Итого или грозовые облака (СИ)

День склонялся к вечеру, когда появились первые сломанные ветки. Она пригляделась к ним и поняла, что те рукотворные. Потом обратила внимание на следы. Поверхность земли была истоптана. Видно, что прошли несколько десятков ног. Вскоре определила даже лёжку.
— Видимо, здесь отдыхали, — раздумывала она, оглядывая небольшую полянку между кустами.
И еще увидела капли крови. Растерев между пальцами, поняла, что прошли давно, может часов пять назад.
— И это плохо. Может быть, чупакабры могут идти по запаху.
Натка поняла, зачем бандиты кормили их человечиной — чтобы те искали и загоняли людей.
— Монстры, хуже животных, — скрипела она зубами, вспоминая жуткую картину.
Вскинула на плечо потяжелевший карабин, и устало огляделась вокруг. Прислушалась. Было тихо. Вздохнув, вновь продолжила путь.
Время продвигалось к вечеру. Уже село за верхушки деревьев солнце, в лесу стало еще тише, будто он готовился ко сну. Натка также остановилась и решила передохнуть. Конечно, она будет еще идти, аж, до самой тьмы, понимая, как сейчас тяжело своим, там, в тайге, без еды и медикаментов. Ведь она даже не смогла им передать хотя бы что-то из медсумки и еды, оставив ее около забора, когда лезла на него. Закалка студенческих походов плюс работой в лагере, помогала сейчас преодолевать усталость.
— Им еще хуже, — размышляла она, вытаскивая потные ноги из сапог и вытряхивая попадавшиеся в них соринки. Они мешали ходьбе, раздражали, но она старалась не обращать внимание. И вот сейчас разувшись, благостно чувствовала прохладу воздуха уставшими ступнями. Вытряхнув из сапог, надела их и поправив амуницию, снова пошла вперед, хлебнув из фляги пару глотков.
— Есть и пить буду уже позднее. Надо двигаться, пока светло, — думала она, приглядываясь к возможным меткам.
Вскоре они начали попадаться все чаще и чаще. Натка уже надеялась на скорую возможную встречу, но вокруг не слышала каких-либо шумов, создаваемых такой большой группой.
— Если, конечно, они не разбрелись по несколько человек, — думала она, осматриваясь
Усталость брала свое, да и темень опустилась на лес. Уже плохо видела вокруг. Выбрав дерево, влезла на него, привязав себя ремнем к стволу, чтобы не свалиться, привела себя в порядок и перекусила оставшимся куском крольчатины. Птицу, что ранее нашла и несла к своим, пришлось закопать — протухла на жаре, а костер не хотела разводить, так как дым видно издалека. Вот и себе не могла приготовить даже кипятка, ограничившись парой глотков из фляги.
— Завтра обязательно надо найти воду, — думала она, закрывая глаза.
Сон сморил ее, еще раньше, чем она успела решить, как идти дальше.
Проснулась от шума моторов, и, чуть, не свалилась с ветки. Подняв голову, увидела, как прямо над ней висит большая зеленая машина. Натка прижалась к стволу и замерла. Повисев немного, вертолет отлетел в сторону и пошел на посадку. Где он сел, она не знала, но по шуму винтов, поняла, что где-то недалеко. Быстро слезла и притаилась около ствола. Потом, поняв, что можно двигаться, перебежками двинулась к месту посадки. Скоро она уже видела между деревьями поляну, на ней машину, людей вокруг и нескольких человек, державших на поводу этих страшил. Сгруппировавшись, они о чем-то говорили или получали приказы. Натка рассмотрела их через визор. Пересчитала. Там было шестнадцать человек. Все в камуфляже, с автоматами, четверо сдерживали рвавшихся с цепей монстров. Видимо они чувствовали кровь группы. А одна тварь, остановилась и вытянула морду в ее сторону. Натка притихла.
— Неужели почуяла? — замерла она, вглядываясь в оптику.
Но потом вздохнула свободно, когда та отвернула морду и побежала за ведущим ее мужчиной. Все выстроились по парам за каждым из монстроводов. Двое, тот гражданский и командир шли в середине, двое остались возле вертолета.
— Если уходить отсюда, то нужно привести своих именно сюда, к вертолету. Только так сможем выбраться. К тому же видела в руках командира радиотрубку.
Она подождала еще некоторое время, и побежала за ними, придерживаясь на расстоянии примерно в метров в триста. Какое время они запланировали себе на охоту, Натка не могла предположить, но отводила день-другой, так как палаток на поляне с вертолетом не ставили, следовательно, не хотели задерживаться. Теперь ей надо обогнать их и найти своих первой.
 
Гон начался. Уже через час послышались первые выстрелы. Натка вздрогнула и припустила бежать изо всех сил. Потом перешла на шаг, прислушиваясь, не раздадутся ли еще выстрелы. Но пока было тихо. Она решила передохнуть и присела у дерева.
— Наташа! — вдруг услышала она хриплый полукрик.
Резко обернулась. Из-за соседнего дерева выглядывало разбитое и припухшее лицо Иваныча. Подскочив, она бросилась к нему обняла, и припав к груди расплакалась.
— Ну-ну, девочка моя, — гладил он ее по спине, — Перестань. Вот и совсем разнюнилась. Нашла же! Вот и замечательно.
— Все живы? — размазывала она слезы по счастливому лицу, — Я слышала выстрелы?
— Все, слава Богу, — проговорил, улыбаясь Иваныч, — Те, кого высадили — все. Пойдем. Мы тут недалеко спрятались.
Они шли, и он рассказал Натке, как они специально делали круги по лесу, оставляя капли крови, чтобы чупакабры шли именно по ним, уводя бандитов в стороны. Пока те поймут, что и как, они дождутся Натку с ее карабином и запасом патронов. Все же с этим можно было померяться силами.
— Вот, если бы еще оружия побольше, ну, хотя бы пару автоматов, то еще неизвестно, кто кого, — Иваныч возбужденно махал рукой в такт своим словам.
Натка наблюдала за ним и понимала, как им здорово повезло, что он остался жив, потому что лучшего проводника и охотника еще поискать. А уж с его двадцатилетним стажем таежника, он сможет вывести их из любой ситуации. Вскоре они пришли к небольшому оврагу, на дне которого и расположились все десять человек. Они поднялись, когда показались Натка и Иваныч. Поняв, что она с ними, загомонили радостно и протянули руки, помогая спуститься. Осмотрев всех, она пришла к неутешительному выводу — почти все они были избиты и неизвестно, как смогут двигаться далее. Ведь предстоит не только скрыться от охотников, но и вернутся к вертолету. Даже ей, здоровой, не покалеченной, идти сквозь бурелом было трудно, а тут не только идти, бежать надо, так как те почти рядом при том с прикормленными чудищами, и как их используют здесь, можно уже и не догадываться.
— Чем вы питаетесь? — поинтересовалась Натка, когда все уселись в кружок, — И нужна ли медсумка? Там, правда, мало что есть, если кто плохо чувствует себя или жар, могу дать таблетку. Есть один укол болеутоляющего.
Посмотрев друг на друга, отмахнулись, и Натка поняла, что всем нужна помощь, после всего, что им пришлось пережить. Правда, из всех избитых, только Юрий был целым. Почему? Спросить Натка не решалась, а вот Миша, его телохранитель, который сидел в щитках, был сплошь синяк и кровоподтек. Это видно было по рукам и лицу. Студенты тоже выглядели ужасно. Кроме того в их глазах была какая-то безнадега. И это было нехорошо.
— Такие, погибают первыми, — думала Натка, рассматривая незнакомцев.
Всем им было лет по восемнадцать-двадцать, и все были растеряны. Жались друг к другу, и молчали, но взгляды с надеждой бросали иногда на Иваныча. Видимо и они поняли, что здесь он главный, и он может помочь остаться в живых.
Он и взял слово, оглядывая притихших мужчин и на Натку в том числе.
— Ну, вот и все в сборе. Наташа нас нашла, как мы и рассчитывали. Молодец, — и все обратили к ней взгляды и улыбались одобрительно.
— Теперь о планах. У нас всего один карабин и думаю, что он пока останется у Наташи, — он откашлялся и посмотрел на нее.
Она кивнула.
— Попробуем захватить еще оружия. А про возможность выбраться, она расскажет сама.
И Натка рассказала о том, что видела: сколько их всего, как одеты и вооружены, о группах с монстром, о вертолете. Иваныч слушал и покачивал головой, будто прикидывал что. Потом, он попросил высказываться всем и каждому. Ребята студенты отказались, ссылаясь на более опытных товарищей, имея ввиду Иваныча, а остальные говорили, что нужно обязательно оружие и вертолет с радиотелефоном.