"Игра"-"Ловец знаний"-"Пасть". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Мы собираемся убивать, — оскалилась Кая и куда тише добавила, — Опять вся грязная работа на нас…
В первые секунды, никто из второго отряда не воспринял наши слова всерьез. А когда до них дошло, что это не шутка, я с Каей уже развернулся и отправился встречать гостей.
— Ты ведь тоже заметил, что это дороманцы? — спросила девушка, когда остались один.
— Да, — коротко ответил я.
Была вероятность, что это случайный отряд, который прознал о наших планах и решил ограбить. Но в это верилось с трудом. Будь так, нас бы ловили максимум в сутках от лагеря, чтобы с гарантией доставить цветы. Здесь же… Нет, это больше походило на месть. Сколько дороманцы молчали, не доставляли проблем, а вон как вышло. Не забыли про нас. Ну да сами виноваты.
Укрывшись в тени деревьев, мы принялись ждать их подхода.
  
Глава 19. Конфликт интересов
 
Акар приложил руку к земле, проверяя, куда ушёл выслеживаемый ими отряд. Земля подсказала, что те совсем близко и среди них есть раненые.
— У них наверняка хорошая добыча, — подошёл к Акару его сын, Салем.
— Думай о бое, а не деньгах, — осадил его отец.
Салем родился уже на этих землях. После того как Акар перестал быть рабом, отслужил два года в страже и понял, что подняться там не получится, он ушёл в охотники. Матерью же стала местная. Из крестьянских дочерей, согласившаяся выйти за него. Она умерла десять лет назад, оставив сына на отца. Так и вышло, что они оба ходили на охоту.
Что к сегодняшнему делу не имело отношения.
— Надо ускориться, — сказал Акар отряду. — Они рядом, среди них раненые. Настигнем — и болота станут им могилой.
Члены отряда закивали. Настоящими дороманцами были только трое из них. Ещё двое — такие же сыновья. Остальные — внуки тех, кто пришёл ещё раньше.
О том, что урсувайцы захватили город и горы, весь отряд знал. Самого Акара эта новость не сильно тронула. Ушёл он так давно, что никаких родственных связей не осталось. А вот то, что накрылась торговля, которую он вёл с родиной, и то, что урсувайцы, когда закрепятся, обязательно потеснят их диаспору, беспокоило.
Как и то, что появился отряд удачливых охотников. Когда же Салем смог разузнать, что они отправились за редкой добычей, план сложился сам собой. Свести счёты с врагами родины и подзаработать. Приятное и полезное в одном флаконе. Да и приказы сотника не обсуждаются. Очень уж Гарману, тому, от чьего имени охотился Акар, не понравилось, что у его «коллеги» появилась успешная охотничья команда.
Через несколько сотен шагов Акар, найдя среди болота сухой участок земли, отодвинул свисающие ветки дерева и коснулся почвы ладонью. Это было нужно для усиления связи с внешней силой. Почувствовав, что впереди стало меньше людей, Акар нахмурился. Что-то было не так… Обернувшись, он увидел, что в отряде, который растянулся цепочкой и следовал за ним, двоих не хватает.
— Нападение! — проорал Акар и…
* * *
Они были настолько беспечны, что не заметили нашего исчезновения. Как и того, что прошли в считанных метрах от нас. Как я понял, их способности обнаружения действовали не постоянно, а как импульс, который требовалось ещё и запустить.
И который не особо сработал против тех, кто приложил все силы, чтобы спрятаться.
Среднестатистический покров для обычного человека невидим. Его можно ощупать рукой, но в этом нет смысла. Есть покровы, которые светятся или имеют узоры, но это был не случай дороманцев. Да и какая разница, если я-то как раз их защиту прекрасно вижу. Как и слабые места.
Знаками показал Кае, кого она должна взять на себя и куда бить. Это мы отдельно отрабатывали. Я находил слабые места и обозначал цели. Кая выбирала определенное таинство и разила с потрясающей эффективностью. Ну, должна была разить… Пока мы эту схему на практике не проверяли, начав тренироваться в этом мире. Ей достался второй противник с конца. Изначально я хотел его взять на себя, потому что он банально дальше, а мне проще будет до него добраться. Но потом увидел, что у последнего замыкающего защита куда крепче. Кае не хватит сил, чтобы быстро с ним разобраться. Да и небыстро тоже…
 
Скользящим шагом, двигаясь прямо по воде, я разогнался и… Сила удара напрямую зависит от скорости. А ещё от качества движения. Того самого приближения к совершенству. Движение — это не только шаги. Это всё тело, вся работа мышц, от стопы до положения пальцев, что сжимают копье. Это ритм сердца и дыхание. Это взгляд и устремленность.
Разогнавшись, я вложил весь импульс в один прокол. Он был настолько точечным, настолько малым, что грубая защита дороманца, способная выдержать таранный удар, его не заметила. Шейные позвонки превратились в труху, дороманец по инерции сделал несколько шагов и осел. С секундным запозданием второй идущий упал в тени, ушёл под воду и… Я даже пузырей не увидел. Пока остальной отряд не отдалился. Тогда да. Кая отпустила труп, и он всплыл.
Кая бросила на меня вопросительный взгляд. Показал ей, что отходим, прячемся и готовим совместную мощную атаку.
Мы успели подготовиться как раз в тот момент, когда, пройдя ещё немного, старший группы, как я его определил, коснулся земли. Дернулся, вскочил, увидел пропажу своих и закричал.
— Нападение! — раздался мощный вопль.
В таких случаях первое, что делают, — это усиливают защиту и оглядываются. Разумное поведение, не поспоришь. Но не в том случае, когда в тебя летит здоровенный темный шар, скрывающий внутри световой заряд.
Сквозь зажмуренные веки, отвернувшись, я и то разглядел вспышку. Мощно Кая вдарила. Выше головы прыгнула.
Об этом я подумал, уже начав двигаться. До отряда шагов тридцать-сорок было. До ближайшей ослепленной цели. Дороманец, вооруженный обычным деревянным щитом и мечом, выставил их перед собой и крутил, надеясь, что ему это поможет. Я зашёл ему в бок. Один удар — и копье вошло в щель между броней, пробило покров и оставило рану. Это его не убьет сразу, но задержит, отвлечет и ослабит.
Рядом пронеслась Кая. Не всех ослепило. Их она накрыла темнотой и набросилась с мечами. Какой-то худощавый парнишка, что подвернулся ей, сначала расстался с рукой, а следом и с правой ступней. Та повисла на лоскуте мяса, когда он, неуклюже падая, задрал ногу.
Я эти детали не специально выхватывал. Восприятие так обострилось, что удавалось ощущать поле боя разом, объёмно. Так-то я не смотрел на то, что Кая делает. Двигался уже к следующему противнику.
Ему удар пришёлся по глазам. И снова я не задержался, двигаясь к лидеру, тому самому, что нас выслеживал.
Только вот и он просто так дожидаться нас не хотел. Зрения он временно лишился, но это не помешало ему упасть на колени прямо в воду и опустить ладони под неё. Сухой участок земли находился совсем рядом с ним, но, ещё когда он заметил нападение, то к болоту шагнул, а потом и вовсе не в ту сторону ступил. Но, может, это и неважно было. Может, ему слой воды не мешает со стихией работать.
В тот момент, когда прямо из воды поднялось облако мокрого песка, я понял, что да, не надо. До того, как оно защитило его и спрятало, я на полной скорости врезался в мужчину. Он был крепким. Пусть и старым, но твердым, как скала. А я был тем, кто такие скалы в качестве разминки на руках вверх по стенке таскает.
Дороманца смяло, откинуло, и я пролетел прямо над ним, успев выпадом достать ещё одного…
Когда мы с Каей отступили, выжившие сбились в кучу, закрывались щитами, и пытались разобраться, где мы находимся.
— Удачно вышло, — сказала девушка. — Могли попробовать и добить всех разом.
— Не. Слишком крепкие, — покачал я головой.
Чтобы убить готового к бою противника, ещё и одним ударом, надо постараться. Практики не идиоты. Жизненно важные места они защищают в первую очередь. Поэтому бить по тем же глазам зачастую не имеет смысла. Имею в виду стандартными способами. Куда легче пробить в бок или ногу, где плотность покрова ниже и нанести рану проще. Это в тех случаях, когда не уверен, что превосходишь противника на голову.