Код "Уран" / Цитадель (СИ)

Фома указал на кресло.
— Что это?
Фома молчал. Рик вздохнул. Спрашивать бесполезно. Он подошел к креслу, потрогал холодный пластик, металлические сочленения и изгибы проводов. Устройство не казалось сломанным. Только пыль толстым слоем лежала на нем, как и на всех поверхностях. Рик водил пальцами по рельефным пластинам, и его охватывало странное чувство чего-то знакомого, словно руки обладали механической памятью и однажды уже имели дело с таким хитроумным устройством. Но каким образом? Рик смотрел на свои ладони и не понимал. Из большого зала раздались крики. Майя забежала в комнату.
— Они уже здесь! — И замерла. — Что это?
У них было не больше минуты. Рик запрыгнул в кресло. Он не знал, на что рассчитывал. Просто почувствовал, что поступает правильно, представив себя на месте неведомого ему древнего оператора, который произносил здесь свои технические заклинания и набирал загадочные пароли, чтобы повелевать машинами. Руки словно сами собой легли в углубления, спинка приняла форму его тела, мягко изгибаясь. Рик смахнул локтями остатки пыли и уставился на маленький экран перед собой. Там появилась точка, которая быстро разрослась в красный полукруг и также быстро замкнулась в полную окружность, тут же ставшую зеленой. Затем круг исчез, и на его месте возникли контуры человеческой ладони.
За стеной слышались приближающиеся возгласы: «Где они?», «Они здесь!», «Ищите их!», «Я же предупреждал!». Рик положил ладонь на контуры изображения. По экрану снизу вверх пробежала синяя полоса, экран мигнул зеленым, и появилась надпись.
— Майя! Скорее прочти, что здесь написано!
— «Генетический код подтвержден». Как ты это сделал?
— Не знаю. Вот новая надпись. Скорее читай!
Преследователи уже ворвались в хранилище и бежали мимо шкафов, выкрикивая на ходу предостережения: «Это запретное место!», «Нельзя!».
— «Выполняется программа «Хронос». Выберите или измените программу: «Гея», «Хронос», «Уран»».
Рик на мгновенье задумался, а затем нажал на «Уран».
— «Выбрана программа «Уран»», — торопливо читала Майя. — «Зарядка батарей, генераторов, хранилищ воздуха и воды завершена. Активировать внешний контур? «Да» — «нет»».
Рик уже догадался, что красный квадратик означает отрицание, а зеленый подтверждение. Он нажал на зеленый.
— Майя! Читай, быстрее!
Из-за шкафов выбежали здоровяки в грязно-желтых робах и оттолкнули Фому. Их свирепые физиономии обратились к креслу. От двери раздался окрик Аркадия:
— Остановите их!
— «Запустить ускоритель частиц? «Да» — «нет»».
И Рик надавил на зеленый квадрат прежде, чем его выдернули из кресла и бросили на пол. Раскрасневшийся от бега Аркадий остановился напротив, тяжело дыша. С минуту он приходил в себя: руки дрожали, щеки тряслись.
Внезапно за стеной начал нарастать низкий гул. Аркадий схватил Рика за грудки и закричал:
— Что ты сделал? Отвечай! — Он исступленно тряс Рика, поддавшись приступу ярости, но быстро выдохся и бросил его. — Сюда запрещено входить! Это святилище Реактора, и ты осквернил его! Я во всем виноват. Надо было оставить возле вас охрану. Что ты сделал только что? Говори! Ну, говори же!
Аркадий чуть ли не молил от отчаяния.
— Вы совершили преступление! Теперь нас всех ждет божья кара! Придется наказать тебя и эту девку. Молитесь, язычники, всем богам, в которых верите и не верите. Вы будете умолять меня о скорой смерти. Испытание перед Красным королем покажется вам шалостью по сравнению с тем, что я сделаю с вами! А-а-а! О-о-о, великий Реактор, прости нас!
Аркадий окончательно потерял над собой контроль. Он метался вокруг кресла, а потом, резко одернув одежду, успокоился и вновь обратился к Рику, которого уже крепко держали за локти:
— Послушай. Я позволил себе слабость. Давай забудем обо всем. Конечно, нам незачем отдавать вас Реактору, если ты вернешь все обратно. Расскажи мне, что ты сейчас сделал? Расскажи мне все, что знаешь о машинах. Даю слово, что отпущу вас.
В комнате повисла тишина. Гул сферы за окном изменился, стих, но при этом стал интенсивнее, чем было раньше, и выше на тон. В комнату вошел рабочий и сказал:
 
— Наставник! Амулеты светятся и мигают божественными огнями. Реактор стал ярче, и все залито светом!
Рик видел, каким нечеловеческим усилием Аркадию удалось сохранять спокойствие.
— Хорошо. — Он обратился к Рику: — Я слушаю.
— Я все скажу, но не здесь. Давайте поднимемся. С реактором ничего не случится.
Аркадий раскрыл было рот, но Рик добавил:
— Даю слово, такое же, какое вы дали нам. Реактор в безопасности.
Наставник бросил на него тусклый взгляд и жестом приказал всем уходить.
  
11
 
— Итак, — сказал Аркадий, глядя на Майю с Риком, — внимательно вас слушаю.
Прошло где-то с час после того, как их вывели из подземного хранилища. Рик потребовал еды и воды, а также свидания с Ахмедом. Только убедившись, что чернокожий инженер содержится в нормальных условиях и ему ничто не угрожает, он согласился говорить.
Рассказ Рика был коротким и лаконичным. Он говорил чистую правду. Аркадий, разумеется, так не думал. С сомнением во взгляде, скрестив руки на груди, он слушал о том, как Рик сбежал с новыми друзьями вниз, о лагере Ярга, пустых уровнях сектора Пи, о диких джунглях и их обитателях, о том, как беглецы наконец поверили, что достигнут цели.
— И это все.
Рик взял со стола стакан воды и выпил залпом.
— Ладно. Что ты сделал в хранилище?
— Я просто залез в кресло. Вдруг очень захотелось.
Аркадий напряженно смотрел на него.
— Я сел, — продолжал Рик, — потрогал кнопки, и вдруг эта штука замигала. Я испугался, попробовал ее выключить, но не успел, потому что вон тот верзила, — Рик указал на охранника в шаге от себя, — скинул меня на пол и скрутил руку. Остался синяк, между прочим.
И Рик продемонстрировал всем присутствующим синяк. Охранник при этом довольно осклабился. Аркадий вновь перевел взгляд на Рика, который, откровенно говоря, желал одного, хорошенько выспаться.
— Ты лжешь, — заговорил Аркадий. — Скажи мне правду, что ты сделал и зачем?
— Я говорю правду.
Аркадий скрипнул зубами. Посмотрел на Майю, снова на Рика.
— Давайте, я расскажу вам о нашем братстве, чтобы вы понимали, куда попали и почему нас так волнует эта возникшая проблема.
По словам Аркадия, история братства насчитывала много веков и начиналась с момента великой эпидемии неизвестной болезни. Сработала система безопасности, отделившая секторы рабочих от верхнего и нижнего эонов, и с тех пор обитатели этих секторов ничего не знали о судьбе остальных людей. Никто не пытался с ними связаться в течение очень долгого времени. Поэтому рабочие Сигмы и Тау посчитали себя единственными выжившими. Страх перед неизвестной заразой укоренился в их сознании. Эон живет за счет великого Реактора — он дает людям свет и тепло, заставляет работать машины, которые производят пищу, перевозят пассажиров и грузы и выполняют множество другой важной работы. Из среды рабочих были выбраны самые мудрые люди, ставшие именовать себя наставниками и решать все важнейшие проблемы, начиная от снабжения пищей и заканчивая ремонтом труб. Какое-то время эон существовал без происшествий. Сменилось несколько поколений людей.
А затем в результате одной из междоусобных войн был поврежден агрегат, ответственный за распределение тепла в секторах Пи и Ро. Произошла катастрофа. Погибло много людей. Еще больше потом мучилось от ожогов и страшной болезни, которая словно высушивала человека изнутри — выпадали волосы, тело быстро теряло влагу, больной превращался в ходячую мумию. Зона аварии стала считаться запретной. Кто-то бежал наверх, а кто-то вниз. Несколько раз братством предпринимались вылазки наверх, но все, кто возвращался, потом болели и умирали от той же болезни. Верхние уровни стали считаться проклятыми. Больше туда никто не ходил. Жизнь братства Сигма и Тау целиком зависела от машин и Реактора. Если Реактор сломается, всех людей ждет медленная агония и смерть.