Звёздные войны. Расцвет Республики. Во тьму (СИ)
Но недостаточно скоро. Лестница затряслась; болты, которыми она была прикручена к стене, начали подаваться. Она могла оторваться в любой момент.
Риту не было страшно. Грустно, но не страшно. Если сейчас наступал момент, когда он возвратится в Силу, – что ж, да будет так. По крайней мере, он дал своим друзьям немного времени и шанс выжить. Мало чья смерть была бы такой значимой. Повезло, что он погибнет не напрасно. О большем не стоило и просить.
В памяти всплыло доброе лицо мастера Джоры. «Скоро мы встретимся в Силе, учитель», – подумал юноша.
Лестницу сорвало. Рит заскользил по полу, в сторону шлюза и открытого космоса. Он закрыл глаза, готовясь вылететь в пустоту…
И сильно ударился обо что-то очень твердое.
«Что за…» – Все тело Рита пронизала боль. Но неведомый барьер, на который он налетел, не поддавался вакууму; он был слишком тяжел. Открыв глаза, юноша обнаружил, что за краем этой штуковины можно кое-что разглядеть. А именно: шлюз наконец-то начал закрываться.
Вакуум исчез. Рит свалился на землю, хватая ртом воздух. Системе жизнеобеспечения потребовалось несколько мгновений, чтобы восстановить содержание кислорода. В эти смазанные секунды Рит попытался разглядеть, что же его спасло.
Нет, не что. Кто.
– Жеод? – выдохнул юноша.
Жеод стоял над ним, вселяя уверенность своим спокойствием и невозмутимостью. И Рит впервые почувствовал… контакт с формой жизни, глубоко чуждой, но не менее явственно живой, чем любые другие существа, которые ему до сих пор встречались.
Зажужжал комлинк.
– Что там случилось? – прозвенел голос Аффи. – Приборы говорят… Рит, ты еще там?
Он сумел ответить хриплым голосом:
– Благодаря Жеоду, да, еще здесь. Но нигилов и дренгиров больше нет.
– Тебе потом много чего придется объяснить, – сказала Аффи. – Держитесь. Мы идем за вами.
Рит снова повалился на пол и устремил взгляд на Жеода:
– Мой герой.
Жеод не ответил, но Рит знал, что он понял.
* * *Когда датчики зажглись красным, лианы еще продолжали ползти вдоль кабины, довершая полное опутывание «Посудины». Разгерметизация станции вызвала панику, которая захватила всех. Но когда Орла и остальные наконец узнали, что Рит в безопасности, а станция не пострадала, они повернулись и увидели, что лианы не только перестали расти, но и начали чернеть. Они умерли вместе с дренгирами.
После этого выбраться с амаксинской станции не составило проблем. Да, пришлось повозиться, разрезая все эти толстые, жилистые мертвые лианы, которые опутывали «Посудину», но время теперь у них было, поскольку ни о дренгирах, ни о нигилах можно было не думать.
Как минимум часть нигилов уцелела; их корабль оставался на ходу. Вероятно, большинство выживших были там, а не на станции, когда Рит открыл шлюз. Но их не могло быть много: сканы указывали на то, что они обесточили большинство отсеков своего корабля и были заняты оценкой ущерба. Орла не сомневалась, что когда-нибудь нигилы захотят отомстить, но они понимали, что сейчас не время.
– Станция полностью вычищена? – спросила Аффи, в то время как Лиокс и Жеод проводили последнюю проверку систем. – Испорчена? Бесполезна?
– Честно говоря, в основном она осталась в довольно приличном состоянии, – сказала Орла, которая только что закончила беглый осмотр. – Некоторые растения росли снаружи дендрария… могу предположить, что со временем они проникнут внутрь. В чем им помогут те 8-T, которые были во внешних частях станции, когда Рит открыл шлюз. Все основные системы целы. Однако гиперпространственных капсул больше нет, все они были запущены в места, далекие от возвратных механизмов, а потому тактическую ценность это место утратило. Теперь это просто дендрарий.
Аффи кивнула. Почему-то разоружение станции девчонку очень обрадовало, но Орла решила не допытываться. Достаточно того, что все они живы – даже Дез! – и более-менее здоровы. И скоро отправятся домой.
А так как гипертрассы с каждым днем все больше очищались, Орла знала, что фронтиру недолго уже от нее ускользать. Далекий неизведанный космос манил к себе, и ей не терпелось ответить на зов.
* * *Всю дорогу до Корусанта Риту было велено отдыхать. Травмы, вызванные разгерметизацией, были мелкими, но многочисленными: царапины и порезы от осколков и обломков, легкое растяжение мышц руки, которой он изо всех сил цеплялся за лестницу, а также ушибы и синяк вокруг глаза от спасительного столкновения с Жеодом. Так что он валялся на своей койке, попивая горячий чай, нежась под одеялом и наслаждаясь похвалами своему героизму, которые были лучшим болеутоляющим.
Для того чтобы присматривать одновременно за обоими пациентами, джедаи убрали перегородку между «каютами» Рита и Деза. К сожалению, Дез чувствовал себя отнюдь не так хорошо.
Он лежал на койке, прерывисто дыша. Его золотистая кожа приобрела пепельный оттенок и была липкой от пота. Несмотря на синтепластовые повязки, раны на руках и ногах оставались багровыми и чувствительными.
Мастер Комак, зашедший проведать раненых, пробормотал:
– Ты не пробовал лечить Силой?
– Пробовал, – кивнул Рит. – Мастер Джора постоянно говорила, что пробовать стоит всегда. Но вряд ли сильно помогло. Мы ведь не знаем, какие именно токсины ему впрыскивали дренгиры… а это существенно.
Тут в каюту просунула голову Орла:
– Как он?
– Хуже ему не стало, – ответил Рит. – Но и лучше тоже. – Было ясно, что состояние Деза необходимо улучшить сильно и быстро.
– Простите за вторжение, – сказал Лиокс, входя с каким-то обмотанным тканью свертком в руках. – Возможно, у меня найдется снадобье, чтобы немного унять боль нашего друга.
Орла и Комак переглянулись, а Лиокс подошел и сел у изголовья. Дальше Рит перестал замечать их реакции – настолько был шокирован сам, когда Лиокс достал спрессованные листья, которые издавали отчетливый, сильный и легко узнаваемый запах спайса.
Лиокс начал прикладывать широкие мягкие листья к груди Деза, потом обернул его раны и, наконец, положил один листок на лоб. К тому времени, когда он закончил, дыхание Деза уже стало более ровным.
Когда мастера снова переглянулись, Лиокс сказал:
– Говорил же, он медицинский.
Мастер Комак неожиданно улыбнулся. Рит обычно не считал, что держать что-то в секрете от Совета джедаев – это хорошо… но один раз можно было сделать исключение. К тому же Совет наверняка и без того был ими недоволен.
С тех пор как они покинули Корусант, прошло немногим больше суток, но казалось, будто это было давным-давно. Рит снова подумал, какие правила они нарушили, отправившись на станцию, и какие последствия это непременно возымеет.
– Нас ведь накажут, правда? За то, что вообще туда полетели.
– Может статься, они решат, что достигнутое нами заслуживает помилования, – сказал мастер Комак. – Если же нет, то нас не просто накажут, а возможно, вообще вышвырнут из Ордена.
Рит побледнел. Неужели его первая экспедиция в качестве самостоятельного джедая будет и последней?
Тут Орла рассмеялась:
– Комак, пожалей его. Рит не настолько опытен, чтобы понимать разницу между тем, что только может случиться, и тем, что, вероятно, случится. – Она повернулась к юноше: – Да, у нас неприятности. Но сильно тревожиться я бы не стала.
Орла серьезно недооценивала глубокие и давние отношения Рита с тревогой. Он натянул одеяло по плечи и принялся мысленно составлять свою защитную речь.
* * *Возвращение на Корусант должно было принести облегчение. Они снова были в безопасности, и дренгиры вряд ли могли им встретиться в обозримом будущем. Нигилы… да, те никуда не делись, но, по крайней мере, Аффи знала, что какое-то время не доведется иметь с ними дело.
И все же она словно онемела. И не знала, куда двигаться.
В то время как Аффи на автомате проделывала действия, связанные с прибытием – смазывала шарниры посадочных опор, вводила коды гильдейского банка для дозаправки, – она не переставая думала об амаксинской станции.