Бывшие (СИ)

- Можешь.
- Если это шутка, то дерьмовая.
- Не шутка. И при Соньке так не выражайся.
Снимаю последние вафли, подкладывая в тарелку Сергею, который сидит во вчерашнем костюме. Он не думал о запасных вещах, когда мчался ко мне увидеть Соню.
- Только вещи возьми из квартиры. В одной рубашке долго не проходишь.
- Вечером съезжу и всё заберу. Ключи сдам, она больше не нужна. Или ко мне, Лиза?
- Нет, - отрезаю, - комната Сони здесь, она привыкла. И нам, что, места мало?
- Я уточнил. Чтобы потом ты не упрекнула, что всё решил сам.
- Мне нравится, когда ты всё решаешь, - улыбаюсь, чтобы в следующую секунду оказаться у Сергея на коленях, слизывая с его губ малиновый джем.
Плыву в его руках. Сгораю и оседаю пеплом под ногами Троянова. Делай, что пожелаешь. Он чувствует. Каждой клеточкой ощущает, что я сдалась, устала защищаться. Броня откинута в сторону, и я перед ним обнажённая и распластанная. Готова ко всему. Ко всем трудностям, которые нам предстоит пройти рука об руку. Только так – вдвоём против всего мира. Иначе выстоять не получится.
- Расскажешь, как вы с Семёном Владимировичем дошли до примитивного сводничества? – Мне интересны подробности цепочки, которая привела Александра Ануфьева к Арине.
- А ты знаешь, зачем он переманивал тебя к себе?
- Желал заполучить, как ценного сотрудника, который профессионально разбирается в вопросах маркетинга… - замолкаю, потому что чем больше я говорю, тем шире его хитрая улыбочка. – Разве нет?
- Он тебя в невестки хотел, Лиза. Присмотрел, как прекрасную партию своему сыну. Поэтому и переманивал, предлагая всяческого рода привилегии. Ты нужна была рядом. В «Аквамарине».
- Я? Ты сейчас серьёзно? А кто я такая, чтобы конкурировать с кандидатками подобных, например, Ольховской?
- У Ануфьева, в отличие от моего отца, совершенно другая политика партии. Он считает, что залог превосходного будущего правильно подобранные гены. Ты подходила по всем параметрам.
- И?
- И тут его ждало разочарование – я чётко дал понять, что ты моя. И предложил Арину, раз уж ему так приглянулись гены Мартыновых. - Разводит руками.
Удивлена настолько, что слова не могу произнести. Оказывается, не для всех важны капиталы и количество нулей на счёте. Остались такие, как Ануфьев – будущее превыше всего. Позиция неизменна вне зависимости от переменных и времени.
- Сказал про Макса?
- Да. Насколько могу судить, Александра это не остановило. Получил информацию принял решение, позвонил, пригласил – всё просто. Арину помню смутно, но за те три раза, что лично контактировал с твоей сестрой, почему-то решил, что с Александром они прекрасная пара.
- Обалдеть, Троянов! С каких пор ты стал сводником?
- С тех самых, как мне открыто заявили о притязаниях на тебя. И, если Арина с Александром найдут общий язык, Ануфьев станет родственником, что очень нам на руку.
- Ах, ты! Всё продумал? – Готова загрызть Сергея в его стремлении всё просчитать наперёд с выгодой.
- Нет. Клянусь. Всё получилось спонтанно. Даже не предполагал, что Ануфьев воспримет сказанное всерьёз.
- Ладно, - выдыхаю, - возможно, у Арины есть шанс стать счастливой.
- Дашь ещё вафелек?
- Сейчас.
Подскакиваю, чтобы ублажить голодного мужчину. В этот момент заходит Сонька, потирая сонные глазки и, пройдя мимо меня, подходит к Троянову, чтобы взобраться на колени.
- Вафи, - требовательный возглас и открытый рот подобно маленькому галчонку.
Сергей отламывает по небольшому кусочку, обмакивая каждый в малиновом джеме, чтобы тут же положить в рот дочери. Затем усиленно дует в кружку с чаем и даёт запить, внимательно контролируя каждый глоток.
Наблюдаю и почти не дышу. Даже звуком не желаю прервать утреннюю идиллию.
- Лиза, я что-то не то делаю? – Сергей напрягается, и на меня устремляется две пары серебристых глаз. – Скажи. Я исправлюсь.
- Просто удивительно… Ты только вчера узнал о ней, а сегодня, глядя на вас, любой бы решил, что вот так вы завтракаете каждое утро. Не спрашивай – делай, как чувствуешь.
 
И он делает. Как считает нужным. И Соня принимает всё, что Троянов готов ей дать. Даже добровольно протягивает ручки, чтобы Сергей аккуратно обтёр каждый маленький пальчик.
- Итак, на работу мы не пошли. Из-за тебя. - Указываю на Троянова. - Чем займёмся?
- Будем бездельничать. Валяться, разговаривать и смотреть мультики.
Покорно соглашаюсь. Сергей подхватывает Соньку, чтобы уже через минуту оказаться в спальне.
Сегодня нас стало трое. Сегодня мы счастливы.
  
Глава 20
 
Лиза
Троянов просто остался. С нами. В тот самый день, когда я дала согласие на его присутствие рядом со мной и Соней, забрал свои вещи и просто стал жить на одной территории. Всё просто.
Мы успокоились. Между нами перестали мелькать огненные молнии в ожидании колкой фразы и очередного резкого выпада. Напряжение сошло на нет, оставив после себя лишь сожаление о потерянном времени, которое мы могли посвятить друг другу.
К миру нас привела Соня. Один маленький человек способствовал воссоединению. Она стала тем связующим элементом, который заставил нас отбросить обиды и претензии, дать чёткое понимание, что никому не станет лучше от воспоминаний о прошлых ошибках.
Что сделано, то сделано. Колесо времени не повернуть вспять, не отмотать прожитые порознь годы в желании изменить настоящее. Так не бывает. Но есть шанс построить всё заново, с чистого листа, но уже как полноценная семья, скреплённая крепкими узами.
Троянов старается. Я вижу. Не через силу, без надрыва, с воодушевлением совершает попытки влиться в уже существующую семью, где есть я и Соня. У него получается. Осторожными шагами и продуманными движениями, идёт к намеченной цели, старается не разрушить, ворвавшись, словно ураган, а наоборот, стать частью уже построенного.
Сонька приняла его безоговорочно. Просто и неожиданно Сергей стал частью её мира, заняв в нём своё, особое место, но невероятно важное для самой Сони. Совместный завтрак, игры, просмотр мультиков, вечерние купания, сон вместе – всё способствует их сближению.
Теперь по ночам я не слышу, как Соня приходит в спальню, словно подсознательно переложила эту обязанность на Троянова. Но утром обязательно просыпаемся втроём, точнее, Сонька на Сергее, потому что он позволяет всё, не ограничивая.
Я отменила своё первое правило, поэтому почти каждый день мы срываемся друг в друга в офисе, не в силах терпеть до вечера. Но это совсем другая близость – осознанная, сладкая, всегда на грани чувств и срыва голоса до хрипоты. По-другому не можем. По-другому – это будем уже не мы.
Написала заявление на увольнение, чем невероятно удивила Варю и Карпова. Наши отношения с Трояновым не озвучены, и коллегам я не могу объяснить причины ухода. Да и сама пока не знаю. Остаётся лишь довериться Сергею и надеяться, что он всё точно рассчитал в своём стремлении утереть нос отцу.
Надо мной по-прежнему, словно острое лезвие гильотины висит проблема свадьбы Сергея. Обещал, что всё получится. Всё продумал. Не так просто разрубить отношения с единственным родным человеком, поэтому Сергей всё же попытается уладить проблему мирным способом.
А вот если не получится…
Даже боюсь представить, что последует за этим «если», если вдруг Троянов-старший почувствует неладное. Влиятельный человек, способный доставить нам массу проблем. Даже родного сына не пожалеет в желании доказать собственное превосходство. Уверена, что родная кровь не помеха, когда на кону огромные деньги.
 
Не заметила, как пролетела неделя, где мы с Трояновым вместе. Как хотели. Как требует душа и изнывающее тело. Он всё время рядом, только руку протяни, и он эту самую руку тут же зацелует.
Не можем насладиться, надышаться не можем. Болезненная необходимость в прикосновениях и объятиях присутствует постоянно. Одного колкого взгляда достаточно, чтобы вспыхнуть спичкой и не контролировать разрастающееся пламя между нами. Глубоко. Чувственно. Всегда пряно.