Вместе (не) навсегда (СИ)

Блядь, ну вот опять… Стоит мне только мельком вспомнить как она двигалась на той сцене, на моей сцене, как член стоит колом и, кажется, всерьез собирается сообщить в органы опеки о ненадлежащей заботе. Потому что дюжиной холодных душей и многократным напоминанием себе, что это была разовая акция, я ему явно дал понять, что повторения субботнего безумия не будет.
Но тем не менее, я уже час торчу под ее окнами и жду пока свет на первом этаже погаснет. И нет, я не противоречу сам себе. Я приперся сюда не за повтором, я пришел чтобы дать понять Алисе, что тот вечер ничего не меняет.
Сегодня принцесска не появилась в универе и не факт, что появится в ближайшее время. Видимо, произошедшее произвело на нее такое же неизгладимое впечатление как и на меня… И я не хочу, чтобы она надеялась на что-то. Эта ночь в очередной раз доказала, что игра затянулась. А значит, пора ее заканчивать. Как бы сложно это ни было, но сегодня я, наконец, готов поставить точку в наших отношениях. Как я ни старался доказать себе обратное, месть так и не принесла мне желаемого удовлетворения. Что горячей, что холодной — она оказалась отвратным блюдом от которого сводит кишки.
И я знаю, что для этого мне придется в очередной раз сделать ей больно. Наивно думал, что через какое-то время мне станет легче. Где там тот умник, который обещал, что время лечит? На мне это, видимо, не работает потому что каждое гребанное утро я продолжаю искать ее рядом на соседней подушке и каждый раз заново умираю, когда реальность накрывает меня холодной волной.
И я понимаю, что Алисе тоже тяжело. Судя по словам ее верной курочки-гриль, она с субботы не выходила на связь и велела охране никого не пускать в их дом. Эта безмозглая доброжелательница не дожидаясь команды “фас” от подруги, решила взять инициативу в свои руки и добилась того, что Дарью уволили с работы. Я знаю, что Алиса здесь не причем, но своей игрой мы стали вредить не только друг другу, но и окружающим. А это еще одна причина для того чтобы поставить, наконец, жирную точку.
Свет на первом этаже гаснет и выждав еще полчаса пока ее отец, в кои-то веки вернувшийся из очередной командировки, уляжется спать, я проделываю до боли знакомый путь к ее окну.
В принципе, даже если бы оно было закрыто, я уверен, принцесска бы пустила меня. Но радуясь эффекту неожиданности я довольно толкаю незапертую раму и проникаю в ее комнату.
От ночника у кровати исходит тусклый свет, но я легко могу различить ее силуэт. Она лежит под одеялом и судя по наушникам на голове, слушает музыку. В ночной тишине я слышу едва слышное жужжание динамика и замираю на месте боясь испугать ее.
Пользуясь тем, что она не догадывается о моем присутствии я бесстыдно рассматриваю ее лицо. Как же она красива. Сейчас на ней полностью отсутствует косметика и она выглядит даже младше своего возраста. Такая беззащитная, невинная… уже не моя. Густые волосы каскадом рассыпались по подушке и я с трудом сдерживаю порыв провести по ним рукой. Когда-то я любил засыпать уткнувшись в ее волосы, вдыхать ее запах… когда-то я имел на это право.
Мне приходится приложить огромные усилия чтобы напомнить себе о цели своего визита. Я пришел поставить точку. Закончить, наконец, этот театр абсурда в который превратилась наша жизнь.
Делаю решительный шаг к кровати и разом столбенею, заметив ее выражение лица. Брови слегка сведены вместе, рот приоткрыт и губы подрагивают. Я знаю это выражение слишком хорошо. Знаю что оно значит. Принцесска на грани оргазма.
Только сейчас до меня доходит, что легкое жужжание, которое я сразу услышал это не музыка из наушников. Нет, это звук работающего вибратора.
У меня окончательно сносит крышу и я в каком-то трансе тяну за край ее одеяла. Шелковая ткань легко соскальзывает с ее тела и мы встречаемся взглядами.
Она открывает рот в немом крике и пытается вырвать одеяло из моих рук, но я лишь крепче тяну его на себя, оголяя ее тело сантиметр за сантиметром. Это сильнее меня, сильнее любых правил приличия и что уж говорить… гораздо сильнее моего намерения поставить жирную точку.
 
— Скажи, принцесска, ты думала обо мне? — хрипло цежу не сводя глаз с розовой силиконовой игрушки в виде розы или какого-то другого цветка.
В ее глазах все еще плещется дымка почти достигнутого оргазма и она кивает, а после одними губами добавляет:
— Всегда.
И это признание, такое обыденное подтверждение стреляет прямиком в сердце и от него разносится по всему телу. Я падаю на колени и подтягиваю ее ноги к себе. Она горячая. Очень влажная. Притягательная. И пусть хоть на какое-то время… снова моя.
Глава 65
Глава 65
Моя жизнь снова превратилась в хаос. Не то чтобы он прекращался уже больше года, но сейчас он явно сменил вкус… Теперь мой хаос сладкий, порочный и не менее мучительный.
— Ты обещала подумать над моим предложением, — напоминает Алена делая очередной глоток кофе. — Давай по-чесноку, нас здесь ничего не держит и смена обстановки тебе явно не помешает.
— Не помешает, — киваю я, пытаясь заглушить в памяти увиденную утром картинку. Марат снова сидел с Дарьей недалеко от парковки и они выглядели… счастливыми. Ладно, допустим, лицо Марата я не видела, лишь его профиль, но Дарья точно светилась счастьем. Конечно, я могу малодушно списать ее настроение на то, что она заполучила работу мечты… Алена мне призналась, что после того как я пропала с радаров после субботней Фабрики, она запаниковала и добилась от своего нового отчима в конторе которого работала Дарья, чтобы он уволил свою лучшую ассистентку. Правда, в итоге выяснилось, что это лишь сыграло Савельевой на руку потому что она и сама хотела уйти заполучив более выгодное предложение… Но что-то мне подсказывало, что эта улыбка на ее лице связана не с профессиональными достижениями, а с каким-то чисто женским счастьем.
Еще на прошлой неделе я была уверена, что у Дарьи и Алекса был шанс. Но сейчас понимаю, что скорее приняла желаемое за действительное. Только в этот раз не только свое желаемое, но и Алекса. Я видела его интерес к Дарье и в лучших традициях человека с разбитым сердцем желала им счастья. Однако, судя по тому что Алекс продолжает обедать в нашей компании, а Дарью все чаще можно увидеть с Маратом, в чужих отношениях я такой же профан, как и в своих. Особенно если учесть, что еще несколько дней назад Марат благородно позаботился о моем личном “счастье”.
— Хочешь, я сама могу поговорить с твоим отцом? — предлагает подруга, не догадываясь, что мысли унесли меня уже слишком далеко.
— Он разрешил, — отстраненно произношу.
— Да ладно! — она практически визжит словно группа чирлидирш на матче футбола. — В Питер или Лондон?
— В Питер. Но честно говоря, я струсила спрашивать про Лондон.
Алена уже пару месяцев приставала ко мне с идеей-фикс перевестись в другой университет, показывала яркие брошюры, без устали твердила о перспективах… И после того что произошло в прошлую субботу, я сдалась. Смириться с “прощанием” было бы гораздо легче, будь между нами сотни километров. Отец тщательно изучил все данные, наверняка, проверил список выдающихся выпускников и… согласился. О Лондонском варианте я, впрочем, спрашивать не решилась.
Он хочет чтобы я была подкована именно в нашем законодательстве. Уверена, учеба за границей пошла бы на пользу тем, кто планировал какую-нибудь адвокатскую практику в будущем, мне же для того чтобы взять бразды правления в МиКрейте нужно разбираться в законах нашей страны. Это, конечно, в теории, на практике же мы с отцом оба понимаем, что юрист из меня выйдет посредственный и он запихнул меня на юридический исключительно потому что это самый престижный факультет в самом престижном вузе.
— Ладно, Питер, так Питер, — легко соглашается Алена. — Мне же лучше! Это ты у нас с детства с лучшими репетиторами занималась, а мне со своим “Лондон из зэ кэпитал оф Грейт Британ” было бы тяжко. Хотя, всегда есть язык любви, верно?
Алена смеется и я непроизвольно подхватываю ее смех. В этот момент я очень ярко представляю нашу совместную жизнь в новом городе, там где мы никого не знаем и никто не знает нас. Сколько раз я представляла каково это начать все с начала? Там, где за мной не будет тянуться кровавый след из соврешенных ошибок?