"Игра"-"Ловец знаний"-"Пасть". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Сама Кая, пока я её слова переваривал, не выдержала и в судорогах забилась, заливаясь горькими слезами и подвывая. На актерскую игру не похоже. Сопли, слезы, тело трясет. Это скорее дикий зверь в отчаяние.
— Эй, Кая. Ты полная дура, которая ошиблась. Я не твой отец. Ты на мой возраст глянь. Я младше тебя. Как бы я тебя твоей маме заделал? Не тупи. Я думал, ты поумнее будешь.
— Хватит! — хнык-хнык, — Врать!
Никогда не слышал, чтобы слова чеканили, всхлипывая и захлебываясь.
Если прибить её, это будет актом милосердия? Как бы меня не обучали, но я не грозный убийца. От одной мысли прикончить пусть и сумасшедшую, внутри дурно становится.
— С чего ты вообще взяла, что я твой отец?
— Потому что ты не ведешь себя, как ребенок! Потому что я чую в тебе наследие отца! Хватит врать, Герцог! Ты никогда не опускался до столь примитивной лжи!
Высказав это, Кая перестала рыдать и уставилась в небо. Вырваться не пытается, взгляд пустой.
— Так и ты странная, не ведешь себя, как ребенок. То взгляды многозначительные кидаешь, то знаешь больше, чем должна знать. Я-то думал, твои взгляды — это влюбилась в меня, а оказывается, ты просто двинулась. Кая, а может ты в лесу грибы волшебные нашла? Признайся, это голоса нашептали тебе убить меня?
— Отец. Убей меня и покончим с этим. Я отказываюсь тебе служить
. — Да не нужна мне твоя служба и я не твой отец.
На это она истерично захохотала, отсмеялась секунды три и резко смех оборвала.
— Если ты не убьешь меня, то я убью тебя. Как только яд закончит действовать, наброшусь, — пообещала она.
И что с этой дурой делать? Оставить и уйти, а потом опасаться яда? Тара всякому учит. Да и без неё эта личность умеет гораздо больше. Теперь это не предположение, а факт, который надо учитывать. С другой стороны, если с ней договориться…
Мелькнувшая мысль заставила эарца внутри меня довольно потереть руки. Дочка Герцога должна знать куда больше, чем какая-то Тара, живущая на отшибе. Да и побольше, чем Сергуис. Лучше образование, лучше таинства, шире кругозор. Иначе говоря, она может стать прекрасным источником информации.
— Кая… Не знаю, как тебя по-настоящему зовут… А если я скажу, что твой отец умер? Он ведь выглядел, как древний старик? Мерзкий такой и стремный.
— Допустим… — скосила она в мою сторону глаза, а потом выдала, — Это ничего не изменит. Я тебе не верю.
— Тогда мне придется убить тебя, — вздохнул я, — Чего мне не хочется, если честно.
— Раньше ты никогда не сомневался, убивая своих детей.
— У меня нет детей. А если мои дети будут такими же тупыми и безумными, как и ты, то сбегу от них.
— Мужчина, — презрительно процедила она, вкладывая какой-то непонятный мне смысл.
— Психопатка.
— Вот! — победно воскликнула она, — Вот! Опять эти твои никому непонятные словечки! Что, папочка, поленился нормально легенду проработать?
Каюсь, грешен. Я не особо беспокоился о том, какие слова может знать мальчик из деревни, а какие нет. Не особо — это немного беспокоился. Стравил Сергиусу пару намёков, что мама у меня была образованная, у неё и нахватался. Несколько незнакомых слов это не так страшно, как то, что я его бухгалтерию веду.
С остальными не настолько плотно общался, чтобы выдать себя. Плохой я разведчик, признаю. Не думал, что на этой почве Кая в паранойю впадет.
— Ну сама подумай, — взвыл теперь уже я, — Будь я настоящим твоим Герцогом, которого до сих пор со страхом вспоминают, то сидел бы в глуши? Занимался бы по меркам герцогов ерундой?
— А какая разница, где тебе сидеть? Ты вышел за те рамки, что даёт наш наставник, — последнее слово она сказала с сарказмом.
По её меркам Сергиус так себе наставник? Как-то обидно за него.
— Зачем тогда сама тратишь на него время? Если назначила меня отцом, так и бежала бы подальше.
— От тебя нигде не скрыться. Только смерть нас разлучит.
— Чокнутая. Не твой я отец, не твой
— Докажи, — потребовала она.
— Как? Ты никакие аргументы не принимаешь.
— Клятва на крови. — её глаза блеснули.
Я заметил, как начали подрагивать её руки. Яд ослабевает.
 
Парализатор не блокировал голосовые связки, чтобы жертва могла кричать побольше, когда её жрут. Удобно. Для меня. Не для жертвы, которую жрут.
— Это что ещё такое? — я никогда не слышал это понятие.
Сама концепция ясна, но почему мне кажется, что за этим стоит что-то большее?
— Ты знаешь. — посмотрела Кая зло.
— Давай на секундочку представим, что ничего я не знаю, что я не твой отец и нам надо с тобой как-то пройти этот этап, чтобы избежать лишних убийств.
— Да сколько можно играть, — снова взывала она.
Да так, что тело дугой изогнулось. Я прижал её к земле и ещё раз ножом по ноге чиркнул.
— Прости, но без этого никак.
— Ты даже извиняться научился, чтобы обмануть меня? — обидно рассмеялась Кая.
— Какая же ты дура…
— А вот оскорбления никуда не делись.
— Это не оскорбление. Это факт.
— Отец так же говорил.
Безумная. Она точно безумная. А ещё ценный источник информации, который не хочется убивать. Ох уж эти дилеммы. Дам ей шанс, но если не договоримся, то… Найду в себе силы добить её. Чтобы сама не мучилась, и чтобы самому не мучаться.
— Так что за клятва-то? Давай без этого, — взмахнул я рукой. — Кончай истерить и отвечай нормально.
— Я знаю, что ты уже научился использовать внутреннюю энергию. Что без наставника, объяснений и врожденного таланта невозможно.
Сергиус нас пока не обучал работе с внутренней энергией, поэтому её замечание и правда было камнем на чаше весов за то, что я не тот, за кого себя выдаю.
— Ближе к делу.
— Порежь ладонь, влей энергию в кровь и поклянись, что ты не мой отец.
— А что будет, если я твой отец?
— Почти ничего, — зловеще усмехнулась она, — Твоя кровь испортится. Так как ты пока слаб, то не умрешь, но шанс на восхождение потеряешь.
— Нет, ты точно спятила. Не буду я так рисковать. Вдруг ты меня обмануть хочешь.
— Единственный лжец здесь — это ты.
— Ой, да ладно. А не ты ли утверждаешь, что дочка герцога? Может и дочка. Только тело то не твоё.
Её глаза победно расширились.
— Так значит ты и правда другое тело занял, — выпучила она глаза, найдя в моих словах доказательство, что я её папаша. В голосе звучали и ужас, и восхищение.
— Это мы с тобой обсудим, когда ты убедишься, что я не твой отец. Клятва неприемлема.
Хотя бы потому что какая-то частичка её отца и правда живет внутри меня. Она иногда давала о себе знать. Сейчас тоже дала. Всколыхнулось что-то, когда Кая заявила, что я её отец. Что-то не очень сильное, что и разобрать сложно.
— Придумай что-то другое.
— Хорошо, — внезапно Кая полностью успокоилась, — Поцелуй меня. В губы. Отец ненавидел прикосновения и был ещё тем ненавистником нежностей и ласк. Гребанный садист. Поцелуй меня и я поверю, что ты не мой отец. Того бы стошнило от одной мысли поцеловать свою дочь, как женщину.
— Какая ты женщина? — фыркнул я, — Тебе десять лет.
— Ещё скажи, что тебе восемь. Либо поцелуй, Эрано-Гранд, либо убей меня прямо сейчас, потому что клянусь, я тебя прикончу.
И за что мне это чудо?
  
Глава 14. Поцелуй
 
Поцеловать грязную, обгоревшую, психованную деву, которая ночью пыталась меня убить — такого испытания в хрониках ловцов знаний ещё не было.
Но что может быть проще?
Наклонившись, я дал Кае осознать, что сейчас произойдет и… поцеловал её в губы. С таким же успехом мог бы глыбу льда поцеловать.
Жаль, что я не предусмотрел дальнейшего. Глыба льда несколько секунд лежала неподвижно, а потом ответила на поцелуй. Получилось пусть и криво, не очень удобно целовать девушку, когда она валяется связанной, но зато вполне по взрослому.
А потом эта дура вцепилась мне зубами в губу и врезала кулаком в бок. Не очень удачно, удара я почти не ощутил. Совсем уж не расслаблялся. Женщины они такие… Чего угодно от них ожидать стоит.