Живой (СИ)
Мифический обитатель Ока Титанов.
Живой механизм, циклопическая тварь, смерть всему живому!
Лишь единицы смогут пережить встречу даже с молодым Эльдразионом. И лишь избранным героям дано свергать титанов.»
Там было еще что-то, но мне стало как-то не до справочной информации.
Существо… поражало. Словно космический корабль стал на четыре лапы разной длины. И еще три асимметричные конечности. Одна из этих конечностей, кажется, падала прямо на меня. Как и голова монстра, если так можно назвать центральный отросток, покрытый сотнями коротких трубок с чёрными сферами на концах.
Гул стоял такой, словно на взлет идет атмосферный истребитель. И я стою прямо под дюзами!
Конечность, что на меня падала, остановилась в паре десятков метров от земли и дула раскалённым воздухом.
Я никак не мог запечатлеть Эльдразиона в своем внутреннем мире. Не мог объять тварь вниманием целиком. Слишком немыслим он был. Слишком странен. Слишком чужд всему мне привычному. Овеществлённая мощь. Даже лестно, что ради меня эдакая махина пришла в движение. Отдельно существовало тело с гротескной головой, отдельно были колонноподобные ноги, эдакие подпорки. Ребенок слепил вместе палочки и получил… Оно просто ни на что не похоже.
А еще меня волновал один очень важный вопрос. Где эта тварь пряталась? То есть эдакую дуру можно даже на низкой орбите легко разглядеть. Она все это время сидела в тумане? А гул? Ее конечности движутся отнюдь не бесшумно, воздух вокруг этих конструкций двигается с воем и вибрациями. Рев едва не рвет барабанные перепонки.
Сколько вопросов…
Тварь нависла надо мной, а конечность со странным оружием на конце, судя по всему, нацелилась прямо на меня. Наверно, даже в глаз. Ну, чтоб наверняка. Хотя точность таких орудий составляет плюс-минус километр. Фантастически нелепое сооружение. Зачем оно ей?
Эльдразион приблизил ко мне свою башку… вроде. Оно надо мной нависало и торчало из тела. А еще отличалось от других конечностей. Оно склонилось… Судя по мгновенной дезориентации меня в том числе и просветили всевозможными сканерами.
В голове раскрылась щель. Да ладно, эта гадость что, хочет меня сожрать?
Ветер стих. Стих и гул. Только вибрация пробирала до костей, от нее ныли зубы. Звуки умерли.
«Гражданский, уточните свой статус.»
Надпись мигала алым и заслоняла все поле зрения.
— Я… случайно тут. Попал в авиакатастрофу, чудом выжил, сюда пришел в поисках помощи. Нахожусь под принуждением. Тут какие-то обрыганы в невидимости бродят, они думают, что вы меня убьете. Не убивайте меня, пожалуйста, я ничего плохого не сделал! — на самом деле сделал и убить меня было за что, но эти не сильно важные подробности моей автобиографии мы пропустим. — Прошу защиты!
«Пожалуйста, оставайтесь на месте.»
Неожиданно рев вернулся, а Эльдразион отпрянул.
Выполнить просьбу было довольно сложно. Поток горячего ветра едва не сбивал с ног, а еще оружие (или что это там такое) засветилось. Свет становился все ярче.
Я увидел, как пространство вокруг меня ожило. Крохотные человеческие фигуры возникли из воздуха, в их руках зажглись плазменные хлысты, длиной, кажется, в полсотни метров. Они все бежали на меня. Откуда-то со стороны озера загрохотало. Огненные росчерки ударили в тело гиганта. Воздух стал твердым. Я увидел, как поверхность камня крошится и мелкие камешки поднимаются в воздух.
Сияние становится нетерпимым. А потом мир перестает существовать.
Я закрываю лицо руками, но свет проникает даже через плоть и кожу. Звук словно пытается отслоить мясо с костей…
Кричу, но крика не слышу. По лицу течет что-то теплое и тут же застывает коркой под порывами раскалённого ветра. Становится нечем дышать…
Когда взрыв приходит со всех сторон сразу, сознание гаснет.
И возвращается. Мир снова нормальный. Нет света. Только выщербленные камни. Да шумит темный лес под порывами ураганного ветра. Слабый свет льется из странной конструкции в небесах. Лампа, вокруг которой танцует черная клякса. Небо медленно затягивают густые черные тучи. Их разогнало буйство стихии, но они почти мгновенно стягиваются обратно. Туман клубится, делается все гуще и с неба капают первые холодные капли.
Ничего нет. Даже Эльдразион пропал. Интересно, куда?
Поднимаюсь с камней. А картина изменилась. Я вижу тела. Много тел. Их тут не меньше сотни. Красивые, словно произведения искусства. Бойцы в серебряной роботизированной броне. Удары странного оружия задели каждого. По телу шла грань, за которой тело просто… исчезало. По какой-то непонятной мне причине остались только кости. И они лежали рядом.
Кто-то сохранил больше, кто-то меньше. Но смерть настигла всех. В отдельных ранах я замечал синие включения. Странный композит заполнял повреждения и останавливал кровь. Особенно причудливо смотрелся один из бойцов, у которого потерялась голова, и средство полностью тампонировало рану. Наверняка еще и тело жить будет несколько часов, дожидаться возвращения головы. Мне решительно нравится здешняя медицина, теперь я готов простить ей даже внезапное проникновение в свой…
«Индивидуальный модуль обеспечения живучести.
Запас универсальной биоматерии 476 гр.»
Видать, мне эта синяя жижа подлатала сосуды и другие потроха.
Неожиданно перед глазами засветилась желтая стрелка.
«Доступное снаряжение.»
Так, то есть от этих замечательных людей еще и что-то интересное осталось? Почти бегу в направлении стрелочки. Идти приходится метров сто. Дополненная реальность указывает на одного из мертвяков. У солдата нет ног, левой руки и куска грудины. В воздухе висят оголенные ребра, а рана внутри плотно закрыта материалом аптечки.
Смотрится жутко. Остальные кости белеют рядом.
Солдат все еще жив. Он рукой ощупывает свое тело.
— О, гляди-ка, приманка живая. Видишь, как свезло тебе, мужик. А мне по ходу хана… — солдатик закашлялся. Голос шел из-за серого забрала без видимых отверстий и окуляров.
— Вы чего хотели сделать? — сажусь на землю рядом с огрызком.
— Молодые Эльдразионы тупые. Кидаются на первого, кто к ним зайдет. Они еще не умеют определять меру опасности и потому гасят сразу главным калибром. И пока тварь перезаряжает пушку, у нас есть шанс. Но нужен игрок, что возьмёт огонь на себя.
— Кидаете жребий? — я хмыкнул.
— Жребий? Нет, у нас для этих целей был доброволец, — солдатик засмеялся с усилием, ему не хватало воздуха. — А тут мы тебя встретили. Добровольца жалко, он свой, а ты и так шел на вершину пирамиды. Кто ж знал, что на тебя тварь отреагирует иначе? А я говорил полковнику… Да, не важно уже. В общем, тварей надо на живца ловить, чтобы, значить, перезарядить не успели…
— Много вас было? — интересуюсь я из вежливости.
— Да почти рота… Внутренний канал мертв. Все… все мертвы. А ты живой. Ты же… ты же залоченный, без имени, да? Ха, залоченный, представляешь, мне совет записали, как… как провалить блестящую операцию! Звать тебя как?
— Кель. Кель Хедрикс, — представляюсь.
— Не, здесь такое не нужно. Тебе надо имя, местное. Ха… Я едва с хохоту не сдох, как ты обосрал Фриза, а теперь вот по настоящему… сдыхаю. Убийственно шутишь. Мы все мертвы. А ты живой. Значит и имя теперь твое «Живой». И тела не трогай. У всех подарочки взрывные для лутеров есть, кроме меня, ублюдок, Живой…
Мой новый знакомец еще пару раз дернулся, закашлял и затих. А я сразу полез мародерить.
«Пассивный сканер. Определяет любые сканирующие и направленные излучения.»
Сканер выглядел как бусы с прямоугольными брусочками. Эти брусочки магнитились. А еще мне достался маскирующий шлем. Его я стащил с трупа. Какое-то время внимательно разглядывал своего дохлого собеседника. Высокие скулы, широко раскрытые глаза, короткие кучерявые снежно-белые волосы, чуть раскосые глаза и тонкие губы. О, никак сортовой мальчик из сектора Александрия. И как тебя в наши злые места занесло? Вы же там все эти, обреченные на счастье по праву рождения, во!