Канабэ-тян этого не делала (СИ)

— Чего тебе надо?
— Я пришёл подраться с тобой! — гордо заявил ему Такаши.
— На хрена?
— Чтобы узнать кто из нас самый сильный! — отвечал Ватанабе.
— Зачем? Я тебя чем-то обидел?
Такаши вдруг понял, что и, правда, драться с этим парнем у него нет никаких причин. Он замялся, на щеке Кена красовалась свежая гематома.
— Кто это тебя? — неожиданно для себя самого спросил Ватанабе.
— Отчим, — мрачно отвечал Такахаши, — когда-нибудь я убью эту гниду!
— Сколько тебе лет? — спросил Ватанабе
— Тринадцать. А что?
«Да он младше меня!» — подумал Такаши. Он сел рядом, и Кен угостил его сигаретой. Ватанабе подумал, что вот парень, который ещё уродливее, чем он сам и жизнь которого, куда хуже, чем у него самого. Драться Ватанабе совсем расхотелось. Они болтали сидя на ящиках. Ватанабе впервые ощутил, что есть человек способный его понять. Такахаши Кен, несмотря на всю свою адскую жизнь, оказался светлым и открытым человеком. Короче Ватанабе он понравился. Он решил, что стоит подружиться с Кеном. И для начала отмудохал тех, кто пытался стравить его с Такахаши и испытал от этого процесса некое удовлетворение. На следующий день, когда он пришёл в школу, где учился Кен, какая-то девчонка с двумя маленькими хвостиками сказала ему что Такахаши арестовали.
— За что? — спросил Ватанабе.
— Говорят он убил своего отца! — сказала девчонка со священным ужасом в голосе.
— Не отца, а отчима! — поправил ее Такаши.
«Значит, он всё-таки это сделал!» — подумал он. Следы Такахаши Кена потерялись, а у Ватанабе так и не появилось больше ни одного друга. Да и не нужны были ему друзья! Даже родители отказались от него, спихнув деду по материнской линии. В школу Ватанабе ходил только из-за него. Дед сказал, что образование всё же нужно получить. Хотя Ватанабе и не понимал зачем ему это. Он уже решил, что будет работать у деда в мебельной мастерской. Здесь он помогал лет с десяти, наверное. Дед говорил, что у него неплохо получается. Ватанабе нравилось, как из досок и брусочков постепенно получается какая-то вещь. Нравилось, нарисовав столик в графической программе, потом увидеть каким он получился на самом деле. Честно говоря, до мастерства деда ему было далеко, хоть Ватанабе-старший и хорошо отзывался об умениях Такаши, Ватанабе в основном занимался чертежами, необходимыми для согласования с заказчиками. Деду эти чертежи были без надобности, все равно он работал по своим, от руки нарисованным почеркушкам. Кроме самого Ватанабе и его деда, в мастерской работал ещё один столяр, такой же пожилой, как и Ватанабе-старший. Короче говоря, Такаши знал, чем займётся после школы. Здесь никто не смотрел на его лицо, здесь было важно, что он может делать своей головой и руками. Однако в школу Ватанабе ходить продолжал и даже оценки у него были на среднем уровне. Не самый худший короче. Но в школе ему было скучно. Желающих бросить ему вызов больше не находилось, а ничего более интересного Ватанабе в школе не ожидало. Уроки были такими же, как и обычно, ничего примечательного. Сегодня была его очередь дежурить. Девчонка, которая оказалась с ним в паре, едва ли не тряслась от страха и Ватанабе прогнал её. Уборку он закончил поздно и направился к своему шкафчику тогда, когда школа уже практически опустела. Кружков в их школе практически не было, то есть они были, конечно, формально, но практически их никто не посещал. Ватанабе отпер дверь своего шкафчика и оттуда вывалился какой-то конверт. Недоумевая Такаши, подобрал его и повертел в руках. Конверт был розовый, справа в углу было нарисовано сердечко. «Ошиблись ящиком!» — решил Ватанабе. Он перевернул конверт. «Для Ватанабе Такаши» значилось на его обратной стороне. Это было очень странно. Такаши вскрыл конверт. Аккуратным женским почерком было написано: «Ватанабе-сан, мы не знакомы, но у меня есть к тебе очень важное дело. Приходи после уроков во двор позади спортзала, я буду ждать тебя там».
Так, решил Ватанабе, если меня хотят заманить в ловушку, то пишут довольно странно. Логичнее было прямо признаться мне, и я как пёсик, виляя хвостиком должен был бы побежать прямо к ним в лапки. Но письмо было каким-то странным. Скорее всего, эта несчастная проиграла спор или над ней издеваются, заставляя встретиться с ним. Первой мыслью Ватанабе было не ходить. Но если девчонка проспорила, ей всё же придётся с ним встречаться. Тяжело вздохнув Ватанабе, попёрся на задний двор. Обогнув похожее на старый ангар здание спортзала, Такаши сразу заметил стройную девчонку в форме их школы. Ещё издали Ватанабе понял, что девчонка симпатичная. «Точно проспорила!» — решил он. Подойдя ближе Ватанабе, узнал её. Не то чтобы он был с ней знаком. Но всё же он её знал. Первый раз он увидел эту девчонку на вступительной церемонии. Она выглядела не так как все остальные девчонки в их школе. Почему-то Ватанабе так показалось. Она была какая-то другая. Воздушная, прозрачная, тонкая, Ватанабе думал, что подобные ей создания ходят в совершенно другие школы, не в такие как его. Короче говоря, она показалась ему похожей на принцессу, в голову его закралась мысль, что, если бы у него был выбор из всех девчонок в их школе он хотел бы встречаться именно с ней. Это безусловна была самая красивая первогодка. Да что там первогодка! Просто самая классная девчонка в их гадюшнике! И вот она сейчас стоит перед ним бледная, нервно теребя край своей школьной юбки.
 
— Ватанабе-сан спасибо что пришёл! — она низко поклонилась ему.
Такаши никогда даже не думал, что однажды будет так разговаривать с девушкой на год младше себя. Ему очень хотелось, чтобы на её месте оказались пятеро или шестеро желающих отомстить ему старшеклассников. Ватанабе откашлялся, у него вдруг запершило в горле.
В голове его на секунду, всего лишь на мгновение промелькнула безумная мысль, что это и правда может быть признание.
— Как тебя зовут?
Его голос был таким хриплым, что он сам не узнал его.
— Канабэ Шоуко, первый год, — стесняясь отвечала девушка.
Ватанабе опять пришлось прочищать горло. Он подумал, что даже когда в средней школе шёл на разборки со старшеклассниками не нервничал так сильно.
— Что тебе нужно? — спросил он.
— Ватанабе-сан, ты ведь самый сильный парень в нашей школе? — спросила Шоуко, глаза её сузились, стали жёсткими и колючими.
— Возможно, — пожал плечами Такеши.
Шоуко подошла к нему вплотную, и он ощутил приятный запах молодой девушки, запах её шампуня и духов со сложным цветочным букетом. И ещё запах её кожи, одуряюще приятный. Ватанабе вспомнил, что где-то читал о том, что запах партнёра играет во влюблённости решающую роль. Если девушка приятно пахнет в первые секунды знакомства значит, ты уже влюбился в неё.
— Я навела справки. В нашем классе учится девушка, которая ходила в ту же среднюю школу что и ты.
— И что?
— Она сказала, что ты всегда отличался безумной силой и жестокостью!
В другой ситуации Ватанабе обиделся бы на такие слова, но Канабэ произнесла их с таким неприкрытым восторгом, что Такаши невольно усмехнулся. До него начало доходить, для чего это девушка написала ему письмо так похожее на признание. Ватанабе испытал облегчение и одновременно с этим тоску. Впрочем, разве он мог на что-то рассчитывать? «Сейчас будет предлагать деньги!» — подумал он.
— Я жестокий бесчеловечный монстр! — сказал Ватанабе.
По лицу Шоуко пробежала тень удовлетворения.
— Над тобой издеваются? — спросил он.
— И, да и нет, — отвечала Канабэ Шоуко.
Лицо её исказилось на мгновение и стало отталкивающим и страшным. Ватанабе понял, что всё гораздо серьёзнее чем он предполагал.
— Мой сводный брат каждый вечер насилует меня, — криво усмехнувшись проговорила Шоуко.
Когда Канабэ ушла, он ещё некоторое время стоял словно оглушённый.
— Что будет сегодня вечером? — спросил Ватанабе, когда Шоуко собралась уходить.
— То же что и всегда, — отвечала она, — Аой опять изнасилует меня.