Игра в жизнь (СИ)
— Из 9-ки в Крепкий. — Крепкий — название того города, где располагался речной порт, в котором Дримм собирался сесть на корабль, идущий за пределы герцогства. К сожалению, куда податься он еще не решил, его ошибка — забыл перед уходом из форта зайти к картографу и купить карт, вспомнил через несколько часов после выхода, но решил не возвращаться, дорога никуда не сворачивала, нужно было миновать два форта, и вот он уже у ворот нужного города. — Не знаю никакого барона Дорна и вообще никого с таким именем. Других отрядов кроме вашего не видел и вообще, что происходит, служивый? За мной на дороге все спокойно, а тут вы прям как на войну собрались. — Действительно странная ситуация, в форте ни о каких боевых действиях ему не говорили, если бы что-то было, Красавчик не преминул рассказать.
— Да мятеж у нас тут, фейри. — ответил солдат, определивший его расовую принадлежность. — Трое баронов из центральных областей скинулись и наняли убийцу для светлейшего герцога, но обосрались. Убийцу споймали, а двое подлецов уже все рассказывают герцогским магам, от них ничего не утаишь. Да вот незадача, третий, самый ловкий сумел таки собрать дружину и часть вассалов и ломанулся в пограничье, внезапностью взяли восьмой форт и хорошенько там порезвились. Теперь несколько таких как наш отрядов его ловят. А слушай-ка, как там храм Мот, восстановили после пожара или все еще чинят? -
— Не знаю восстановили ли храм Мот, в 9-ке такого нет, а храм Оа прекрасно себя чувствует и функционирует, по крайней мере сегодня утром у Красавчика было похмелье, снимать его он отправился туда. — При упоминании этого прозвища боец встрепенулся.
— Ты знаешь Красавчика? Старый одноглазый козел еще жив? -
— А что ему сделается? Живее всех живых. Начальствует в казарме, пьет, но в меру, — тут Дримм вспомнил случай с пьяными песнями под окнами коменданта. — Ну по большей части, — именно эта оговорка окончательно успокоила ветерана. Проверка с храмом была весьма неплохой, да и имя коменданта общежития и его характер мог знать только тот, кто жил в девятом форте. Бойцы мятежного барона ни того, ни другого знать не могли.
— А ну побольше ты давай рассказывай, парень, не межуйся, что там Красавчик успел отчебучить, помню его, ни дня спокойно прослужить не мог, чтоб чего не натворить, но солдат хороший был. -
Дальше Дримм рассказал про случай с комендантом и про то, что в форте бывал набегами, сказал, что сам охотился в лесу — почти правда, не сказал только, что охотился он на гоблинов и про серебро ничего не рассказал. Может быть старый вояка и понял, что он был не до конца откровенен, но его это и не интересовало, больше занимали похождения Красавчика, да и видимо просто хотелось поболтать, отвлечься от рутины.
— А чего это бароны с убийцами связались, чем им так уж не угодил герцог? — Дримм тоже был не прочь узнать последние новости, все-таки ему еще сколько-то пилить по герцогству, да и Крепкий хоть и имеет особый статус торгового города, все же является частью герцогства, так что надо быть в курсе здешних дел — для жизни не помешает.
— Глашатеи ни че такого не сказали, мятежники мол и все, но люди говорят, — тут ветеран чуть понизил голос и как бы огляделся по сторонам, больше для вида и нагнетания интереса, — что поймали барончиков на контрабанде. Товары они возили на кораблях под чужими флагами, разгружали их на пристанях, тайно построенных в одном из баронств и продавали внутри герцогства, ни с кораблей, ни с товаров налогов не платили, а пристани воще запрещены, спокон веку только герцоги могут ими владеть, ну и в торговых городах имеются и все — остальное непорядок. Вона, герцогские прознадчики видимо про то прознали, ну и бароны решили не дожидаться пока их вызовут в столицу на суд. Только зря это они затеяли, у герцога полно сыновей, внуков, да и правнуки в возраст входят, кто бы на его место не уселся, едино так же поступил бы, прижал бы баронов к ногтю. Если бы на суд явились, могло повезти, отделались бы штрафами, зубы конечно на полку положили, но жизнь и земли сохранили бы. Теперь же ищем последнего, герцог хочет казнить их всех троих разом, только потому двое зааристованых еще живы. Скоро споймаем. Долго в Великом лесу не посидишь, все дороги перекрыты, форты извещены, больше неожиданно их не взять, а если решиться барончик по Великому лесу куда-то прогуляться, то скатертью дорога — все там и останутся. Одно плохо, не доверяю я этим баронским молодчикам, приданным для усиления, сплошные наемники без чести и совести, в мыслях одни деньги, сами все конные, а нас в дозоры гоняют, вроде как берегут силы для битвы, но навроде барон ихний, какой-то там родственник герцогу, так что измены можно не опасаться, но все равно гонору у них многовато. — Было видно что старый солдат действительно возмущен поведением баронских дружинников и переживает за дело. — Ты вроде правильный, хоть и фейри. Жрать хочешь? — получив утвердительный ответ, Дримм и правда проголодался, утром не завтракал, а уже за полдень. Ветеран махнул рукой солдатам на мосту, что все в порядке. — Подойдешь к кашеварам в лагере, скажешь, что прислал Мокрый Барсук, просил накормить, если дашь им пару медяков совсем хорошо. Ну бывай, парень. — Отвернувшись старый воин не спеша двинулся к уже некоторое время ждущей крестьянской телеге полной клеток с гусями, возницы которой уже давно проявляли нетерпение.
Дримм поступил так как посоветовал старый солдат со столь странным прозвищем, впрочем в свою бытность службы встречал прозвища и похлеще, зачастую понять за что и что значит оное прозвище было невозможно, не зная всей истории его получения, бывало даже знание всех подробностей не помогало.
У костров, где орудовали кашевары, ему наложили приличную тарелку кулеша, дали сухарь и налили кружку напитка похожего на кисель, кисленький, но хорошо утоляющий жажду. Не стал жмотиться и отблагодарил за еду так как советовал Мокрый Барсук, при его деньгах не дело жалеть медяки. Когда он уже закончил с едой и собирался двинуться дальше к нему подошли двое солдат и сообщили, что его хотят видеть в палатке командиров.
Перед самой командирской палаткой к Дримму подошел ветеран и извинился, объяснил, что один из молодых, бывших тогда с ними на мосту, растрепал языком об охотнике-фейри, который знает все здешние окрестности, это дошло до командиров и последовал приказ — доставить оного охотника пред их ясны очи. Командирская палатка ничем не отличалась от остальных больших десятиместных солдатских палаток, только двое часовых у входа. Сопровождающие, сдав Дримма с рук на руки, растворились в лагере, один часовой зашел доложить, а второй остался снаружи присматривать за приведенным. Дримму все это не нравилось, но интуиция молчала, опасности он не чувствовал.
— Послушаем что скажут в палатке, — на всякий случай огляделся вокруг. — Да уж тут никаких вариантов, вокруг сотни солдат, наверное есть и маги, в случае чего не прорваться. — Вернувшийся часовой прервал невеселые мысли, и отогнув рукой полог, жестом пригласил его внутрь.
Внутри палатки находилось трое человек, расположившихся вокруг походного столика с несколькими бумагами, лежащими на нем, карт он не заметил.
— Ан нет четверо, — просто четвертый располагался в углу за еще меньшим раскладным столиком, и он единственный сидел, по письменным принадлежностям Дримм понял, что это скорей всего писарь или секретарь. Из троих присутствующих начальников, один был по-видимому офицером герцогской армии, очень напоминал коменданта 9-ого форта не внешностью, а какой-то повадкой, манерой держаться, тот кто служил в армии поймет. Второй — классический маг, прям как с картинки, седобородый старик в мантии и с длинной белой бородой, только филина на плече не хватало, а так вылитый Мерлин из американского мультика про короля Артура, программисты или кто там у них в <Основе> отвечает за создание персонажей не сильно напряглись. Третий — тоже избитый типаж, но хоть не так явно как второй — сынок богатых и влиятельных родителей в одежде из дорогой ткани, весь увешен драгоценностями, а рукоять меча так густо утыкана каменьями, что было непонятно, как можно ее удержать в руке.