"Игра"-"Ловец знаний"-"Пасть". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
– Кано, а ты можешь меня научить чему-нибудь? – последовал внезапный вопрос.
– Эм… Чему? – удивился я.
– Ты же умеешь драться. Не говори, что нет. Я видел!
– Допустим, немного умею, и?
– Можешь научить? – глаза мальчика горели, и, кажется, он так просто не отстанет.
– Умеешь отжиматься?
– Это как?
М-да… Плохо дело. Я показал, как именно отжимаются. Сделал десять раз, после чего встал и махнул Волчонку рукой.
– Повтори максимум раз, который сможешь.
– Зачем?
– Ты хочешь, чтобы я тебя чему-то научил?
– Хочу! – уверенно заявил он.
– Тогда правило первое. Если я что-то говорю, сначала делаешь. Вопросы все потом. Если согласен, то вперед. Если нет… Стена заждалась меня.
– Хм…
Мальчик напрягся. Понимаю его. Если он привык быть главным в их маленькой стае, то подчиняться другому ему неприятно. Одно дело слушаться Тётушку, которая взрослая и кормит их, а другое дело слушаться такого же пацана, как и он, который к тому же здесь чуть больше недели. Я поэтому и поставил вопрос жестко, чтобы он сразу определился. Готов слушаться или нет? Если да, то это будет ещё одним маленьким шагом по его вербовке.
Зачем вербовать, спрашивается, какого-то беспризорника? Как говорил дед, всегда используй те ресурсы, что тебе доступны.
Волчонок гордыню смог унять и молча упал, после чего отжался тридцать шесть раз.
– Неплохо, – прокомментировал я. – А теперь давай приседания.
– Зачем?
Вздернутая бровь вместо ответа, и мальчик повторяет за мной приседания. Сорок пять раз.
– Что чувствуешь? – спрашиваю его.
– Руки и ноги горят, дыхание сбилось.
– Да, это нормально. Давай повтори. Твоё первое задание – когда станет тяжело, продолжить. Когда захочется бросить всё – продолжить. И продолжать до тех пор, пока не свалишься.
Проверка номер два. Насколько хватит его решимости? В нашем роду уделялось особое внимание развитию волевого аспекта. Мозг штука хитрая, часто кажется, что нет сил, задолго до того, как силы по-настоящему кончились. Как проверить? Легко. Когда отжимаешься и силы действительно кончаются, то падаешь лицом об пол. Ударился? Значит, возможно, подошел к пределу. Мягко опустился? Значит, у тебя ещё оставались силы, чтобы поберечь себя.
Дед, да и остальные тренеры рода знали много способов, где можно превзойти свой предел. Отжимания – самое простое. Бег с препятствиями, круговые бои, когда ты один против пары десятков противников, что бьются с тобой по очереди, без перерыва… Причем драться они будут вне зависимости от того, устал ты или нет. Единственное, что остановит круг, – ты отключишься. Жестко? Да. Зато потом осознаешь, насколько больше ты можешь.
Цель у этого не только физическое развитие, но и психологическое. Когда принимаешь энергию, тот объем, что можешь усвоить, во многом зависит от мышления. Сомневаешься? Кажется, что не сможешь? Думаешь, что энергии слишком много? Тогда ты труп. Дома на спарринге это простительно, а в бою?
Схему легко понять умом, но, повторюсь, мозг штука не только ленивая, но и упрямая. А инерция сознания – так вообще ужас. Можно тысячу раз сказать, что ты способен остановить собственным телом пулю, но человек внутри не поверит. А вот если его перед этим сотню раз избить, когда ему, чтобы выжить и избежать боли, хочешь не хочешь придется выходить за грань возможного… Вот здесь границы сознания и расширяются.
Почему тогда воины моего рода не становились неуязвимыми воинами? Жизнь – это не сказка. Есть ещё и физические ограничения. Мышление – основа. А вот навыки и развитость энергосистемы – техническое обеспечение этой основы. Проще говоря, без многих лет тренировок, веря в себя безгранично, ты не сможешь остановить пулю. Но и если будешь тренироваться годами, при этом не веря, – тоже не сможешь. Вот такой парадокс.
Я прогнал Волчонка через семь подходов. В итоге он и правда свалился. Последний раз пришлось его заставлять, он попытался огрызнуться, но… Я был готов, а он запыхался, как ишак, так что получил болезненный тычок в ребра и продолжил тренировку.
– Ты молодец. Я смогу тебя чему-то научить, если ты и правда готов заниматься. Теперь можешь задавать вопросы.
– Зачем? – выдавил он из себя одно слово, тяжело дыша.
– Хороший вопрос. Что же… Слушай.
Следующие полчаса я читал ему лекцию. Про развитие мышц, про волю, про свои ограничения, про важность регулярности. Волчонок слушал очень внимательно. Будь иначе, я бы не вдавался в подробные объяснения. Одним из принципов моего рода было – если ученик задает вопрос, ему нужно дать исчерпывающий ответ, да ещё и нагрузить заданием, чтобы он сам поискал информацию.
Поэтому каждый раз, когда я спрашивал что-то у деда или отца, то мог получить лекцию от пяти минут до пары часов. А потом ещё и недельное задание на чтение десятка книг, с последующей сдачей экзамена. Стоит ли говорить, что при таком подходе ты сто раз подумаешь перед тем, как что-то спросить, и сначала сам поищешь ответы?
– А драться когда будем учиться? – спросил Волчонок в итоге.
– У тебя остались силы?
– Немного… – Мне показалось или его голос дрогнул? Знал бы ты, парень, к кому попал. Я был одним из тренеров у себя в роду и парочку учеников подготовил… Хех… Так что и тебя загоняю, если не сбежишь.
– Тогда поднимайся. Покажу базовые стойки.
– А зачем? Всё-всё, молчу, – пошел он резко на попятную, когда я нахмурился.
Так мы и занимались ещё с час. Показал ему, в чем важность стойки, объяснил про устойчивость и дал задание. Под конец Волчонок был выжат как лимон и вопросов больше не задавал. На этом я закончил, мы помылись и спустились вниз.
Посмотрим, придет ли снова с желанием продолжать юный ученик. Или сбежит?
* * *Мой род был более чем обеспеченным. Но по типу деятельности я бывал в разных частях мира, в том числе в разных его экономических прослойках. Начиная от дворцов и особняков аристократии, продолжая последними трущобами.
Рынки бывают разные. На них я тоже насмотрелся в своё время. Есть современные, где всё чисто и уютно. Есть житейские, где хоть и не так красиво, зато можно найти самые вкусные овощи или мясо в городе. Есть бедные, где тусуется всякий сброд, продаются подделки, проворачиваются темные делишки и люди борются за выживание доступными способами. Поэтому было интересно взглянуть, какой рынок окажется здесь. По нему можно будет многое сказать о том месте, куда я попал.
Идти собирались все мальчики и Тётушка. Девочек оставили в доме.
– Ты с нами? – спросила женщина меня, на что я активно закивал.
– Плохо. Не боишься, что тебя узнают?
– Хм… Варианты?
– Остаться дома тебя не устраивает?
– Нет.
– Тогда нужно тебя изменить. Для начала спрятать волосы, а то они слишком шикарные, словно ты девица.
Это была правда. Грива у меня имелась что надо, и отсутствие шампуня на ней пока не сказалось. Я нашел в доме зеркало и смог себя рассмотреть в подробностях. До этого видел мальчика, бывшего владельца оккупированного тела, через наведенные образы, но это было не то. Зеркало искал, чтобы изучить себя нового. Не того парня, а именно себя в новом теле. Кажется, что ерунда… Но я всё ещё воспринимал себя диссоциированно от тела, считал его чужим, а не своим. Это могло привести к проблемам в будущем, вплоть до потери связи с реальностью. Сойду с ума, и что тогда?
Внимательно рассмотрел себя в зеркало, ощупал и постарался привыкнуть, что отныне буду видеть совсем иное отражение. Права была Тётушка. Я слишком выделялся на фоне мальчишек. Более чистый, кожа гладкая, черты лица правильные. Волосы те же… Если мальчишки поголовно носили короткие стрижки, то у меня нашлась копна густых и черных как уголь волос. К этому ещё добавлялись глаза, тоже близкие к черному цвету… Что выглядело инородно и слегка жутковато. Стоит ли говорить, что такая внешность, да на фоне мальчишек, крайне приметна. Если меня кто-то ищет, то…