Итого или грозовые облака (СИ)

— Мне было очень хорошо, — сказала она хрипло и закашлялась от пересохшего дыхания.
— Мне тоже, — и Юрий прижал ее к себе.
Они полежали так немного, и Натка сползла на его бедра. Встала на колени и оглядела едва видневшийся в свете луны обнаженный торс мужчины: слегка волосатую грудь, впалый живот и курчавую поросль внизу с крупным, даже после соития, членом мужчины. Она провела ласково ладонями по всему телу, начиная с шеи и заканчивая яичками. Подержав их недолго, погладила еще раз и прижалась щекой, вдыхая запах плоти. Юрий застонал, и член начал возбуждаться. Она взяла его в ладонь и держала до тех пор, пока мужчина не подхватил ее за скулы и не подтянул к себе.
— Зачем? — выдохнул он.
— Хочу, — шепнула Натка ему в губы, — Может быть в последний раз. Кто знает, что будет завтра, — и, оттолкнув его руки, оттянулась назад, приникла к члену и взяла головку в рот.
Потом прижав его, втянула полностью и качнулась сама. Юрий застонал. Она качнулась еще раз и сжала щеки ладонями. Тут он застонал и выгнулся. Потом резко поднялся и прихватил ее за плечи. Повалив на спину, с силой вошел в ее лоно и приподнял на свои бедра. Они целовались в засос, сплетаясь языками, и покусывая губы друг друга. Юрий поднял Натку на руках, и насадил на себя с силой войдя в нее. Они отчаянно совокуплялись, будто наказывали себя, будто пытались доказать, что были правы в этом своем животном желании. Почувствовав прилив сладости, они качались все быстрее и быстрее, хрипло выдыхая воздух. И достигли желаемого — спазм и извержение заставили их расслабиться, пожирая их тела и сознание в космическом полете сладострастия.
Натка выскользнула из ослабевших рук Юрия и упала набок. Тот опомнился и подхватил ее, посадив на свои бедра. Они вновь целовались и уже спокойно, как бы, благодаря друг друга.
Потом молча поднялись, помогая очиститься и одеться. Юрий обнял Натку и прижал к себе.
— Мне еще не было так хорошо ни с кем, Наташа, — прошептал он ей в шею, — Спасибо тебе.
— Не за что, — хмыкнула она, слегка отстраняясь, — Идем к своим. Они там могли и проснуться. Хватятся же. А нас нет. Будут сердиться. Или… — она не закончила, когда подхватил продолжение Юрий.
— Или завидовать!
Она легонько стукнула его по руке, хихикнув.
Они прошли к еле тлевшему огню и Юрий сразу же начал ломать ветки и бросать их в костер. Пламя взметнулось, и полетели искры. Натка смотрела на довольное и умиротворенное лицо Юрия и не верила, что только что она была с ним, была так близко, что еще ее тело помнило его кожу, руки, губы. Она помотала головой, будто отгоняя видения, и вновь посмотрела на притихшего мужчину. Он смотрел на огонь и медленно ломал прутья.
— О чем он думал, что вспоминал, — всматриваясь в него, Натка пыталась понять его мысли, — Завтра будет ли он помнить, что случилось или ему она только сейчас и была нужна, как сниматель стресса или последняя девушка в жизни?
Но не могла себе даже представить, о чем думал тот. А он думал о ней, о девушке с серыми глазами и сладким телом.
— Ах, как бы здорово было бы им сейчас очутиться на каком либо пляже на Бали или Мадейре, где много солнца, вина и теплого моря! Но вокруг только темная тревожная тайга и неизвестное завтра, — вздохнул он и бросил ветки в огонь.
Они сидели молча и смотрели на искры, летящие вверх, будто их притягивала луна, слегка тускнеющая в уже сереющем утре наступающего завтра.
  
Глава 13
 
Натка очнулась от потрясывания за плечо. Над ней склонилось лицо с синими ласковыми глазами.
— Вставай, засоня, — тихо сказал он и улыбнулся, — Миша с Иванычем пошли в кустики велели тебя разбудить. По-моему они поняли наши с тобой ночные посиделки, — хмыкнул он и сделал большие глаза.
Она смутилась и покраснела.
— Ты думаешь?
— Да, — и засмеялся тихо.
— И как теперь? — она со страхом уставилась на него, — Что скажут?
— Да ничего не скажут, — хмыкнул он, — Будут завидовать молча.
Натка покачала головой и начала вытаскивать из мешков продукты и готовить место под импровизированный стол. Налила в банки воды и поставила в костер, который поддерживал Юрий, бросая в него ветки. Сзади раздался топот ног и хруст валежника. Натка обернулась. Это были Иваныч и Михаил. Они поздоровались и присели перед костром. Выкатив банки с подогретой тушенкой, вскрыли их и принялись за еду. Натка смотрела на них, быстро перебегая глазами с одного на другого, будто искала ответ на свой молчаливый вопрос — Что скажите? Но они молчали и быстро поглощали пищу. Выпив по глотку из банки с чаем, начали проверять оружие и содержимое мешков, тихо переговариваясь о количестве патронов и их дележе на всех. Потом Иваныч взмахнул призывно рукой.
 
— Слушай сюда, — начал он, положа автомат на колени, — Думаю, что мы сегодня должны выйти на ту поляну с вертолетом. Как говорила Наташа, там должен быть один охранник и один пилот. Кроме того, может быть еще и тот гражданский и водила с монстром. Итого четверо. Нас столько же. Поэтому будем поступать по обстановке, но не лезть на рожон, стараться не погибнуть. Сначала ты, Наташа, — обратился он к девушке, — Твой визор и твой выстрел первый. Возможно и отстрел всех, и в первую очередь — зверюгу. А потом и мы. В общем вот такой план. Прошу изменения и поправки. Миша, ты?
— Думаю, что ты, Иваныч, прав. Все так и должно быть. И остальное по обстоятельству.
— Юрий? — обратился Иваныч к нему, повернув голову.
— Я согласен и полагаюсь на ваш с Мишей опыт.
— А у тебя, Наташа, есть возражения или дополнения? — Иваныч серьезно посмотрел на Натку.
Она покраснела и кивнула.
— Я согласна с вами.
— Самое главное на тебе, девочка моя, понимаешь? — смягчил свой голос Иваныч, подняв на нее вопросительный взгляд.
Натка улыбнулась и вновь кивнула.
— Я понимаю и постараюсь.
Они поднялись и прибрались за собой, погасив костерок, пописав на него в три ручья, а Натка отправилась в кустики оправить свою потребность.
Через полчаса они уже были в пути, и их снова вел Иваныч, сверяясь по компасу. Выстроившись в цепочку и стараясь не шуметь, двигались быстро и споро. Вдруг Иваныч остановился и поднял вверх руку. Все остановились и приблизились к нему.
— Наташа, оглянись. Тебе хоть что-то напоминает?
Натка огляделась, пожала плечами.
— Нет.
— А вот это? — и он показал на сломанную ветку и черные капли на ней.
— Кровь? — удивилась девушка, — Засохшая?
— Ну да, — проговорил Иваныч, растирая ее между пальцев. Понюхал.
— По-моему не человеческая. И вот видите еще тут уже дорожка из капель.
Он пошел в сторону, вглядываясь под ноги. Остановился.
— Ну и вот, — протянул руку, — смотрите. Остатки пиршества. Возможно и нашей зверюги.
Они сгрудились вокруг, рассматривая остатки костей и шкурки.
— Вероятно заяц или кролик, — сказал Юрий, поворачивая куски палкой.
— Заяц, точно, — откликнулся Михаил, — Вчера ели. Скорее скормили зверюге. Знать голодная, сволочь, раз даже на зайца позарилась, — и сплюнул зло.
Они еще поискали рядом какие-нибудь пометки и, не найдя ничего, двинулись по прежнему пути. Через три часа остановились на опушке перед большой поляной. На ней стоял вертолет и никого вокруг. Спрятавшись за кустами и деревьями, осмотрелись — было тихо и никакого движения.
— Иваныч, что будем делать? — задал вопрос Михаил, приблизившись к нему, лежащему за оптикой карабина.
Тот молчал и только водил оружием из стороны в сторону. Потом они отползли в сторону деревьев и встали на ноги. Все выстроились в полукруг. Натка и Юрий смотрели вопросительно и настороженно.
— Там почему-то тихо, — пожал плечами мужчина, — Надо бы проверить.
— Я пойду, — сказал Михаил.
— Нет, — остановил его Юрий, — пойду я. Если все в порядке, заведу машину, а вы побежите быстро и залезете, когда уже буду готов.
— Хорошо, — кивнул Иваныч, — Согласен. Путь идет Юрий. Мы за ним. А ты, Наташа, подстрахуй его. Если что стреляй не задумываясь. Поняла?