Хронос (СИ)

— Проклятье! Серьёзно?
— Видимо, да. И, похоже, мы тоже будем участвовать в снятии этого проклятья, — тяжело вздохнул братец. — Лучше бы мы остались у оазиса.
— Чему быть, того не миновать, — изрекла сестра. — Кстати, как зовут-то наших спасителей?
— Зовут? Этот, что с нами сидел, Неру, а его дружок Азибо. Странные имена.
— Понятно. Хм, похоже, уже пора спать, — сказала она, видя, как оба египтянина готовили лавки ко сну.
— Ага, завтра, наверное, будем обсуждать план революции, — решил пошутить Тим, но добавить смешок в голос у него не получилось. Перспектива нападения на дворец с хорошо вооружёнными людьми его вовсе не радовала.
— Ну, раз так, то давай готовиться, — проговорила сестренка, положив руку на плечо брата. А делать особо было и нечего, встряхнуть пыльную ткань на лавке — это все, что было необходимо сделать. Лавку Тим уступил сестре, решив спать на голом полу. Все равно температура ночью понижалась не настолько сильно, так что одну ночку можно и так, подумал он, но когда он уже хотел, было, лечь, его дернул за плечо Азибо, и протянул еще один кусок ткани.
— Спасибо, — поблагодарил парень хозяина, и постелил ее на землю. Вскоре, когда солнце полностью скрылось за домами, погрузив округу в темень, египтяне легли на свои места, и стали мирно посапывать. Так же поступили и наши герои, но в отличие от сестры, которая уже через пару минут спала крепким сном, ее брат не мог уснуть. Он все ожидал, что откуда нибудь выйдут стражи и отправят их вновь в темницу под злобный смех Неру и бородача, которые провели доверчивых родственников. Но ничего подобного не случилось. Неру с Азибо тихо спали, и потому Тим решил чуть отдохнуть, и почти сразу же провалился в сон. А тем временем во дворце фараона, носилась стража в поисках беглецов.
  
Глава 5
 
— Вы нашли их? — властно спросил жрец у одного из воинов.
— Нет, во дворце их нет, но мы продолжаем искать их в ближайших районах, — ответил темному жрецу предводитель стражи.
— Не стоит этого делать, — прервал воина Имхотеп. — Если люди узнают, что из дворца кто-то смог сбежать, то тогда сразу же все воры и убийцы будут искать выход из темницы. Но все же патрули выпускайте чаще, и любого подозрительного человека тут же берите под стражу.
— Да, о, великий жрец, — кивнул воин и удалился из его покоев. Какие же вы глупцы, думал Имхотеп. После того, как он заключил сделку с Анубисом, тот сразу потребовал от жреца жертв, и тому пришлось дать их ему. И теперь стражники, пусть и были в его власти, и стали чувствовать гораздо меньше боли, но из-за неимения души стали глупы, и медлительны, почти не имея возможности самостоятельно действовать. Зачем Анубису нужны были эти души, Имхотеп не знал, и ему было плевать. Он знал, что когда подойдет время проклятья, душа фараона отправится к владыке тьмы, и он, великий жрец Имхотеп, сможет занять место правителя Египта. И тогда произойдёт переворот, думал жрец, смотря из своего окна на бедные районы города, в которых бедняки с уходом солнца сразу ложились спать, за неимением способа поддерживать свет в своих домах.
Разбудил Тимофея его новый друг и спаситель Неру. Открыв глаза, он увидел стоящего перед ним египтянина, который то и дело толкал его плечо босой ногой.
— Вставай, хватит спать, — сказал он, на что Тим обреченно вздохнул, встал, и быстро размялся, чтобы прогнать остатки сна. Лика, уже проснувшись, сидела и что-то перебирала в двух небольших глиняных мисках. Посмотрев на это, Тим понял, что это было пшено.
— Неру, а можно что-нибудь поесть? — спросил Тимофей.
— Да, сейчас Азибо принесет еду, — ответил египтянин. — После того, как поедим, начнем обсуждать план дальнейших действий.
— Понял, — кивнул Тима. Ждать египтянина пришлось недолго. Минут через десять он явился чуть запыхавшийся, со стопкой небольших сероватых лепешек и каким-то кувшином.
— Вот, ешьте, — проговорил он и протянул каждому по лепешке. Откусив кусок, Тим почувствовал сырое тесто, которое тут же прилипло к его зубам. Но зато лепешка была щедро присыпана перцем, и запивал он ее из кувшина, как оказалось, с пшеничным пивом. Позавтракав, Неру, Азибо, Тим и его сестра сели на землю и принялись обсуждать будущие действия.
 
— Так в чем же заключается ваша цель? Как вы хотите избавить фараона от проклятья? — спросил Тима на латыни.
— Единственный способ разрушить проклятье, это убить жреца, так как он проводник между миром живых и миром мертвых, — ответил Неру. — Потому нам необходимо подобраться к нему как можно ближе и нанести удар. Но действовать надо быстро, поскольку я не знаю, когда проклятье, наложенное на фараона, должно исполниться.
— Хм, теперь понятно, — проговорил парень и перевел все сказанное своей сестре.
— Слушай, а откуда они про все это знают? — задала здравый вопрос Лика.
— Верно, сейчас спрошу, — кивнул Тимофей и повернулся к египтянам. — А откуда вы всё это знаете? — спросил Тим, на что Неру с Азибо посмотрели друг на друга. По их лицам было понятно, что они не хотели рассказывать, но понимали, что в противном случае парень, скорее всего, может сглупить, или вообще предать их.
— К моему старшему брату после тяжелой болезни явился бог Осирис и рассказал, что Анубис сошел с ума и решил заполучить души всех египетских мужчин. Наверняка, чтобы свергнуть бога Ра, — со злостью в голосе проговорил Неру. Похоже, для него эти слова про богов действительно важны, подумал парень. После тяжелой болезни, значит, бога увидел, да? Попали.
— Но ты не можешь знать, что он сделал это именно для убийства фараона. Где твой брат? Может он что-то забыл сказать, — спросил Тима и увидел, как сразу же потускнел Неру. Если до этого он был уверенный и веселый, по крайней мере, радостный, то теперь было видно, что он о чем-то скорбит и жалеет.
— Его убили. Как только он рассказал мне о том, что к нему явился сам бог Осирис, то я поспешил рассказать это одному из жрецов храма. Тот, выслушав меня, сказал, что пусть мой брат приходит и расскажет всё ему лично. Но когда я вернулся домой, то увидел лишь выбитую дверь и плачущую мать, стоящую на коленях около мертвого тела брата, — проговорил Неру. В его тихом голосе Тимофей почувствовал ненависть, которую он яростно желал выместить на ком-нибудь, и он выбрал на эту роль Имхотепа. — Оказалось, что пока я шёл домой, туда явились солдаты и убили моего брата, сказав, что он украл у одного из торговцев дорогие ткани. Но это неправда! — уверенно воскликнул египтянин. — Мой брат никогда бы не украл, и не был вором, он был самым честным человеком. Он чтил богов, и потому никогда не крал. Это все тот жрец.
— Но причем тут Имхотеп? — спросил парень.
— Только у него бы хватило подлости и злобы, чтобы отдать приказ убить моего брата. Все, хватит, я не хочу более это обсуждать, — заявил он.
— Ладно, хорошо, — кивнул Тимофей, решив больше не наступать на больную мозоль. — Но если мы решили убить Имхотепа, то нам необходимо как-то подобраться к нему. Он выходит из дворца фараона?
— Нет, — покачал головой Азибо. Он никогда не выходит из него.
— Ясно. Тогда нам нужно как-то пробраться в сам дворец.
— У нас уже есть план, — ответил Неру, чуть успокоившись. — Азибо соберет людей. Приход к власти Имхотепа будет бедой для всего Египта. Его желание править позволяет ему делать ужасные вещи, и я не знаю, что будет, когда он придёт к власти. Но я уверен, что ничего хорошего. Так же думают и многие другие люди, и потому они будут готовы пойти с нами к одним из ворот дворца. Вооружить мы их не сможем хорошо, но главное — это дух, и помощь богов. И тогда, когда мы прорвемся во дворец, я найду и убью Имхотепа, — ясно и четко произнес Неру. Слушая все это, Тим одновременно поражался их вере в какие-то рассказы больного парня, и также поражался, до чего они готовы дойти. Такой план подразумевал смерть многих, ведь стражи не отступят, они будут бить и рубить, и далеко не факт, что мятежники смогут прорваться внутрь.