С.М.У.Т.А. (СИ)

- Настоятель не против, - успокоил его Серафим, - но сказал, чтобы мы не кичились этим и не говорили, куда ходим. А ещё сказал, что мертвяков в селе и не осталось, всех Елизар упокоил, а кого не смог, те разбрелись по лесам окрестным. Так что, кто ходит по грибы, по ягоды сейчас, да бортничает, они не в меньшей опасности могут оказаться, чем мы. Ну, да на то воля Божья! – закончил Серафим.
Помолчав, он добавил.
- Но не след и пренебрегать оружием и осторожностью. Опасность велика и непредсказуема, я возьму с собой топор и нож, а что ты с собой, Аким, сможешь взять?
Аким задумался, был он, всё же, неглупым человеком, сказать прямо – хитрым. А потому привык хорошо всё обдумывать, кроме того, что языком своим не владел. Узду бы на язык надеть, и всё было бы у Акима хорошо, но не свезло, и узды у него на свой язык не было.
- Так это, у Елизара бердыш есть и копья, но копьё плохо против мертвяков работает, так он говорил. А вот бердыш, тот в самый раз будет.
- Но Елизар не даст бердыш, я разговаривал с ним, - пресёк сразу последующие вопросы Серафим. Серафим лгал, лгал о том, что получил разрешение от настоятеля, и о том, что ходил к кузнецу. Но лгал он так, что и сам порой верил в то, что говорит. Настоятель ничего не знал о намерениях Серафима. Сам же Серафим, говоря об этом Акиму, вкладывал в слова всё убеждение, которое имел вообще по жизни.
Аким сначала стушевался, мозг его лихорадочно заработал в поиске выхода и вскоре его нашёл.
- Так можно и рогатину присуропить, чай, на медведя с нею ходют, а мертвяк-то похлипше будет хозяина леса, и намного. С нею и пойду, да топор большой с собой прихвачу, с ним сподручнее будет башки мертвякам рубить. Елизар сказывал, что можно мертвяка рубить по-всякому, но упокоить можно, только если голову отсечь. Ну и лапы, само собой, чтобы схватить не успел.
- Мудрость в твоих словах вижу, Аким, - Серафим приторно улыбнулся, подлив яд лести в свои слова.
Аким запал, полностью проглотив наживку. Он даже не ощущал острого крючка у себя во рту, на котором болтался, словно лещ по осени.
- А когда пойдёмо?
- Так поутру через пару деньков. Готов будешь к тому времени?
- Так завсегда готов. Два денька, и рогатину починю, и обдумаю всё, да Елизара с мальчишкой порасспрашиваю.
- Ты осторожнее будь. Если расспрашиваешь, то издалека заходи, да о разном спрашивай: что, да как в лесу было и на речке, а потом уж о селе спрашивай. Вон у нас Жиздра рядом, и по ней мертвяки могут приплыть. Скажи, что опасение имеешь.
- А! Так и скажу, спасибочки за заботу, Серафим, спасибочки.
- Ну, тогда встретимся накануне вечером, обговорим всё и порешим, что да как делать, а я с настоятелем переговорю, скажу, что в лес идём по нужде большой, по ремонту, да запасам на зиму решить. Настоятель согласие даст, не переживай. А я и за тебя словечко замолвлю.
- Ещё раз, Серафим, говорю тебе спасибочки, помог ты мне. Духом я воспрял, а то Аким то, Аким сё, да всё плохой, да неумеха.
Серафим одобрительно кивнул.
- Ступай, Аким, готовься к походу. Думается, он мне хоть и первый будет, да не последний. В первый раз всё разузведаем, да посмотрим, а потом и хабара наберём и тебе, и мне, и Пустыне всей.
- То верно, то верно, - быстро закивал Аким и, перекрестившись, потопал дальше по своим делам. Серафим взглянул ему вслед, тонко улыбнулся и тоже ушёл.
  
Глава 14 Начало конца.
 
Наконец наступил день, на который Серафим запланировал поход в село. Настоятель отец Варфоломей выслушал его просьбу о выходе из Пустыни в лес и выдал целую гору условий. Серафим только кивал и слушал, слушал и кивал.
- И смотрите, не нарвитесь там на мертвяков! Они сейчас везде шастают.
- Мы ненадолго, до обеда вернёмся.
- Хорошо, тогда ступайте с Богом!
Самым ранним утром два подельника Серафим и Аким вышли за ворота и направились в лес. Как только деревья заслонили их от глаз отчаянно зевающего служки, они сразу же поменяли направление.
Выйдя на просёлочную дорогу, ведущую к селу, они прямиком направились к цели своего путешествия. Сначала Аким судорожно оглядывался во все стороны, боясь просмотреть мертвяков, потом устал. И от усталости стал задавать много глупых вопросов.
 
- А что, если их много будет?
Серафим в самом благостном настроении, шагающий рядом по дороге и неся большой, но лёгкий мешок за спиной, обернулся к Акиму.
- Кого?
- Мертвяков!
Серафим хмыкнул и решил порадовать своего спутника инженерной мыслью.
- Что будет? Смотри!
Одним натренированным движением Серафим быстро сбросил с себя мешок и вынул из него несколько досок, медных стержней и ещё гору всякого хлама. Сложив всё на земле, быстро собрал некую шестиугольную конструкцию, описание которой нашёл в книге. Ко всей конструкции он привязал верёвку и отступил немного назад, чтобы полюбоваться созданным им шедевром.
Аким подивился на созданное чудо, почесал в голове и хмыкнул.
- Ну, раз так, тады да… Но рогатина надёжнее будет.
В ответ Серафим кивнул и показал топор, который взял с собой.
- Я тоже так думаю, но нужно пробовать.
Дальше они пошли молча, прислушиваясь к пению птиц. Шли они быстро и чем дальше, тем всё больше таял их страх. Сказывалась уверенность в том, что Елизар всех мертвяков здесь упокоил. Блажен, кто верует! Но им действительно повезло.
Ни в окрестных лесах, ни в самом селе они мертвяков так и не встретили, только лишь их останки. Побродив по домам и попытавшись задействовать конструкцию, они повернули обратно.
- Может, ещё побродим? – просительно сказал Аким.
- Нет, нам пора, и это может быть опасно. Ты уже набрал себе добычи и даже деньгой разжился.
Аким в ответ скривился и подкинул на ладони горсть меди, найденной по домам и в карманах незадачливых мертвецов. Мелочи было очень мало, а надежд много.
- Ну, ладно, а когда пойдём в следующий раз, завтра?
- Нет, завтра будет подозрительно, пойдём послезавтра.
- Лады, - и Аким, нисколько не скрываясь, повернул обратно в Пустынь, следом за ним последовал и Серафим.
До Пустыни они добрались довольно быстро, солнце только прошло зенит. Молчаливый послушник на входе окинул их вялым взглядом и отвернулся. Войдя во двор монастыря, они разошлись каждый к себе и на время забыли о своих приключениях.
Через сутки Серафим и Аким, как и договаривались, снова встретились у ворот. Настоятель на этот раз разрешил бродить им до вечера, и Серафим подготовился намного лучше, чем в первый раз. Ну, он так считал. Вместе они вышли за ворота и направились в сторону села. На этот раз они шли намного бодрее и веселее, и совсем не обратили внимания на то, что перед селом резко замолкли в лесу птицы.
Обойдя дома, уже осмотренные и разграбленные, они прошли дальше. И на их пути остались дома, которые успели осмотреть кузнец с Вадимом, но весьма поверхностно. Аким, словно почувствовав добычу, коршуном ринулся в ближайший дом, тут же скрывшись внутри.
Серафим же, оставив Акима, стал осторожно пробираться огородами между домов. В руках он наготове держал свою конструкцию, что была изготовлена им в качестве магической ловушки. Если бы это увидел Вадим, то здорово удивился, а скорее, просто посмеялся над наивным дурачком. Но Вадим работал с кузнецом и ничего о походе Серафима не знал.
Аким, обшарив избу, выскользнул из неё, потрясая горшком с прогорклым маслом. Добыча его радовала, оглядевшись, он сразу же юркнул в другую хату. Серафим поморщился, увидев счастливого Акима. Ну, что за дурак? И стал рассматривать лежащий впереди упокоенный труп.
Осторожно подойдя, он бросил свою ловушку на обезглавленного мертвяка и стал напевать запретные псалмы, надеясь на какой-то эффект. Но гнилое мясо, оно везде гнилое мясо, и кроме вони в ответ ничего больше Серафим не получил. Не особо огорчившись, Серафим пошёл дальше, и им тут же «повезло», они наткнулись на мертвяка.