Итого или грозовые облака (СИ)
— Будет синяк, — вздохнула Натка.
Следующий день был суматошно-радостным. Придя в офис, поняла, что принята на работу, так как там лежал постоянный пропуск с ее именем. Она оформила все анкеты и получила ключ-карту, для проезда в подземную парковку. Показав ее в кабинете Роману, что встретил на пороге кабинета, она рассмеялась в необходимости. Тот рекомендовал не отказываться, потому что без машины в столице, хотя и пробки бывают, очень сложно. У них у всех автомобили, что удобно не только на работу и домой, но и на пикник, на дачу или за город. Ната вспомнив вчерашний эпизод столкновения, хмыкнула, но обещала принять к сведению, и как только, так сразу, тем более, что водить машину она не умеет. Роман обещал научить. Света, их повар и медсестра, смеясь, предостерегла Натку.
— Не верь обещаниям этого ловеласа и будь с ним поаккуратнее.
На что тот, под смех остальных, доказывал, что она возводит на него напраслину, и он чист и легок, как сокол. Они перебрасывались веселыми подначками, а Наташа поняла, что здесь ей будет просто и жить и работать. И хотя они в курсе ее биографии, никто не подавал виду. Ната ожила, расслабилась, начала улыбаться шуткам и веселому разговору. Познакомилась с пожилым и суровым на вид Виленом Ивановичем и Ренатом. Вилен крепыш небольшого роста лет за сорок, с абсолютно лысой головой, рекомендовал называть себя Иванычем. Он был по хозяйственной части и еще охотником. Ренат черноволосый парень, небольшого роста, восточного типа, лет тридцати, был молчалив и редко улыбался. Но когда к нему обращались, отвечал исключительно по делу и коротко. Все были разными и не только внешне, но и по характеру, и всех объединял аватюризм и любовь к путешествиям. Эти люди не могли сидеть на месте. Их манила неизвестная дорога.
И Наташа была с ними заодно.
Глава 4
Все спали.
Натка смотрела в вагонное окно. Мимо проплывали домишки смотрителей и путевых обходчиков, поля с зелеными всходами, черные под парами, лески-перелески, маленькие и большие вокзалы, и рядом бегущие рельсы. Беспрерывный стук колес и покачивание вагона не мешали утренним мыслям. Она вспоминала, как познакомилась с ребятами и как сложно они собирались, как прощалась со своими соседями, и те выражали сожаление, как писала письма Зинке и Терентьичу о своей новой жизни и работе, о которой только мечтать, и о последнем, перед отъездом, отвальном пикнике со всей группой у Викентьича на даче. Именно там все и узнали, что Натка еще отлично играет на гитаре и даже немного поет.
На душе у нее было чисто и светло. Впереди интересная работа, неплохой коллектив, и нехилые бабки. Но это уже потом, после четырех месяцев тайги, буреломов, мошки, преправ через бурные речки и озерца, десятки шурфов. Работа вручную, тяжелая. И хотя теперь есть планшеты, ноуты и радиосвязь, все равно полно самой настоящей романтики и неизведанного.
Оранжевый вертолет компании доставил их группу на площадку в тайге, откуда и начинался их маршрут. Выгрузившись, помахали вслед улетающей машине и собрались в кружок.
— Ну, что, — усмехнулся Роман, — Фото на память?
— Давай, — и все сгрудились в одну веселую кучу.
— Чи-и-из! — крикнул Роман и вскинул руку со смартфоном.
Смарт щелкнул раз, другой, третий.
— Все-все, — крикнул Викентьич, отмахиваясь от Романа, и вынул планшетник. Набрав кодовое слово, открыл. Повернувшись к северу, махнул рукой.
— Туда и пойдем. Настраивайте компасы. Через полчаса уже не будет связи. Выходим в мертвую зону.
У каждого на руке часы с компасом и маршрутная карта в старых советских планшетах. Взвалив каждый свой увесистый рюкзак, вскинув оружие, выстроились друг за другом. Впереди шеф с Иванычем, потом Натка со Светой, за ними Ренат и Роман. Антон замыкал.
Она не переставала удивляться, как быстро все притерлись друг к другу, так что понимали с полуслова и это радовало. Все знают, кто и чего стоит и на что способен. Только Натке надо было влиться в эту группу и стать неотъемлемой ее частью. Тогда и ей будет хорошо и легко. Даже условия не будут тяготить, и она знала, не понаслышке, как и что будет. Они уходили по маршруту все дальше и дальше в тайгу. В ходе полевых работ, будут изучать пласты земных пород, выходящих на поверхность месторождений их состав, происхождение, возраст и формы залегания и после разведки, давать оценку и нанести на карту.
Прошел первый месяц их работы. Сначала Натка не могла определиться, чем конкретно заниматься. Она суетилась и старалась помогать всем. Ее помощь принимали с охотой и высказывали свое к ней расположение. Им нравилось, что девчонка не хнычет, не боится любой работы, проявляет свой интерес и даже неплохие знания по профессии. И еще не унывает и играет на гитаре, которую тащила сама, прицепив к объемистому мешку. Сегодня, в свой первый выходной, напросилась на охоту с Иванычем, мотивируя интересом и своими спортивными достижениями.
— Ты хоть когда-нибудь была на охоте? — смеялся Иваныч, соглашаясь.
— Нет, — оживилась Натка, — Но очень хочется!
— Тогда давай, собирайся, — кивнул тот, — Только надень высокие сапоги, может быть мокро.
— В смысле? — оглянулась на него вопросительно.
— В смысле может даже быть болоту, — усмехнулся тот в усы.
— Отлично, — вскрикнула Натка и бросилась в женскую палатку.
— Ты там поосторожнее, Иваныч, — предупредил Викентьич старого друга, — Мало ли что. Девчонка молодая, многого не знает.
— Ты меня знаешь, — отмахнулся тот, — Чего уж. Пусть привыкает.
Натка выскочила одетая и обутая так, как советовала ей Светка, не раз бывавшая с Иванычем на охотничьем промысле. Проверив карабин с визором, закинула на спину рюкзак для живности и на плечо оружие. Нахлобучив бейсболку на голову, с улыбкой вытянулась перед шефом и Иванычем.
— Практикант Зотова Наталья к охоте готова, — козырнула она, приложив два пальца к брови.
Все засмеялись.
— Ну-ну, — похлопал Викентьич ее по плечу, — Раз готова, то вперед. И не шали там.
Иваныч махнул рукой, помотав головой, повернулся, и, поправив ружье, двинулся к краю поляны, на которой они уже трое суток вели полевые работы и где устроились основательно, даже построили времянку из неошкуреных бревен, что напили сами. Там был их штаб, склад, и образцы пород. Рядом стояли три палатки женская ее и Светкина, шефа с Иванычем и побольше, на троих ребят. Весело трещал огонь костра с закопченным чайником, рядом самодельный стол и пеньки для сидения. Все это Натка окинула взглядом, повернувшись на краю опушки. Вздохнула и со щемящим сердцем двинулась вслед за Иванычем. Она еще не знала, что смотрит на этот мирный лагерь в последний раз.
Натка двигалась за Иванычем, продираясь через кусты и поваленные деревья. Погода стояла отличная. Июньское солнце уже жарило, и быстрая ходьба вызывала сильное потоотделение. Майка под ветровкой намокла, и капли пота стекали по вискам и шее, заставляя чаще отмахиваться от жужжащей мошки и комаров. Они шли уже три часа, то спускаясь в овраги, то поднимаясь на возвышенности.
— Как мог ее спутник находить дорогу в этом буреломе? — все чаще посещала тревожащая мысль.
— Иваныч, — пыхтела Натка, — Уже скоро?
— Устала? — остановился тот, снимая шляпу и отирая ею потный лоб.
— Я даже не знаю, куда мы идем и скоро ли будем, — проговорила та с укором.
— Уже скоро, — обмахнулся он шляпой и нахлобучил вновь на лоб, — Еще пару километров и мы на месте.
— На месте, это где? — заворчала за его спиной Натка.
— Тут недалеко озерцо, — медленно под размеренный шаг рассказывал он, — Там и поохотимся на уток. Их там страсть как много.
— А можно ли, без лицензии? — ответила она.
— Можно, — усмехнулся Иваныч, — Здесь все можно. Мы в таком глухом углу, где ноги еще человека не было.
— А откуда ты знаешь?
— Так по геосъемкам читал. Никого. Белое пятно. Веришь?
— Верю, — произнесла она, пыхтя за его спиной.