Иерусалимская история
8. И хотя с ними случилась такая беда, они сначала отважно посчитались с [врагами]. Ибо они убили многих из них и, выбив из лагеря, лишили их шатров. Но с Божьего соизволения победивших одолели побежденные {514}.
9. По милости Божьей король и его некоторые наиболее знатные рыцари спаслись, галопом они вломились в Рамлу {515}; дальше бежать они не смогли.
Глава 19
О бегстве короля Балдуина
1. Король же, не желая быть осажденным [в городе] и предпочитая умереть где-либо в другом месте, нежели с позором быть схваченным здесь, тотчас принял совет и попытался выйти наружу, готовый либо погибнуть, либо спастись {516}. Взяв с собой лишь пятерых товарищей (кои, впрочем, недолго оставались при нем, поскольку были схвачены неприятелем), он галопом на быстром скакуне устремился через горы. Итак, Господь вырвал Балдуина из рук его врагов, [оказавшихся] сильней его. Король охотно бы отправился в Арсуф, если бы мог, но поскольку враги препятствовали этому, то он не мог [прямиком] проследовать туда.
2. Те же, кто остался в Рамле, впоследствии не смогли выйти за ворота. Осажденные отовсюду нечестивым племенем, они в конце концов (о горе!) были схвачены. Одних враги убили, других увели с собой живыми.
3. Епископ, находившийся в церкви Святого Георгия, узнав о случившемся несчастье, тайно бежал оттуда в Иоппу.
4. Увы! Сколько знатных и доблестных рыцарей мы потеряли в этой беде — как в самой битве, так и в указанной башне {517}! Стефан Блуаский, муж мудрый и знатный, был убит, а вместе с ним и другой Стефан — граф Бургундский {518}.
5. Лишь три рыцаря вырвались оттуда. Тяжело израненные, они ускользнули и следующей ночью добрались до Иерусалима. Вступив в город, они поведали о случившемся несчастье горожанам. Что касается короля, жив ли он или погиб, они сказали, что ничего толком не знают. Поэтому всех тотчас охватила великая скорбь.
Глава 20
О том, как король бежал и прибыл в Арсуф
1. Король же, опасаясь арабов, следующей ночью укрывался в горах. На третий день {519} он всего лишь с одним рыцарем и оруженосцем спустился с гор и, как всякий блуждающий в незнакомых [местах], по окольным дорогам пустыни, страдая от голода и жажды, добрался до своего города Арсуфа.
2. Одно обстоятельство обернулось к его спасению: незадолго до этого отсюда отбыли 500 вражеских рыцарей, которые в качестве разведчиков долгое время объезжали стены. Королю никоим образом не удалось бы спастись, если бы они заметили его.
3. Когда он вступил в Арсуф, то был радостно встречен своими людьми. Утолив голод и жажду, он, находясь под защитой, уснул, чего так желало человеческое естество.
Глава 21
О том, как Гуго Тивериадский и патриарх Иерусалимский поспешили на помощь королю, и о том, как с силой и помощью святого креста, явленными христианам, было дано сражение
1. В тот же самый день Гуго Тивериадский, один из самых знатных людей короля {520}, прослышав о его несчастье, прибыл в город [Арсуф]; он желал оказать какую-либо помощь уцелевшим людям. Увидев его, король очень обрадовался. С Гуго было 80 рыцарей, в которых так нуждался король в предстоящем деле. Получив послание из Иерусалима, король поспешил на помощь жителям Иоппы {521}.
2. Однако он не осмелился повести рыцарей по суше, поскольку враги подстерегали путников в засадах. И тогда, взойдя на одно небольшое судно {522}, он приплыл в Иоппу. Когда он высадился в порту, то был принят с великой радостью, ибо все было как в Евангелии: «Он был мертв и ожил, пропал и нашелся» {523}. Того, кого уже оплакивали как мертвого, теперь видят живым и здоровым.
3. На следующий день {524} упомянутый Гуго вышел из Арсуфа и, преисполненный тревоги, поспешил в Иоппу. Король выступил ему навстречу, дабы враги не напали на того в дороге.
4. После того как король прибыл в Иоппу, он держал недолгий совет. Необходимость призвала его распорядиться, чтобы те, кто находился в Иерусалиме и Святом Аврааме {525}, по его приказу прибыли в Иоппу, дабы сразиться с арабами, которые, задумав овладеть этим городом, расположились поблизости от него.
5. В тот момент, когда он раздумывал, кого бы отправить гонцом, то заприметил одного сирийца, человека простого и невзрачной наружности, коего всеми силами стал упрашивать, чтобы тот из любви к Богу взял на себя предстоящее поручение, поскольку король не нашел никого, кто бы смог или отважился исполнить его. Из-за вражеских засад никто не осмеливался передвигаться по дороге. Сириец же, преисполнившись мужества от Бога, не откладывая, под покровом ночи, дабы не быть замеченным врагами, проследовал по непроходимым и совершенно диким местам и на третий день в изнеможении добрался до Иерусалима.
6. Когда он сообщил жителям столь желанную весть о короле и поведал, что тот жив, то все вознесли должную хвалу Господу. Промедление же было недолгим.
7. После того как прочли доставленное послание, тотчас были снаряжены рыцари, коих смогли отыскать в городе: как я полагаю, 90 рыцарей и тех, у кого могли быть лошади или вьючные животные. Каждый из них по собственной воле, хотя и одолеваемый сильным страхом, не откладывая, отправился [в Иоппу]. Обходя, по возможности, подготовленные врагами засады и следуя по окольным дорогам, они проложили свой путь, уклонившись в сторону Арсуфа.
8. Когда же они очень быстро шли по побережью, им попалось навстречу нечестивое племя, которое надеялось перехватить их здесь и перебить. Некоторым из наших пришлось оставить там вьючных животных и броситься в морские волны, чтобы пуститься вплавь, дабы одна беда стала исцелением от другой. Вплавь они спаслись от нечестивцев, но потеряли своих вьючных животных. Рыцари же, у которых были достаточно проворные лошади, чтобы отбиться, едва ускользнули и добрались до Иоппы.
9. Король, весьма обрадованный и воодушевленный их приходом, не желал более откладывать свое дело {526}. Поэтому на следующее утро {527}, выстроив рыцарей и пехотинцев, он выступил против своих врагов, намереваясь дать им сражение.
10. Те же находились не далее чем в трех милях от Иоппы, где уже готовили свои машины, чтобы в скором времени осадить город и, укротив его, захватить. Но когда они увидели наших людей, надвигавшихся на них, дабы вступить с ними в бой, то немедля схватились за оружие и отважно встретили их. И поскольку врагов было великое множество, то они отовсюду окружили наших.
11. Когда наши были окружены таким вот образом, им не на что больше было надеяться, кроме как на Божью помощь. И всецело полагаясь на всемогущество Господа, они, завидев наиболее тесный и сильный конный отряд {528}, не колеблясь, обрушились на него с удивительной силой. Но когда они, отважно сражаясь, врывались в [ряды врагов] с одной стороны, тотчас возникала необходимость обратиться против них где-либо в другом месте, поскольку, те, увидев, что наши пехотинцы остаются без защиты рыцарей, немедленно устремлялись туда и разили крайних из них.