Двери лабиринтов (СИ)

Вроде бы оно было неразрывно со мной, а вроде и нет, и напоминало стояние в воде по пояс. Где ты в воде вроде становишься её частью, так как находишься в ней, а вроде и отдельно от воды, которая вокруг тебя.
Почесав затылок, я мысленно призвал своих легионеров, и открыл род от удивления, так как вкруг меня на песке в завихрениях сизого дыма который шёл из клякс, походящих на порталы, явили себя все мои воины.
Я же отойдя от слегка изменённого появления легионеров, призвал лук и стрелы, после чего быстро закрепил колчан на спине, и произнёс, смотря на своё маленькое воинство:
— Ну, давайте исследуем, место, куда меня закинуло.
Около часа мы шли по пустыне в направлении города на горизонте, который даже на метр не стал ближе к нам за это время.
Зато теперь нам на пути попадались обломки камней, походящие то на колонны, то на части стен, а где и вовсе напоминали смутно фигуры, высеченные в каменных плитах.
Тут в отличие от всех системных данжей, которые я прошёл, светило двигалось практически как земное, меняя своё положение на небосклоне. 
Спустившись с очередного бархана, я увидел в отдалении торчащий из песка колодец, за которым всюду виднелись практически погребенные под толщей песка развалены. 
Время тут шло к закату, от чего, эта местность покрывалась тенями, которые словно подчёркивали странную красоту этого места.
Меньше чем за минуту я дошёл до колодца, и хотел было посмотреть в него, как мои глаза уловили движение, а тело само дёрнулось назад под фонтаны песка, которые ударили повсюду.
Применив отскок, я моментально отлетел от колодца, при этом выхватывая стрелу из колчана, наложив её на тетиву под звон стали начинающегося боя, в который уже вступили мои легионеры с неизвестными врагами.
Мои ноги ещё только касались песка, а я уже спустил стрелу в полёт в высокую фигуру в накидке с капюшоном, которая как раз появилась из колодца, сжимая кривые кинжалы больше походившие на ятаганы.
Стрела со свистом преодолела разделяющее нас расстояние, и воткнулась в грудь неизвестного мне монстра, после чего он взвыл волком, и рванул к ближайшему своему собрату, который сейчас, ловко крутя кинжалы, пытался достать Гаала, который не уступал врагу не в силе, не в ловкости, совершая финты своим копьём.
Выхватив ещё одну стрелу, я тут же пустил её в этого же врага, и не глядя, попал ли я в него, выхватил следующую стрелу, целясь уже в одного из двух врагов, которые насели на Заала.
И вновь раненый стрелой монстр от дикой ярости, напал на своего собрата, от чего Заал не упустил момент и порешил обоих точными ударами кинжалов в горла врагов.
У гномов же всё шло относительно гладко, они, закрываясь щитами, выстроили заслон, и бодро контратаковали, не подставляясь почём зря, и даже уже смогли уничтожить двух из четырех врагов, порубив их своими огромными тяжелыми топорами. 
А через пару мгновений Архи, которые расправились со своими оппонентами, влетели в спины двум оставшимся монстрам, и завершили бой, который так внезапно начался. 
Отозвав лук, и призвав кинжал насмешки, я неспешно двинулся к самому ближнему мне убитому монстру и, встав над ним, готовый в любую секунду, если потребуется, отразить предсмертную атаку врага, стал его рассматривать. 
— Как ты на Эфеса похож. — Протянул я вслух чуть слышно.
А монстр был и в правду похож на ассасина хаоса. Вот только наряд слегка отличался, да и оружие, а так в принципе, если в лицо закрытое по нос платком, не всматриваться, то издалека и не различишь.
Та же накидка с капюшоном, такие же штаны и сапоги, и даже кираса выглядела похожей.
Напрягая глаза, я призвал окно распознания, и мне пришлось вновь удивляться.
— «Ассасин города песков». — Гласило табло, и больше ровным счётам не дало ни малейшей информации.
— Тебя что даже призвать нельзя? — Наморщил я лоб в удивлении, развеял я табло, умеющее распознавать всё и вся.
Присев, всё ещё будучи на стороже, над телом ассасина, под которым был окровавленный песок, я кончиком ножа, подцепил платок, и сдёрнул его вниз, смотря на полу человеческое полу непонятно какое лицо монстра, чьи глаза были широко открыты, а взгляд стеклянный и безжизненный. 
 
Вдоволь рассмотрев черты лица словно и не монстра вовсе, я осознал, что меня одолевает странное чувство тяжести, которое словно шло от мёртвых тел ко мне невидимыми глазу нитями. 
— Это что ещё за дела? — Встал я с корточек, окидывая взглядом, мёртвые тела поверженных врагов над которыми стояли мои воины, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. 
И чем больше я прислушивался к себе, тем больше приходило понимание, что тяжесть, которая шла от поверженных ассасинов ко мне, была ничем иным как знаком, что я могу их призвать под свой контроль.
Однако как это могло быть правдой? Ведь всех своих легионеров я призывал исключительно через экран системы, а сейчас просто стоя рядом с телами, чувствовал, что могу сделать это и без её помощи. 
— Восемь тел, — протянул я, смотря на валяющиеся фигуры на песке. — Да у меня на вас всех маны ни хватит. Да и какой у вас уровень я не знаю. 
Время шло, а я всё стоял и смотрел на поверженных врагов, под заходящее солнце, уступающее своё право сумеркам. 
— Ладно, — хмыкнул я, указав кинжалом в правой руке на убитого воина пустыни. — Проверим. Призыв! — Громко произнёс я.
В ту же секунду, моё тело дёрнулось и словно на секунду стало абсолютно холодным как кусок льда, а все восемь тел закрутились в серо-чёрной дымке, которая начала сочится из их тел, а тела воинов дёрнулись, после чего все восемь ассасинов поднялись в полный рост, склоняя передо мной головы. 
Я от удивления слегка приоткрыл рот, и перевёл взгляд на блеклые шкалы жизни и маны над правым глазом, и удивился ещё больше. 
Мана не просела ни на одну единицу, что вызвало у меня полное недоумение.
Переведя взгляд вновь на ассасинов, я вызвал распознание своей новой марионетки.
— «Ассасин песчаного города. Легионер. Звание в легионе на текущий момент: солдат»
Я прочитав данные по ассасину, посмотрел поверх уведомления на воина и, прикусив губу, почесал затылок.
— А где уровень и прочее? — Словно спросил я как ассасина, так и себя самого.
От моих дум меня отвлек зуд в области метки лабиринтов, который внезапно появился ни с того не с сего. Я же оттянув край кожаной кирасы, посмотрел на саму метку, на которой одна из чёрточек, стала окрашена в красный цвет, и постепенно, как мне показалось с верхнего края бледнела, приобретая вновь чёрный оттенок. 
— Да что тут вообще происходит? — Взвыл я в голос, поднимая глаза в небо.
Я сидел на массивной поваленной колонне, которая выступала из песка на половину, поджав к себе одно колено, на которое положил свою руку, и смотрел на место былой битвы.
Сейчас я находился на былой, как я понял, центральной площади весьма большого поселения, которое было если и не разрушено полностью, то точно прибывало в полном упадке.
Часть построек было поглощено песком, а те их части, что всё ещё были на поверхности, выгладили на половину целыми развалинами, и остовами былых каменных построек.
Всюду на округлой площадке, где произошёл бой, валялись тела ассасинов, которые пытались убить нас, стоило мне и моему отряду войти на территорию заброшенной площади. 
В этот раз песчаных убийц было двадцать, но и мой отряд, увеличившийся на восемь, их былых сородичей, уже не являлся малой силой.
Мне даже не пришлось драться в авангарде, дабы приблизить победу. Ведь мои легионеры, даже пребывая в небольшом меньшинстве, смогли и сами справиться с врагом, напавшим на нас из засады.
Да и в отличие от ассасинов песчаного города, мои воины были бессмертны, по крайней мере, пока у меня оставалась мана. От чего их победа была предрешена, как и смерть врагов.
Мне же оставалось только стоять в стороне и стрелять изредка из лука, подбивая самых прытких из песчаных ассасинов.