Двери лабиринтов (СИ)

— Хён тоже не проходил. — Засмеялась Хайла.
— Но это не помешало ему уделать двух неофитов, которые станут через несколько дней послушниками. — С легкой обидой в голосе протянула Эрда.
На следующее утро всё опять пошло не по тому сценарию, к которому нас приучали.
После первого забега по лесу нас не загнали на малый полигон, а направили за стрельбища, где расположилась незнакомая для нас площадка.
Там нас построили в линию, а перед нами стоял наш инструктор Эльваг, к которому приближалась та самая эльфийка, которая швырнула в меня яблоком.
— Это Авин, — прошептала распираемая от радости Хайла. — Наконец она прибыла в Намилмэлос.
— Эльваг, — обратилась она к эльфу, подойдя к нему. — Как обстоят дела с твоей группой?
Наш инструктор подобрался, и с гордостью в голосе ответил:
— Всё движется ровно, как и должно. Все неофиты показывают на данный момент хорошие показатели, а некоторые даже их опережают.
— В чём это проявляется? — Косо посматривала на нас эльфийка.
Эльваг ещё больше выпятил грудь, и ещё с большей гордостью в голосе произнёс:
— Пятеро уже на пороге первой ступени, а также в моей группе есть кандидат на звание сильнейшего рукопашного воина среди всех неофитов. Он уже победил неофита первой ступени, притом, когда он находился под покровом невидимости.
Авин удивлённо посмотрела на Эльвага, а потом на нашу шеренгу.
— Верится с трудом, — скривилась она. — Пусть выйдет из строя.
— Хён! — прикрикнул инструктор. — Два шага вперед.
Я на деревянных ногах, сделал два больших шага вперёд, и почувствовал на себе взгляды всех присутствующих, от чего мне стало слегка не уютно.
Авин склонив голову набок, упёрлась в меня взглядом, а кончики её губ дрогнули, словно от недовольства.
— То есть Эльваг, ты хочешь мне сказать, что человек является по твоему разумению лучшим бойцом среди неофитов?
— Да. Так и есть. — Уже слегка неуверенно произнёс эльф под взглядом Авин.
— Ну, давай проверим правдивость твоих слов, — хищно улыбнулась эльфийка, отстегнув дорожный плащ, который упал к её ногам, а она осталась стоять в дорожном костюме, который был покрыт частичной бронёй. — Проведём лёгкий бой.
Я, как и все находящиеся сейчас тут личности, опешил от таких слов, а через пару секунд уже стоял напротив испепеляющий меня взглядом эльфийки.
— Бой! — выкрикнул, предательски сорвавшись на хрип Эльваг, а Авин в то же мгновение рванула в атаку.
Я же только и успел блокировать удар ногой с боку, после чего сместился в сторону, уходя от удара кулаком в лицо.
Скорость, с которой двигалась эльфийка, была куда выше, чем у неофитов этого места, и что-то мне подсказывала, это был не конечный показатель.
И вновь связка ударов кулаками от эльфийки была блокирована мной, после которых, я перешёл в атаку.
Резко уйдя в сторону, я нанёс удар голенью под колено эльфийке, и с разворота не прекращая своего движения по окружности, врезал ей в живот ногой с разворота.
Удар прошёл точно в цель, от чего Авин отлетела на пару шагов от меня, а через мгновение вновь яростно бросилась в бой.
На меня посыпался просто шквал ударов уже на более высокой скорости, от чего мне пришлось то и дело маневрировать, и уклонятся, а также разрывать дистанцию, так как я уже начинал не успевать за темпом навязанного мне боя.
Поднырнув под очередным крючковым ударом эльфийки, я резко сблизился с ней и, заведя одну из своих ног за её ноги, буквально протаранил её локтем в бок, заваливая Авин при этом на землю.
Эльфийка не устояла, и грохнулась передо мной. Я же по инерции хотел занять положение сверху, прижав её к земле, но вместо этого, услышал дикий крик, а потом земля ушла у меня из-под ног.
Когда я пришёл в себя, то на меня сверху вниз смотрела эльфийка, а также Эльваг.
— С этого дня неофит, — сурово произнесла, улыбаясь при этом Авин. — Ты будешь проходить обучение под моим руководством.
  
Глава 4. Намилмэлос. Часть 3. Ростки силы.
  
Я бежал по лесу, урывками кидая взгляды по сторонам.
Очередной слабо доносившийся хруст сломавшейся ветки, заставлял меня двигаться ещё быстрее и проворнее.
Уже скоро зайдёт солнце, и погрузит лесную чащу в темноту. Однако до этого времени, надо тщательнее скрываться от преследователей.
Почувствовав на себе прицел лука, я резко изменил траекторию бега, а в метре от меня просвистела стрела.
Я же скрутившись корпусом в направлении, откуда был произведён выстрел, быстро натянул тетиву, и выпустил стрелу из положения стоял на одном колене.
И снова бег, постоянно меняя траекторию своего движения.
Всё было б проще, если бы мишеням, таким как я, разрешалось пользоваться невидимостью, но это было запрещено.
Я не знал, сколько осталось в строю первобранцев, после двух часовой охоты на нас, в которой участвовали все неофиты, которые прошли двухнедельное первичное обучение.
Также в этом принимали участие младшие инструктора, которые не только следили за тем, чтобы мы не нарушали устой правил, но и могли сами поразвлечься, охотясь на нас.
Почувствовав впереди движение, я будто серая тень, ловкими движениями ушёл в сторону и за считанные секунды, словно заправский акробат забрался на дерево и схоронился в густой кроне, после чего отработанным уже до автоматизма движением, достал из колчана стрелу, готовясь поразить приближающуюся цель.
Лук натянулся готовый к выстрелу, а я криво улыбнулся сам себе.
Как же всё изменилось в моей жизни, за прожитые три надели после перевода меня под начало Авин.
Я и подумать не мог, что смогу вытворять такие вещи, которые сейчас после жёстких издевательских тренировок, суровой наставницы, давались мне, словно естественное умения как ходьба или дыхание.
Однако это сейчас, а три недели назад, когда начались мои занятия, я думал, что это всё выполнить нереально.
Первый день моего нового учебного плана начался с того, что я как обычно побежал наматывать километры по лесной местности, вместе со своим отрядом, и только перед медитацией меня выдернули в другую группу, собранную как я понял из неофитов разных отрядов, и вот с этого всё и началось.
Теперь медитация стала на целый час больше, и при ней нельзя было шевелиться, или открывать глаза. Если неофит всё же нарушал запрет, в него сразу же стреляли из лука. Однако используя при этом стрелу, вместо острая которой, был круглый тканевый набалдашник, набитый песком и щебнем.
Так же дым, который мы вдыхали при духовных практиках, стал более едок и резок, от чего ко второму часу медитации, можно было перестать чувствовать себя, а также пространство и время.
После такой долгой практики, нас сразу загнали на незнакомый мне полигон с подобием малой полосы препятствий.
Однако вместо прохождения полосы, нам сказали бежать и уворачиваться от стрел, после чего несколько младших инструкторов открыли по нам стрельбу.
Стрелы, которые использовал младший инструкторский состав, были схожи с теми, что были на медитации, но за малым исключением. Оттуда убрали песок и набили, какими-то ягодами, вперемешку со щебнем.
Если такая стрела попадала по неофиту, то от удара ягоды лопались и мялись, крася одежду бедолаги ярко красным соком, а также оставляли огромные синяки.
Я бегал по полигону, словно загнанный собаками дикий зверь, и как только я не старался угадывать, кто выстрелит в меня, или в какую часть меня полетит стрела, за полчаса такого занятия, большая часть моего тела покрылась синяками, а одежда липкими пятнами от сока ягод.
Однако не я один был таким невезучим. Все остальные были практически в таком же состоянии, что и я, а некоторые даже куда в более плачевном состоянии.
После такой ужасающей тренировки, нас сразу погнали на малую полосу препятствий, где также за каждую погрешность можно было словить стрелу с песком и щебнем, от чего прохождение полосы усложнялось ещё и тем, что теперь приходилось уворачиваться от стрел.