее?
— Не-не-не, это же была наша мечта — иметь свой уголок! И кто меня красивую кормить и одевать будет? Так что, давай, не расслабляйся! Завтракай, и вперед — на работу!
— Все, встаю! Тома, а какое сегодня число?
— Четырнадцатое сентября, понедельник.
— А год какой?
— Петров, ты задрал!
— Просто ответь. Какой. Год.
— Девяносто восьмой! Больше нет вопросов? Быстро вставай! Я тебе пока чай налью, — выскочила из комнаты.
Ничего себе! Конец девяностых, и я, похоже, не сплю! Я окончательно проснулся и обвел глазами нашу спальню. В ней было все, как и в начале нашей семейной жизни. Вот этот ковер нам подарили на свадьбу мои дед с бабой. А картины с морским закатом еще нет над кроватью — ее нам подарят друзья на годовщину незадолго перед нашим разводом. Воспоминания хлынули в мою голову, и я со стоном упал обратно на подушку, схватившись за котелок. Это что получается? Я помню свое будущее. Выходит, мы скоро расстанемся? Но я же, и правда, люблю жену! Хотя, теперь все будет по-другому! Теперь я смогу не допустить ошибок и изменить свое будущее! Точно, за счастье надо бороться!
Быстро встаю и иду в ванную. Из зеркала на меня смотрит молодой Сергей Петров, двадцати шести лет, женат, детей нет, рост 182, глаза серые, характер нордический, беспощаден к рогоносцам. Вполне себе обычный парень, который ездит на работу на общественном транспорте и мечтает купить какую-нибудь двухместную спортивку. Какую — неважно. Какой-нибудь американский маслкар. Главное, чтобы был поярче, и музыку можно было слушать погромче. А то мой друг-сосед уже все уши прожужжал, что на работу лучше ездить с ветерком, слушая музычку, а не трястись в душном метро. И я уже склонялся купить у него очередную из его восстановленных машин, на которых он рассекал по Москве перед продажей. Да еще Тома на уши присела — давай, наконец, купим у Вадика машинку. Так и не купили, она ушла к нему раньше в девяносто девятом, когда меня уволили в банке. Кризис, оптимизация расходов, ничего личного.
Быстро собрался, заскочил на кухню, где выхватил из рук Тамары бутерброд с ветчиной.
— Тома, какие планы на сегодня? Может, сходим вечером, погуляем? — спросил с набитым ртом, пытаясь поскорее проглотить.
— Я занята, встречаюсь с подругами. Давай, на выходных погуляем?
— Оки, — я справился с бутербродом и стал пить горячий чай. — Слушай, мне во сне сегодня было откровение, я теперь ведун! Знаю, что будет в будущем!
— Звездун ты, а не ведун, Сереженька! Я тоже знаю будущее. Если ты сегодня опоздаешь, тебя уволят!
Спорить не стал, схватил портфель и выскочил на улицу — я уже реально опаздывал. Во-первых, она права, а во-вторых, спорить с женщинами — себе дороже. Это я выяснил за годы своей будущей жизни — у женщин язык без костей, и переспорить их невозможно. Видимо, владение искусством спора с мужчинами оттачивалось слабой половиной тысячелетиями, и теперь проявляется на генном уровне при любом случае. Это раньше был патриархат, а теперь в мире равноправие с уклоном в матриархат. Вся Европа и Америка во власти феминисток. Только азиаты и арабы молодцы, пока держатся. А в России во всю идет ползучая матриархальная революция. Скоро мужской мир больших денег и политики разбавится женщинами. Одна будущая глава Центрального банка чего стоит! Железная леди!
На улице стояло бабье лето: утро этого сентябрьского дня было по-летнему жарким. Здороваюсь с сидящим на лавочке около подъезда соседом-пенсионером Василием Ивановичем. Полный тезка Чапая, только фамилия другая. Любит покряхтеть, что старость — не радость, хотя сам еще вполне крепкий мужчина, мастер на все руки.