Иерусалимская история
2. Удивительное дело! Мы, одержав победу впереди, были разбиты в тылу; здесь христиане потерпели поражение, но одолели сарацин в авангарде. Последних мы гнали до самого Аскалона; те же сарацины, которые перебили наших [в тылу], быстро ускакали к Иоппе. Поэтому в тот день никто не знал исхода битвы {479}.
3. После того как король со своими людьми, поразив и обратив в бегство [сарацин], очистил от них поле, было велено расположиться на отдых в тех шатрах, которые бросили беглецы. Как было приказано, так мы и поступили.
4. Седьмой день сентябрьских ид тогда стоял,Когда мы вступили в битву сию, столь для рассказа достойную;И милость Господня франкам стала помощником.Глава 13
О разных исходах этой битвы
1. На следующий день мы в палатке короля отслушали мессу на Рождество Блаженной Девы Марии, чей праздник отмечался тогда. И после того, как мы нагрузили наших вьючных животных добром врагов, а именно, хлебом, зерном и мукой, а также их шатрами, нам по сигналу трубача было велено возвращаться в Иоппу.
2. На обратном пути, когда мы миновали Азот, пятый заброшенный город филистимлян, который сейчас называют Ибений {480}, нам попались навстречу около 500 арабов, возвращавшихся от Иоппы. Они умчались туда в день сражения и захватили добычу, которую смогли обнаружить за пределами города. Ведь после того, как они убили многих наших пехотинцев в арьергарде и полностью уничтожили на правом фланге один полк, то посчитали, что и в передних рядах наши разгромлены так же, как и в тылу. Поэтому они, прихватив щиты, копья и сверкающие шлемы убитых, коими пышно украсили себя, тотчас отправились к Иоппе и показали наше оружие ее жителям, утверждая, что король и все его люди погибли в этой битве.
3. Когда те защитники, которые остались в Иоппе, услышали об этом, что было весьма похоже на правду, они были сильно потрясены и испуганы и оттого поверили их словам. Арабы полагали, что перепуганные жители немедля сдадут им город, но, поскольку их замыслы не сбылись, они, ничего больше там не добившись, отправились назад к Аскалону.
4. Когда же они увидели нас, возвращавшихся к Иоппе, то приняли за своих товарищей, которые, перебив всех наших в битве, направлялись к этому городу, намереваясь напасть на оставшихся там христиан. Поэтому мы очень удивились тому, что они, подойдя к нам очень близко, не могли понять, что перед ними франки, до тех пор, покуда не увидели, что наши рыцари в стремительной атаке ринулись на них.
5. Видели бы вы, как [арабы] бросились врассыпную и никто из них не хотел подождать другого; у кого не оказалось проворного коня, тот быстро подставил голову мечу. Но поскольку франки были сильно измотаны и многие из них были ранены в битве, то они не смогли преследовать [врагов]. [Арабы] сбежали, мы же в радости достигли Иоппы {481}.
Глава 14
О том, как жители Иоппы отправили посла к Танкреду, князю Антиохии
1. Можете ли вы себе представить, как ликовали и воздавали хвалу те, кого мы оставили в Иоппе, когда с вершины стены они увидели нас, возвращавшихся с поднятыми знаменами? Определенно это трудно описать.
2. [Ранее] сюда один за другим прибежали два пустобреха, которые ввели в заблуждение жителей Иоппы, утверждая, что король и все его люди мертвы. По этой причине [жители] загоревали сильнее, чем это можно себе представить, полагая, что все это правда. Они направили к Танкреду, правившему тогда в Антиохии, короткую записку, которую доставил один моряк, поднявшийся на свой корабль по приказу супруги короля {482}.
3. Письмо содержало такие приветственные слова: «Танкред, видный муж и добрый рыцарь, прими это послание, которое через меня, своего посланца, направили тебе те, кто находится в Иоппе, а именно, королева и немногие горожане. И поскольку ты, возможно, написанному поверишь больше, чем мне самому, то вели прочесть его {483}.
4. О, какое несчастье! Иерусалимский король вступил в битву с вавилонянами и аскалонцами, был побежден и, возможно, погиб вместе со своими людьми, коих привел туда сражаться. Один из тех, кто едва избежал этой печальной участи, добрался до Иоппы и поведал нам обо всем.
5. По этой причине к тебе, муж мудрый, я прибыл как гонец, взывая о помощи, дабы ты, отложив все заботы, без промедления поспешил на подмогу народу Божьему, который, как я полагаю, весьма напуган и находится на краю гибели».
6. Так он сказал. Танкред же, выслушав его, молчал некоторое время. Но когда он убедился, что все сказанное — правда, то от сильной печали и горя искренне заплакал, равно как и все остальные, кто услышал это вместе с ним. Дав ответ гонцу, он распорядился, дабы во всех его владениях готовились к тому, чтобы оказать помощь иерусалимлянам.
7. Когда все уже было готово для выступления, неожиданно появился еще один гонец, который доставил другое послание, во всем отличное от предыдущего, и вручил его Танкреду. В первом письме сообщалось о несчастье, из последнего же узнали об успехе. В нем говорилось, что король в добром здравии вернулся после битвы в Иоппу и, вне всяких сомнений, славно разбил сарацин. Те, кто прежде горевал из-за утраты, теперь возрадовались доброму исходу дела.
8. О, удивительное милосердие Божье! Ведь не числом мы одержали победу, но рассеяли их, полагаясь лишь на божественную силу. Избавившись от врагов, мы вернулись в Иерусалим и вознесли хвалу Богу. В течение восьми месяцев, покуда годовой круговорот не вернул летнюю пору, мы предавались отдыху, свободные от военных забот {484}.
Глава 15
О вавилонском войске, собравшемся против христиан
1. В следующем, 1102 году, в середине мая у Аскалона собрались вавилоняне, коих направил туда их король {485}, дабы они постарались истребить всех нас, христиан. Всего там насчитывалось 20 тысяч всадников и 10 тысяч пехотинцев, не считая погонщиков, которые управляли нагруженными припасами верблюдами и ослами; в руках у погонщиков для боя были дубины и дротики.
2. В тот день, когда вавилоняне достигли Рамлы, они раскинули у ее стен свои шатры {486}. Прямо перед ними, в одной укрепленной городской башне, находилось 15 рыцарей, которых король разместил там в качестве защитников {487}. У [самой башни], наподобие жителей предместий, проживали немногие сирийские крестьяне. Сарацины постоянно тревожили их и наносили им ущерб, пытаясь полностью истребить этих христиан и разрушить указанную башню, поскольку из-за тех, кто находился в ней, они не могли свободно передвигаться по равнине.
3. Более того, они норовили захватить епископа этого города, который вместе со своими людьми пребывал в монастыре Святого Георгия {488}. Как-то днем сарацины с коварными намерениями подступили к стенам этого монастыря, но, обнаружив, что он располагается в неприступном месте, вернулись в Рамлу.
4. Епископ же, увидев дым и пламя, [поднимающиеся] от подожженных [сарацинами] посевов, испугался, как бы они не вернулись, чтобы осадить его. Поэтому он, принимая меры предосторожности на будущее, тотчас передал королю, который тогда находился в Иоппе, чтобы тот поспешил ему на помощь, поскольку вавилоняне стали лагерем у Рамлы и одна из их когорт уже прошлась вокруг монастыря с грабежами.