"Фантастика 2023-160". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Уж простите, не хотел вываливать всё вот так, но вы меня сами вынудили своим поведением, – без всякого раскаяния в голосе «извинился» я. – Теперь, пожалуйста, побыстрее осознайте положение вещей и давайте вернёмся к обсуждению… наземной операции.
Однако моим надеждам не суждено было сбыться. Разумеется. Пауза затягивалась, а Ната молчала, глядя, как это говорят, внутрь себя.
– Любимая? – не выдержал я через минуту. Девушка подняла на меня затуманенный взгляд, потом помотала головой и посмотрела уже более осмысленно.
– Не понимаю, – жалобно произнесла она. – Я чувствую тебя, как себя… Лучше, чем себя. Но сейчас… Это же была шутка?
– Об удочерении? – Я дождался осторожного кивка и пояснил: – Не шутка. Юридической силы, сама понимаешь, у такого решения нет, но я взял ответственность, и я буду её нести, сколько нужно. Тем более – помнишь? – Тай несколько раз спасла мне жизнь, без неё мы вообще не встретились бы. Но мамой себя можешь не считать, если не хочешь, конечно…
– Тогда я всё-таки сошла с ума, – ещё более печально констатировала супруга. – Не бывает так, чтобы р-раз – и из ниоткуда взялся любимый человек. А жаль, вначале всё было так логично, хоть и страшно, а потом – дети, другая вселенная, а теперь и это… Интересно, когда я проснусь в капсуле, вспомню хоть что-нибудь? Я должна была раньше догадаться – дядя, Корн, который я по детству смутно помню, Каллига, дети и муж… Надо же, как странно реализовались мои мечты. Или я не в капсуле, а всё-таки попала под внезапно рухнувший свод и сейчас брежу из-за коктейля транквилизаторов и обезвоживания?
– Ната! Блин! – Я испугался и одновременно разозлился, причём даже не знаю, что было сильнее.
Да, приключение вышло у нас то ещё, но это не повод расклеиваться вот так, на ровном месте, да ещё и буквально за несколько часов до выхода из гипера. Твою мать! Я даже отыграть назад и сказать о шутке уже не могу – и Тайна меня, мягко скажем, не поймёт, да и любимая себя ещё больше уверит про бред. Нет, положительно, я всё-таки дебил. У каждого человека есть свой предел прочности, после которого его сознание заявляет: «Всё, с меня хватит!» Идиот, идиотина! Повёлся на славу красноголовых и свою память, а ведь та Ната, пожившая на Земле, уже была немного другой, а с возрастом ещё больше изменилась. А я, кретин, так обрадовался, что закрыл на это глаза, забыл, просто наслаждаясь ситуацией… И надавил, не осознавая, что делаю, слишком сильно, на девушку, у которой и так в голове кавардак и буря чувств! И главное, я сам уже несколько раз был на грани и даже один раз – за гранью, и не распознал знакомые по самому себе симптомы! Меня-то Нурс вытащила. А вот сейчас, как назло, наёмницы, с её навыками «коктейлестроения», под рукой нет. И сутки ждать тоже нельзя…
Так, стоп. Ну конечно!
– Ната, ты знаешь, как отличить бред от действительности? – Медлить было нельзя: неожиданно времени оказалось в обрез. – В плену собственной психики ты не можешь узнать того, чего не знала ранее.
Супруга вскочила.
– Стой, дай скажу. Да, забытые воспоминания – это не аргумент, но есть и моя собственная память за два последних года, после того, как мы… были разлучены. Я почти ничего не успел тебе рассказать, и сейчас это пригодится. Нужна аптечка из твоей брони.
– Зачем? – не поняла она.
– «Грань» же! – поторопил я её. – Сможешь прочесть мою память… Сколько сможешь, разумеется.
– В аптечке штурмброни нет «грани». – Кажется, кто-то уже забыл, что она типа «в бреду».
– Ещё как есть. Просто промаркировано как «спецсредство номер такой-то». – Я сейчас был полностью уверен в том, что говорил, – как будто прозрение снизошло, хотя, кроме элементарной логики, другого источника информации у меня не было. – Представь себе: бойца ранили, и он или она не может передать сведения – без сознания, или травма, или ещё что-то. Командир даёт команду аптечке вручную и считывает прямо из памяти то, что нужно… Кстати, для ручного режима и подписи нормальные могут быть. Давай не тяни, каждая минута на счету!
 
– Вот. – Ната вернулась через минуту, показав мне компактный, изогнутый под анатомический изгиб тела прибор. – Тут… есть «нейропсиактиватор структурирующего типа». Думаешь, это «грань»?
– Или что-то на её основе. – Я стянул с себя «рубашку» от рабочего спецкостюма. – Коли.
– Но…
– Давай. Надо решить этот вопрос раз и навсегда. – Я сел, и девушка нерешительно приставила мне аптечку к основанию шеи со стороны спины. – Я уже побывал под этой штукой, ничего страшного, хоть и неприятно. Коли!
Жена послушно активировала сенсор. Хорошие во вселенной-1 медтехнологии, почти и не ощущается ничего.
– Сразу после выхода в нормальное пространство вколи мне нейроблокатор, я отрублюсь, но не так надолго, как обычно. Если я правильно понимаю его действие, он в том числе и антагонист этой нейроактиваторной мерзости… – Я почувствовал, как у меня перед глазами всё плывет, и поспешил договорить: – Я буду «выталкивать» тебе воспоминания, те, что мне покажутся самыми важными для тебя, если получится. Главное, не перенапрягайся, тебе ещё переговоры с диспетчером вести и всё остальное. Тайна тебе перекинет контакты детей, вызовешь их, как только сможешь. Пусть готовятся. Наверняка нельзя просто так взять и уйти с уроков. Они сразу тебя узнают и обра…
Многоярусной железнодорожной станции, сплошь заставленной товарными вагонами всех мастей и видов, я порадовался, как родной: ещё не хватало заплутать в собственном мозгу оттого, что в этот раз подсознание визуализировало мне нечто незнакомое… [137] Но нет, всё осталось по-старому, кстати, я даже обнаружил так и не прицепившиеся ни к какому составу отдельные редкие «вагоны» памяти безымянного мерха: видимо, ассоциации так и не смогли образоваться, и воспоминания оказались мне недоступны. Ну и пофиг, сейчас не до них. Ага, а вот и знакомый тоннель-мост – виртуальные рельсы протянулись к чужому сознанию. Значит, мои «вагоны» надо толкать туда, главное, самому себе «жёсткий диск» не форматнуть… Ага, вот как это делается, оказывается: воспоминание одновременно начинает двигаться к «выходу» и остаётся… Наверное, это даже забавно… будет осознать. Если вспомню. Момент, когда виртуальная логистика сменилась темнотой, я не уловил.
– Вот теперь мы точно в одной лодке. – Я сжал ладонями адски трещащую голову.
Боль была такая, что я почти не мог думать… Впрочем, спустя почти бесконечные десять минут начало отпускать. Да, теперь я понимаю, почему Ната говорила о дяде с такой ненавистью! Я тоже за такое самочувствие убить готов… кого-нибудь.
– Ната?
Когда способность более-менее связно воспринимать окружающий мир вернулась, я обнаружил, что мы в медотсеке катера, причём я лежу на спине на столе-кушетке, а жена обнимает меня за голову, прижимаясь грудью к затылку, заглядывает в глаза… М-м-м, так приятно, что даже боль отступила на задний план. И лицо такое испуганно-ожидающее, что я не удержался и притянул её голову к своей. Может, врачом стать?.. Потом, в смысле. Сам себе прописал… м-м-м, лекарство – и принял, по строгому расписанию!
– Всё в порядке? – спросил я, неохотно отпустив голову любимой.
Горька участь медика: лекарство надо дозировать!
– На планете, приземлились по плану, сняла остров с посадочной площадкой и коттеджем, кроме нас, тут никого, – скороговоркой отчиталась Ната. – Я… видела… Прости. Прости! Прости меня!
– Это мне надо извиняться. – Я шевельнул кистью руки, отмечая, что стоило бы полежать ещё: мышцы как ватные. – А дети как?
– Терминалы на прямой вызов не отвечают. – Ответ жены заставил меня подобраться… Точнее, тон, с которым она это сказала. – Тай скачала почту, отправленную ими для тебя… Вот.
Я принял очки-терминал, раскрыл помеченное сообщение… И вскочил, забыв о всякой слабости.
Пап! Мы нашли маму!!!
Да что за чертовщина в этой проклятой вселенной происходит?!