"Фантастика 2023-160". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Они подошли к летательному аппарату.
— Да, имеет место быть чёткий и однозначный крен, — тяжело вздохнув, известил Тим. — В правый поплавок катамарана — через свежую пробоину — водички прилично набралось.
— Гав? — поинтересовался любопытный хаски, мол: — «И как же мы её откачаем? То бишь, чем и каким образом?».
— Откачаем?
— Гав-в, — мол: — «Ну, да. Ты же так сам сказал, после посадки. Мол, подлатаем, предварительно воду из пластмассовой ёмкости откачав… Так, собственно, чем?».
— Это же я образно выразился, — объяснил Тим. — Для того чтобы откачать что-либо, надо, как минимум, насос иметь. А откуда у нас, спрашивается, насос? Нету, ясен пень… Поэтому расположим «Ласточку» под небольшим наклоном, вытащив правый поплавок на берег, и сольём озёрную воду через другое отверстие, расположенное в самой нижней части пластикового корпуса.
— Гав?
— Откуда возьмётся второе отверстие? Я его, ясный вулканический пепел, и пробью. Вернее, аккуратно проковыряю ножом. А потом, понятное дело, обе дырки тщательно запаяю.
— Гав-в?
— Как и с помощью чего — запаяю? С помощью русской природной смекалки и прихваченных с собой инструментов. Предусмотрительность, как известно, является самым главным козырем брутальных и упрямых королей… Ладно, не буду избыточно интриговать. После того, как вся вода будет успешно слита через дополнительное отверстие, я разожгу газовый туристский примус, находящийся сейчас в рюкзаке, и нагрею докрасна на пламени лезвие охотничьего ножа. Вот, этим раскалённым лезвием — в несколько приёмов — и запаяю обе дырки. Ничего хитрого… Согласен?
— Гав.
— То-то же. А ты, друг закадычный, не отвлекайся. Наблюдай за округой. Тщательней наблюдай…
Через час с небольшим ремонт, проводимый в непростых полевых условиях, был успешно завершён: правый поплавок катамарана приведён в рабочее состояние, а дюралевая рулевая планка выправлена.
— На сколько возможно, ёжики камчатские, выправлена, — пояснил Тим. — Конечно, не идеально. Так и условия — аналогичные. То бишь, откровенно-паскудные… Эй, наблюдатель, что там у нас с текущей обстановкой?
— Гав! — браво доложил Клык, мол: — «Всё в норме, босс! Медведи бдят на кромке древнего кратера, а водный динозавр в поле моего зрения так и не появлялся. Будем надеяться, что он отдыхает после сытного обеда в своём логове. То бишь, в тайной подводной пещере… Кстати, братец, погода-то портится прямо на глазах. Вот, и дождик закапал…»
— Портится? Да уже, если смотреть правде в глаза, испортилась. Тёмно-серые облака закрыли собой почти всё небо. И, судя по всему, очень плотные и низкие облака. Висят, такое впечатление, практически над самым кратером нашего древнего вулканчика. Пробиться через такие — дело непростое… Движок надо бы предварительно прогреть. Погонять на разных оборотах. Но, к сожалению, нельзя. Как бы кровожадный динозавр не проснулся… Чёрт, дождь усиливается. Срочно готовимся к вылету. Так-с, спускаю «Ласточку» на воду. Плавно разворачиваю… Запрыгивай, Клык, в своё кресло.
— Гав!
— Сперва надо пристроить рюкзак и карабин? Разумное предложение. Принимается… Готово. Запрыгивай. Молодец. Теперь сиди спокойно и не дёргайся. Пристёгиваю хитрыми ремнями… Готово. Отталкиваю нашу «птичку» от берега и залезаю в кресло первого пилота… Ну, с Богом. И пусть всесильная и взбалмошная госпожа Удача не забудет о нас, грешных и неразумных путниках…
Сытый рёв двигателя, короткий уверенный разбег, разноцветные брызги во все стороны, взлёт.
Тим изо всех сил надавил на дюралевую планку, и гидромотодельтаплан начал послушно набирать высоту.
«Так ли, уж, и послушно?», — зашелестели в голове тревожные мысли. — «Не по прямой поднимаемся, а слегка отклоняясь вправо. Не порядок. Тянет и тянет… Почему? То ли не вся вода вытекла из правого поплавка, и он стал чуть тяжелее левого. То ли центр тяжести рулевой планки слегка сместился. Как бы скалы не зацепить…».
Двигатель надсадно взвыл, и «Ласточка», отчаянно дёрнувшись, покинула кратер древнего вулкана.
Тим заглянул вниз.
Гидромотодельтаплан пролетел метрах в двенадцати-пятнадцати над головами медведей. Косолапые сторожа стояли на задних лапах и, отчаянно размахивая передними, рычали-вопили:
— Ры-ы! Ы-ы-ы! Рры-ы-ы-ы!
— Гав-в, — пояснил хаски, мол: — «Желают счастливого пути и доброй дороги. То бишь, настоятельно не рекомендуют нам посещать ещё когда-либо эту гостеприимную местность. Обещают при следующей встрече — в обязательном порядке — порвать на меленькие кусочки… Ага, и грозный озёрный страж соизволил-таки появиться. Как же без него, морды доисторической?».
Тим взглянул в сторону озера.
Там, метрах в тридцати-сорока от береговой линии, из изумрудных озёрных вод высовывалась длинная чешуйчатая светло-зелёная шея, на которой располагалась большая, почти прямоугольная (то есть, параллелепипедная), голова, оснащённая любопытными жёлто-чёрными глазами-фарами.
— Всех благ! — шутливо откозырял водному чудищу Тим. — Приветы там передавай. Кому? Ну, этим…, обитателям других Миров. Загадочных и до полной невозможности таинственных, понятное дело…
Тёмно-серые плотные облака висели метрах в ста тридцати-сорока над чёрными камнями нагорья. Равнодушно так висели, неподвижно, лениво сбрасывая на землю крупные дождевые капли.
Лететь дальше под этими облаками? Однозначно-опасное дело. В том смысле, что сомнительное и рискованное: запросто можно было долбануться о какую-нибудь одинокую базальтовую скалу, коварно спрятавшуюся в неверной серой пелене. Или же, слегка заплутав, звездануться о склоны того же Шивелуча.
Гидромотодельтоплан заложил над кратером древнего вулкана широкий-широкий круг: надо было дать двигателю — перед предстоящим непростым манёвром — полноценно «вработаться». Чтобы не заглох (тьфу-тьфу-тьфу), в самый ответственный и неподходящий момент. Краеугольное правило опытного пилота…
Прошло порядка десяти минут.
«Пора!», — решил Тим.
«Ласточка», резко задрав нос (то есть, переднее кресло вместе с пристёгнутым к нему кожаными ремнями Клыком), уверенно устремилась вверх.
Вернее, только поначалу уверенно устремилась.
А что было потом?
Потом — только тёмно-серая, очень влажная туманная муть, дождевые капли в лицо и истерично-испуганное завывание двигателя:
— О-у-у-у! Вз-з-з-з! Иу-у-у-у!
«Какая же вязкая субстанция!», — подумалось непроизвольно. — «Даже на капризном Шпицбергене мне не доводилось встречаться с такой.… Сколько метров мы уже преодолели? Наверняка, порядка двухсот пятидесяти. А сколько ещё осталось? Неизвестно…».
— О-у-у-у! Вз-з-з-з! Иу-у-у-у…
Наконец, надсадные завывания стихли, и движок постепенно перешёл на устало-благостное тарахтенье.
— Гав? Гав? Гав? — активно засомневался из своего кресла Клык, мол: — «Приятель, почему вокруг так темно? И звуки какие-то глухие и безликие… Мы, что же, попали в слоёный пирог?»
— Верно подмечено, дружище, — неуверенно оглядываясь по сторонам, пробормотал Тим. — Самый натуральный и классический слоёный пирог. Мы пробили только один толстый облачный слой. А теперь над нами — метрах в восьмидесяти — второй… Такой же вязкий и солидный как первый? Или же ещё толще и плотней? Блин горелый… Что теперь делать? Ума не приложу… Идти обратно, вниз? Опасно. Вдруг, первый облачный слой уже опустился до самой земли? «Протыкать» второй облачный слой? Тот ещё вариант. Двигатель-то у «Ласточки», судя по всему, не очень надёжный. Запросто может «захлебнуться»… Полетим, пожалуй, по данному воздушному коридору, расположившемуся между облачными слоями. Держа, понятное дело, курс на юг, чтобы случайно в вершину Шивелуча не врезаться… А где у нас, кстати, юг? Компас-то отсутствует. Если по ощущениям, то где-то там, впереди…
Неожиданно в корму гидромотодельтаплана ударил поток сильного попутного ветра. «Ласточка» мелко-мелко задрожала и принялась бестолково рыскать из стороны в сторону.