Игра в жизнь (СИ)

— Парнушники ваши фейри и извращенцы! — возмущенно высказалась Светлана, подобрав челюсть и отойдя от ступора.
— А мне нравиться, — в свою очередь оценила питомца Людмила, получив после этих слов тычок от подруги.
— Какая краля! Вот бы у меня такой питомец был! — немного завистливо отметился Морнэмир, вовсю гуляя глазами по телу и не думавшей прикрываться девушки-фейри.
— На малолеток потянуло?! — обернулась к эльфу Светлана, буравя его обвиняющим взглядом.
— Какие малолетки, этому стражу хрен знает сколько тысяч лет, и вообще все вопросы к Дримму — его ответственность! — сразу же перевел стрелки на фейри Морнэмир, подняв руки и выставив ладони перед собой.
Тем временем, пока его товарищи отходили от шока и обсуждали моральный облик древних фейри и внешние данные обретенного Дриммом питомца, сам фейри вовсю мысленно общался со своим новым спутником-петом, попутно просматривая его (или вернее ее) характеристики. На самом деле это существо, порожденное магией и кровью Дримма, не являлось фейри, хоть и выглядело похоже на фейрийскую девушку, способную затмить даже нечеловечески прекрасных эльфиек, а действительно было тем, чем и должно было быть — стражем, берегущим своего родителя (именно так эти существа воспринимали хозяина) как самого себя. Возможности и умения новорожденного стража были весьма велики: способность применять некоторые заклинания Общей и Природной школ магии, а так же магии Тьмы — арсенал по каждой из школ был довольно невелик, но зато сразу на втором уровне; немалые воинские умения, что вместе с довольно высокими характеристиками делали стража очень сильным бойцом, по крайней мере Дримм был совсем не уверен, что сумеет справиться с ней как воин и даже навыки, полученные у Первого, не гарантировали ему победу; наконец у стража имелось несколько совершенно специфических способностей, имеющих очень опосредованное отношение к магии и дающие немалое преимущество чисто в силу неожиданности — ничего подобного Дримм не только не встречал, но и даже не слышал. Впрочем Дримма больше занимали немногочисленные умения его новой спутницы (кстати находившейся на первом уровне развития, так что во что она вырастет при таких начальных параметрах страшно было представить), а то, что она оказалась разумна и далеко не так открыта и понятна для него как Послушный или Ворошилов. Нет, подчинение было абсолютным — у нее и мысли не могло возникнуть оспорить данный ее отцом(так она воспринимала Дримма) приказ и тем более ослушаться, но вот трактовать его она могла более свободно и к тому же имела свое мнение — Дримм сразу его почувствовал, пока еще робкое из-за отсутствия информации, но со временем грозящее набрать силу. Что делать со всем этим Дримм не представлял — его подозрения подтвердились и новый пет действительно оказался очень(!!!) необычным. Пока же Дримм приказал ей убрать сверкающие красным буркала на месте глаз и показать свое оружие, которое у стража оказывается имелось хоть и в скрытом состоянии. Во исполнение приказа глаза питомца (питомицы) мгновенно изменились, став почти нормальными с лишь едва заметной красноватой каймой около зрачка и у краев, а в руках у девушки появился широкий и длинный двуручный меч с волнистым лезвием, длинной почти что со свою обнаженную хозяйку. Как Дримм понял, меч являлся ее частью и рос в уровне вместе с ней, а вот доспехов или какой-нибудь одежды к сожалению не было, зато имелась функция, благодаря которой девушка-питомец могла принимать одежду, доспехи и вообще любые предметы от него и делать их частью себя, что выгодно отличало ее от того же Послушного, способного делать такое же лишь со специально сделанными для петов вещами. В вопросе одежды помогли девушки-игроки, хранившие в своих сумках массу предметов гардероба, которых у них троих было столько, что можно было бы одеть с ног до головы ни один десяток голых девчонок. Так что проблемой одежда не стала, а вот что стало, так это имя — в отличии от случаев с Послушным и Ворошиловым на ум ничего не шло, и Дримм решил именовать ее пока просто — Дочка, а потом, возможно при помощи членов клана, придумать имя.
 
Возвращение в лагерь с новым спутником вызвало фурор — всем было любопытно посмотреть на столь необычного питомца. Дочке явно нравилось внимание, и она активно пыталась общаться со всеми, особенно с парнями, ее пока неумелым (лиха беда начало) попыткам флирта мешало лишь полное незнание никаких других языков кроме фейрийского, но и то, это не стало непреодолимым препятствием, вызывая неоднозначную реакцию у некоторых девушек-игроков, хоть и понимавших, как глупо ревновать к пету, но не способных с собой ничего поделать. Читая мысли Дочки и чувствуя ее желания, Дримм понял, что его настоящие проблемы в этом мире еще впереди, и это совершенно нежданные проблемы, что не могли присниться ему и в самом страшном сне. Ну как, скажите на милость, ему относиться к желанию его питомца заняться сексом?! Сам Дримм на удивление не испытывал к ней никого влечения, почему-то он не воспринимал эту очень красивую девушку как женщину и даже когда наблюдал ее абсолютно голой, у него ничего не шевельнулось ни в голове, ни в штанах. Даже больше того, Дримм удивленно поймал себя на несвойственных ему чувствах, что действительно относится к ней как к ребенку, это ввело его в задумчивость, и весь остаток вечера Дримм был довольно вялым и ушедшем в себя. Возможно причина такого странного отношения к Дочке был ритуал, при котором его кровь дала ей жизнь и рождение, возможно что-то другое, но факт оставался фактом — Дочка сразу же заняла в его жизни особое место, потеснив в этом отношении даже отсутствующего Послушного, и что с этим делать Дримм пока что не знал.
Четыре дня спустя. Великий лес. Пограничные земли между эльфийскими королевствами Аурохир и Эрмилан, а также Великим лесом.
Дримм оглянулся на совершенно непримечательную поросшую лесом возвышенность и подумал, что если не знать ни за что не догадаешься, что расположенный у ее подножия узкий лаз, похожий на звериную нору, тянется не менее чем на двести метров вниз и заканчивается в большом помещении с выложенным камнем стенами и работающим фейрийским порталом. Ползти по невероятно узкой, да к тому же еще и грязной норе было сложно, и многие предлагали расширить ее с помощью магии (технически это было довольно просто), но Дримм не позволил, поскольку именно такое состояние хода и являлось лучшей маскировкой для имеющегося внизу портала как от разумных существ, так и от крупных животных, которым ни разу не упало протискиваться так глубоко под землю. Так что с порталом все будет в порядке, особенно после того, как Дримм наложил на вход в итак довольно незаметный лаз маскирующее заклятье квелья, окончательно исключив возможность даже случайного обнаружения.
На исследование обнаруженных в фейрийской крепости порталов ушло три дня, по одному дню на портал и то, что за ним — клану некуда было торопиться, поэтому все делали не спеша и обстоятельно.
Первый из порталов привел их на небольшой, совершенно не населенный островок в океане на другом конце Серединного мира. Из достопримечательностей здесь были развалины старой возможно фейрийской крепости, совершенно пустой и бесполезной в плане добычи, а также небольшая колония гигантских плотоядных черепах, не переживших встречу с повалившими из портала игроками — черепаховое мясо и особенно яйца, а также фрукты, найденные на острове, сильно разнообразили меню отряда. Также все без исключения с удовольствием искупались в теплом океане и понежились на горячем белом песке, прожариваясь на солнце. Небольшая акула, ошалевшая от такого обилия пищи, беззаботно плещущейся в воде, также пошла на прокорм нагулявшим аппетит членам клана, пополнив их меню рыбными стейками.
Второй портал оказался более удачным и вывел их в знакомые места, а именно в Великий лес поблизости от двух эльфийских королевств, некогда бывших одним. Войны между двумя частями когда-то целого государства не было уже больше тысячи лет, но холодная отчужденность сохранялась, оно и не удивительно, ведь эльфы являлись долгоживущей расой, и немало участников той войны все еще было живо, так что на пограничных землях нужно было держать ухо востро, поскольку легко можно было нарваться на засаду или словить затылком прилетевшую неизвестно от кого стрелу. Еще в девятом форте, Дримм слышал от Красавчика истории о том, что некоторые отряды и с той, и с другой стороны все еще воюют где-то в этих краях, нападая на все что шевелится, включая своих бывших соратников, признавших мирный договор. Так что место при известной осторожности идеально подходило для того, чтобы что-нибудь спрятать — например портал, ведущий в будущую клановую цитадель.