Иерусалимская история

3. Так как подобает помнить имена князей, отправившихся в это паломничество, то я упомяну Гуго Великого {63}, брата французского короля Филиппа, который первым из героев переправился через море и высадился со своими людьми в Болгарии близ одного города под названием Дураццо {64}. Но, опрометчиво отправившись в путь с небольшим отрядом, он был схвачен жителями этого города и отведен к императору в Константинополь, где содержался некоторое время, будучи ограниченным в своей свободе {65}.
4. Вслед за ним тем же путем отправился со своим войском норманн Боэмунд Апулийский, сын Роберта Гвискара {66}.
5. Затем Готфрид, герцог Лотарингский {67}, с многочисленной армией прошел через страну венгров {68}.
6. Раймунд же, граф Прованский {69}, вместе с Адемаром, епископом Ле Пюи, провел готов и гасконцев через Далмацию {70}.
7. Первым через Венгрию прошел некий отшельник по имени Петр {71}, который увлек за собой множество пеших [воинов] и лишь нескольких рыцарей {72}. Впоследствии предводителем {73} этого войска был один весьма достойный рыцарь по имени Вальтер, коего прозвали Неимущим {74}. Вместе со многими своими собратьями он был убит турками в бою между Никомедией и Никеей {75}.
8. В октябре Роберт, граф Нормандский, сын Вильгельма, короля Англии {76}, выступил в поход, собрав огромное войско из нормандцев, англичан и бретонцев. Вместе с ним отправился в путь его зять — Стефан, благородный граф Блуаский {77}, а также Роберт, граф Фландрский {78}, который вел с собой множество других знатных воинов.
9. И вот, после того как из разных областей Запада выступило столь великое братство, в пути за счет подходивших отовсюду многочисленных отрядов оно мало-помалу стало превращаться в единое войско. Вы бы увидели здесь бессчетное множество людей из разных стран, говорящих на многих языках. Но все они соединились в единое войско лишь после того, как мы достигли города Никеи {79}.
10. Что же еще сказать? Морские острова и все земные королевства были приведены в такое волнение, что следует верить во исполнение пророчества Давида, который изрек в Псалмах: «Все народы, Тобою сотворенные, придут и поклонятся перед Тобой, Господи» {80}. И те, кто впоследствии добрался сюда, заслуженно сказали: «Поклонимся же в том месте, где стояли ступни Его» {81}. И еще многое об этом походе мы можем прочесть в пророчествах, которые было бы утомительно здесь перечислять.
11. Сколько же было скорби! Как тяжело вздыхали и сокрушались друзья в тот момент, когда муж оставлял свою жену, столь горячо любимую им, своих детей, свои владения, сколь бы большими они ни были; покидал своего отца и мать, своих братьев и родню!
12. И хотя те, кто оставался дома, проливали в присутствии отправлявшихся в дорогу друзей немало слез, последние никоим образом не позволяли себя растрогать, пусть даже из любви к Богу им пришлось оставить здесь все, чем владели; ведь они свято верили, что обретут во сто крат больше, что Господь обещал тем, кто любит Его {82}.
 
13. И тогда муж указывал жене срок своего возвращения, уверяя ее, что коли по милости Божьей останется жив, то воротится к ней. Сейчас же он вверял ее Господу. Целуя ее в уста и плача, он обещал, что обязательно вернется. Супруга же, страшась мысли, что больше никогда не увидит мужа, уже не могла держаться на ногах и падала в изнеможении на землю, оплакивая своего милого, которого теряла живым, словно он уже был мертв. Тот же, как будто в нем совсем не было жалости (которая, конечно же, была), и нисколько не выказывая сострадания к рыданиям жены и многих своих друзей (хотя предавался этому в душе), твердый духом решительно отправлялся в дорогу.
14. Печаль — удел остающихся дома, радость — отбывающих в поход. Что нам еще добавить? Сие от Господа, и дивно оно в очах наших {83}.
  
Глава 7
 
О путешествии графа Нормандского и о делах, творившихся тогда в Риме
 
1. Итак мы, западные франки, выступили из Галлии и, держа путь через Италию, добрались до славнейшего города Лукки, в окрестностях которого встретили апостолика Урбана {84}. После того как с ним побеседовали графы Роберт Нормандский и Стефан Блуаский, а также те из наших, кто пожелал этого, мы, получив благословение от папы, в радости продолжили свой путь в Рим.
2. Когда же мы вступили в базилику Святого Петра {85}, то увидели перед алтарем людей того нелепого папы Гвиберта. С мечами в руках они беззаконно расхищали возложенные на алтарь пожертвования. Другие же бегали по балкам перекрытия базилики и бросали камни вниз, прямо туда, где мы распростерлись в молитве; ибо стоило им увидеть кого-нибудь верного папе Урбану, они немедля хотели покончить с ним.
3. Но в одной из башен базилики находились люди папы Урбана, которые, храня ему верность, бдительно стерегли башню и, как могли, противостояли своим врагам. Мы сильно опечалились, когда увидели творившийся здесь произвол, и потому ничего другого не желали, кроме как свершения кары Господней. Многие же из тех, кто вместе с нами добрался сюда, были охвачены малодушием и без промедления вернулись домой.
4. Мы же, пройдя через Кампанию, прибыли в Бари — самый славный город на морском побережье {86}. Здесь, в церкви Святого Николая, мы помолились Богу, после чего пришли в порт, рассчитывая выйти в море. Однако возражения моряков и изменчивая фортуна — ведь тогда приближалась зимняя пора, — пророчащие нам беду, вынудили графа Роберта Нормандского вернуться в Калабрию и там перезимовать {87}. Но граф Фландрии Роберт со своим отрядом все же переправился по морю {88}.
5. Тогда многие из простого народа, предоставленные сами себе, опасаясь в будущем нужды, продали свои луки и, взяв посохи паломников, трусливо отправились по домам. По этой причине они стали презираемы Богом и людьми — и все это обратилось им в позор.
  
Глава 8
 
О том, как утонули паломники, и о явлении божественного чуда
 
1. Итак, в год Господа 1097-й, в марте, с возвращением весны, графы Нормандский и Стефан Блуаский вместе со своими людьми, также ожидавшими подходящего времени, тотчас вознамерились выйти в море. После того как был подготовлен флот, в апрельские ноны, на которые тогда выпадал день Святой Пасхи {89}, они взошли на суда в порту Брундизий.
2. Сколь же непостижимы и неисследимы пути Господни {90}! На наших глазах случилось так, что недалеко от берега один из кораблей без какой-либо видимой на то причины разломился прямо посредине. Тогда погибло 400 человек обоих полов, и в отношении них в скором времени вознеслась радостная хвала Господу.