Хронос (СИ)

— Ну что ж, придется довольствоваться вами, — произнес он. Ярость битвы все еще была в нем, и он повернулся ко всем еще сражавшимся смертным. Их число сильно поубавилось, и если в начале битвы их были десятки тысяч, то теперь их остались всего лишь тысячи. Подозвав своего верного коня, Арес с легкостью вскочил на него и схватил длинное копье. Первые же противники с криками ужаса понеслись прочь, бросив оружие, но лишь от одного присутствия бога войны их разрывало на куски, вздымая кровь вверх, словно фонтаны, которые орошали поле битвы богов, которое уже и так было пропитано кровью смертных и бессмертных.
******
Вернемся к нашим героям.
Выронив мешок с зерном, Тим упал на чуть подгнивший пол сарая, и часто задышал.
— Что это было? — только и смог проговорить парень. Рубаха, в которую он был одет, вся взмокла от пробившего пота. Что это за фигня была?! — спрашивал он себя. «Оракул!» — промелькнуло у него в голове, и он взялся за оплетший его шею медный медальон. Тронув его, Тим внезапно почувствовал холод.
— Ты чего расселся? Все нормально? — спросила проходящая мимо бабушка Агафья.
— Нормально, нормально. Так, запнулся, — протараторил Тимофей, на что старая женщина лишь возмущенно заворчала, и ушла прочь.
— Что ты такое? — спросил Тимофей, держась за постепенно нагревавшийся медальон. Похоже, ты и есть источник видений того оракула, подумал Тим, вспоминая то, как этот медальон, словно живой, вскарабкался по нему, и оплел его шею, соединившись в цельное кольцо из меди. С трудом встав с пола, Тимофей, чуть взбодрившись, попытался выкинуть эти видения из своей головы, но те образы крови и ярости царящего на поле боя не могли просто взять и исчезнуть, то и дело, вставая у него перед глазами, отчего он покрывался холодным потом. Когда день подходил к концу, парень, уставший от работы за день, и все еще не придя в себя после увиденной битвы, вышел из сарая и пошел к колодцу, чтобы умыться, но тут его поймал один из солдат.
— Парень, давай за мной, сержант вызывает!
— И меня тоже? — удивился Тимофей.
— Да, всех мужиков вызывает к себе на собрание. Так что пошли быстрей, — произнес он.
— Леха, но я же руки даже не помыл.
— Хватит вести себя как девочка, давай, потом рожу намылишь, — быстро проговорил солдат, и оба парня побежали к одному из домов, который не отличался от других, но это было только снаружи. Внутри располагался главный штаб местного объединения красноармейцев, в котором и проводились все собрания, и связь с высшим начальством. Пройдя в дом, и сняв обувь, Леша и Тим вошли в комнату к сержанту.
— Ну вот, все в сборе, — проговорил он. Тим посмотрел вокруг и заметил, что, действительно, почти весь десяток мужиков, что был тут в деревне, собрался в этой комнате, разве что не было еще пары людей, которые, как он мог догадаться, несли караул, ведь фашисты не спят. Парень также приметил, что раненые Илья и Вова, которые вернулись в деревню днём, спокойно сидели на стульях у одной из стен и были готовы внимательно слушать сержанта Афанасия, который начал говорить речь:
— Итак, я вас собрал, поскольку Илья и Владимир принесли ценнейшую информацию о передвижениях фашистских подразделений в местном лесу. Также мне пришел приказ об установке специального оборудования в заданном квадрате, потому завтра на рассвете в шесть часов утра, выдвигаемся в лес. Пробираемся как можно более незаметно к нужной местности, устанавливаем оборудование и быстро уходим, заметая за собой следы, чтобы наемники Гитлера не смогли его заметить.
— Товарищ сержант, а если мы их по пути встретим? — спросил какой — то солдат.
— Тогда они получат такую звезду, что им и не снилось, — не сомневаясь в своих словах, ответил Афанасий, с чем все были согласны, и не думали спорить. — Еще вопросы? — и тут поднял руку Тим.
— О, наш путешественник, ну что, в будущем уже был? Мы победили?
— Конечно, товарищ сержант, в сорок пятом, — уверенно заявил парень.
— Но вопрос мой не об этом. Я тоже, получается, иду с вами?
 
— Ну да, или ты за день девчулей стал? — спросил с усмешкой Афанасий.
— Нет, просто у меня же нет никакого военного опыта, — проговорил Тим, решив пока что умолчать о своей службе в армии. Тимофей не знал, как все правильно сказать, да и сержант всё ещё ему не доверял. — Я же буду только мешаться там.
— Ничего, не помешаешь, мы тебя научим, — ответил серьёзно тот, давая понять, что разговор окончен. — Еще вопросы? Нет? А раз так, то идите ужинать и спать. Завтра много работы. Разойтись! А вот вас, Иван Петров и тебя, Владимир, я попрошу остаться. Надо еще кое-что обсудить, — скомандовал он, и почти все находящиеся в комнате подорвались с места.
Выйдя из дома, люди направились в другой дом, в котором располагалась кухня. Быстро поужинав гречневой кашей, Тим вышел из дома и вдохнул ночной воздух. Осмотревшись по сторонам, он решил пока что повременить с домом и сном, захотев подышать холодным воздухом, надеясь прочистить голову. Обойдя пару домов, он вышел к одному из пустующих строений, и, подойдя к поленнице, достал один из кусков дерева пошире, чтобы понадежнее поставить его на покрытую желтоватой травой землю, и, сев на него, стал смотреть на ночное небо. Освещаемое светом луны, оно было черно — синего цвета. То и дело проплывавшие на фоне спутника Земли тучки освещались серебряным светом, красиво сверкая в его лучах.
  
Глава 23
 
Пока он смотрел на все это, тревожные мысли не отпускали, а без остановки преследовали Тимофея.
— Тима, — шёпотом сказал кто-то сзади.
— Кто здесь?! — вздрогнул парень и повернулся назад. Это оказалась Анна.
— Анна, что ты тут делаешь? — удивлённо спросил он.
— Да я просто видела, что ты куда-то идешь, вот и решила посмотреть, куда, — ответила она, подсев к Тимофею.
— Да я просто решил подумать, — проговорил он.
— О чем? — спросила она. Посмотрев на нее, Тим не увидел печали, что убивала его, и той ярости, что бушевала в нем. Лишь заботу, и желание помочь вперемешку, и, как показалось парню, даже любовь.
— Сегодня, — начал парень… — Сегодня… в общем, помнишь видения, которые нам показывал Оракул?
— Конечно! Все еще не могу даже толком спать по ночам. Боги, война, это… это уж точно бред какой-то, — сказала девушка.
— Ага, только вот я сегодня снова видел этот бред.
— Что? — непонимающе произнесла Анна.
— Сегодня днем, когда я работал, все словно замерло, а свет пропал. Я падал во тьме, но внезапно я увидел битву, — проговорил он. — Это была битва… я… я даже не знаю, как это описать. Столько крови было, столько пепла сожжённой плоти витало в воздухе, и над всем этим возвышались сражающиеся меж собой боги. Они метали молнии, падали с небес, а средь них, словно муравьи, бились люди, разрывая глотки друг другу. Это было ужасно, — произнес он, и тут же его голос дрогнул. Анна положила руку ему на плечо.
— Тима все будет хорошо. Это всего лишь видение, и ничего более. Всего лишь видение. Это пройдёт.
— Пройдет? Ни черта не пройдет! — заявил он. — Это длится уже почти месяц. Изо дня в день, изо дня в день мне приходиться проходить через такое. Стражники Египта, индейцы майя, террористы будущего, ядовитые твари, а теперь еще и боги. Чёртовы боги! Ты хоть понимаешь, что это значит!? — спросил он Анну, и на его глазах появились слезы. — Все!!! Все, что мы знаем, было ложью!! Все, от начала и до конца! Нет ничего настоящего! Боги средь небес воюют и рвут друг друга, убивая миллионы людей. И с этим я ничего не могу поделать! Ты даже не представляешь, каково это, просто стоять и смотреть. Смотреть на то, как кожа сгорает на людях живьем, как их внутренности развеваются по ветру. И знаешь, что тут самое страшное? То, что ты выжил, ты жив, а они нет! И тебе лишь остаётся бежать и бежать, скрываться и прятаться, и ты даже не знаешь, во что верить?! Кто говорит правду!?! Зевс? Один?! Во что теперь нам верить? Во что? — говорил он, и слезы катились по его щекам. Анна же, смотря на все это, нежно обняла его, еле сдерживая слезы.