"Фантастика 2023-160". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Вот пусть и доказывает это имперской комиссии после того, как бунтовщики разнесут пару его планетарных промзон. Зачем влезать в драку, когда можно по-простому подставить подножку перед кабинетом начальника? Главное, чтобы немногие напрямую контролируемые исполнители исчезли или погибли раньше, чем их смогут допросить, но и это не так сложно. Простота – залог успеха. Если, конечно, играть на своём поле, а не на поле противника.
– Корен рим Фог? – Разумеется, буквально вынырнувший с боковой дорожки медик в белоснежном одеянии, скорее ассоциирующемся с дорогим костюмом, чем со спецодеждой, точно знал, к кому обращается: с идентификацией и простейший терминал справится. Просто форма безликой вежливости. – Дети сейчас на прогулке под наблюдением лечащего специалиста, вы можете к ним присоединиться.
– Пожалуй, воспользуюсь случаем, – кивнул знакомый с местными нравами после нескольких посещений Центра восстановительной терапии аристократ. – Готов следовать за вами.
– Сюда, пожалуйста.
Петлять по местности пришлось больше получаса: разумеется, нельзя же было сразу направить целеуказания по приземлению и прислать мобиль, способный перемещаться беззвучно, раз уж так о гуляющих пациентах заботятся… Однако мысли рим Фога никак не отражались на его лице или эмоциональном фоне: ещё один довольный жизнью и отдыхающий душой в таком прекрасном месте человек… Благодушие несколько нарушилось, когда провожатый наконец довёл его до круглой полянки среди деревьев, где под присмотром псионика-терапевта прогуливались брат и сестра.
Мальчик в свободном брючном костюме – постарше, и младшая девочка в платье. Они, завидев Корена, немедленно склонили головы в церемониальном поклоне, приложив правую ладонь к середине груди. Получилось на диво синхронно, рим Фог успел заметить, как досадливо поморщился врач-одарённый. При этом медик-псионик в эмоциональной сфере не переставал аж прям светиться от сдерживаемого чувства удовлетворения процессом лечения, ведь пациенты постоянно могли убеждаться, что хорошо идут на поправку и вообще молодцы. Настоящий профессионал!
– Гор рим Фог, Лисса рим Фог, – сдержанно склонил голову Корен. – Вижу, вам уже лучше. Честно сказать, я потрясён – вам удалось выбраться из тьмы всего за месяц.
– Нам очень помог доктор Киран рун Корн [128], – опять хором ответили подростки.
Понять, о чём эти двое думают, было решительно невозможно: вместо нормального эмофона в пси-восприятии на месте Гора и Лиссы высилась серая каменная стена – вариант непроизвольной пси-защиты от сканирования. При этом нельзя было сказать, что дети, выкарабкавшись из безумия, потеряли взамен чувствительность – друг друга, судя по всему, они ощущали прекрасно.
– Я привёз вам сообщения от вашего отца, – чуть поразмыслив, решил не ходить вокруг да около рим Фог: толку-то, раз диалог только вербальный.
Если бы дети демонстрировали собеседнику эмоции при разговоре, как привыкли это делать нормальные отпрыски благородных семейств, при должном внимании можно было бы засечь отблески истинных чувств – с контролем у мелких обычно так себе. Но через наглухо надвинутую защиту нечего было и думать что-то рассмотреть. Вообще, такой вид эмосферы за стенами этого милого лечебного учреждения однозначно был бы воспринят как угроза – добропорядочные граждане обязательно ещё и силы охраны правопорядка вызвали бы: с такими «щитами» одни псионики идут убивать других. И как они только самостоятельно этому научились…
– Огромное спасибо! – Дети опять сделали заученный вежливый жест, и – о, чудо! – защитная стена засветилась тёплым жёлтым цветом радости… так, слегка. Проклятье. Ну и как налаживать диалог?
– Доктор, я могу?.. – повернулся к рун Корну аристократ.
– Да, разумеется. – Он сделал вид, что отвлёкся на что-то и не сразу понял, к кому обращается собеседник. – Пусть дети посмотрят файлы, а мы пока… прогуляемся рядом, идёт?
– Я только за…
Отойти пришлось совсем недалеко, только чтобы скрыться за стеной деревьев и кустов – это если визуально. Даже при том, что территория Центра была воистину необъятной, всё равно приходилось идти на ухищрения, чтобы границы зон пси-восприятия одарённых пациентов не «толкались боками». Некоторым сложным больным по медицинским причинам требовалось ограничить круг доступной сенсорной области… Именно на такую площадку, по периметру отгороженную редкими невысокими столбиками с кристаллами, и привёл рим Фога лечащий врач брата и сестры. Стоило рун Корну только оказаться за невидимой и неощутимой для неодарённого завесой, как тщательно выдерживаемая эмоциональная картина смялась, расцветившись десятком быстро сменяющих друг друга оттенков: белое облегчение, салатовая усталость, фиолетовое терпение, надежда, озабоченность, упорство…
 
– Сложные пациенты, – с ходу признал Киран, даже немного сгорбившись. – С одной стороны, они смогли выйти из тьмы очень быстро, не каждый ребёнок из родовитых рем так хорошо справится… особенно в таком ненормально большом возрасте. С другой стороны, я должен признать: фактически я только догадываюсь, а не знаю, что творится у Гора и Лиссы в голове. Эта их «стена» – непроизвольная защитная реакция, они её даже во сне удерживают! Только изредка что-то изнутри проходит.
– Да, я видел… – вставил рим Фог, демонстрируя собеседнику заинтересованное внимание.
На самом деле он бы предпочёл перейти от беседы «за жизнь» к решению тех вопросов, ради которых ему пришлось отложить другие дела, но… Раз он сам привёл и принял в род этих двоих одарённых, подразумевалось, что подростки ему, как минимум, не чужие… собственные внебрачные дети, прямо говоря. Так что приходилось стоять и терпеть, выказывая неподдельную заинтересованность… и продолжать терять время. Проклятье!
– Нет, не видели, – поморщился врач и одновременно чуть язвительно улыбнулся, едва заметно намекая, что не стоит его перебивать. – Это была форма демонстрации эмоции… прямо поверх «стены»! Видели, что защита нигде не разошлась? Вот так. Очень серьёзный уровень контроля для детей такого возраста.
– Дети выросли на фронтире, – развёл руками аристократ, без всякого мысленного усилия строя диалог так, чтобы не сказать ни слова неправды. – Их обучала мать, но потом… Я нашёл их только сейчас, чуть не опоздал.
– Даже если они всю жизнь добывали пропитание тем, что отнимали добычу у диких зверей при помощи своих сил, набирая устоявшиеся привычки и защищаясь от всего опасного, это не объясняет другой странности, – улыбнулся одними губами рун Корн, выражением лица и эмоциями показывая, что использует аллегорию, и Корен тут же незаметно напрягся. – Их сила дара.
– Слабая? – позволил истинному удивлению показаться наружу рим Фог: именно после просмотра записей с уцелевших видеосенсоров на палубах «Панцирной рыбы» он решил «купить» свой вклад в будущее рода, заодно приобретя ещё и послушного мерха-диверсанта.
– Ненормально сильная. Обычный псионик, не посвящающий несколько часов в день специальным тренировкам, достигнет таких характеристик дара лет в пятьдесят.
– Тренировки были, – признал очевидный факт Корен.
– …А с тренировками – к двадцати пяти годам! – победно закончил рун Корн.
– Это так плохо? – «удивился» аристократ.
– Это… очень необычно. Для полноты понимания причин аномалии мне очень пригодились бы те сведения, которыми располагаете вы. – Несмотря на картину искренней заинтересованности в здоровье подопечных, не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять: под флёром показных эмоций рун Корна охватил настоящий азарт. Только вот хрен ему!
– Здесь ничем не могу помочь, – вполне благожелательно отозвался глава младшей ветви. – Для меня это такая же загадка, как и многое другое.
– Это плохо. – А вот огорчился Киран по-настоящему. – Я действительно могу оперировать только теми сведениями, что дети сообщили о себе, а они на некоторые вопросы упорно молчат. Уже необычно то, что мать, аристократка, как я понимаю, рискнула воспитывать отпрысков не разделяя, из-за чего их эмоциональные сферы должны были слиться. Но почему-то не слились. Притом что оба – самостоятельные индивидуумы, уровень коммуникации внутри микрогруппы поразительный! Опять же уровень личного образования одновременно и низкий в некоторых областях, и довольно высокий в других. Реакции поведения свидетельствуют о детстве, проведённом на мирной планете где-то в центре территорий АСМ, а рефлексы – действительно о выживании в одной из систем фронтира… Да что там говорить: узнав, что вы прилетаете, дети буквально вытребовали у меня файлы учебника по этикету и сами разучили нужные разделы, вы видели.